Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Categories:

Мемуары командира отряда Алапаевского ССРМ Федотова

Алапаевский социалистический союз трудящейся молодёжи им. III Интернационала в борьбе за советы

Под руководством ВКП(б) рабочие Урала вписали в историю борьбы с контрреволюцией немало самых героических её страниц.

Немало строчек на этих страницах вписано винтовками и кровью алапаевских рабочих в первых рядах которых дралась, умирала и побеждала белогвардейщину Алапаевская рабочая молодёжь.

Я вернулся в Алапаевск из старой армии в январе 1918 г.

К моменту моего приезда союз молодёжи уже был организован и на другой же день после приезда я вступил в него. Во главе союза был некий БОЛЬШУХИН, фигура политически очень подозрительная. Техническим секретарём союза был Алексадр ПОДКОРЫТОВ, рабочий штукатур.

После занятия Алапаевска белыми Большухин разгуливал по нему и наводил у родителей ребят, ушедших с отрядом союза молодёжи (в частности у моих) справки о том не знают ли они, где находятся ребята. (Среди населения шли упорные слухи, что отряд союза молодёжи не отступил, а остался по ту сторону фронта для партизанских действий в тылу у белых).

Большухин не вёл настоящей классовой и революционной линии в работе союза, а наоборот так организовал всю практическую работу, чтобы под видом «аполитичности» и «нейтральности» в действительности сделать союз орудием контрреволюционных организаций. Проповедуя только «культурно-просветительскую и экономическую роль союза» и необходимость «одинакового» отношения ко всем «революционным» организациям, Большухин практически открыл широкую возможность вести свою работу в союзе определённо контрреволюционным элементам.

В одном здании с Союзом молодёжи разместились комитеты анархистов и союза Увечных воинов (фронтовиков). Фактические и основные руководители этих обоих организаций были заядлыми белогвардейцами, а комитеты их организационно были связаны между собой вхождением в них одного бывшего в обоих комитетах лица. Этим связующим «анархистов» и «фронтовиков» лицом был некий БЕЛОУСОВ Николай, солдат старой армии, организовавший отряд «анархистов», после занятия Алапаевска колчаковцами превратившийся в карательный отряд Алапаевской следственной комиссии (контрразведки) и разстрелявший не одну сотню Алапаевских рабочих, не один десяток Алапаевских большевиков подпольщиков.

Другим вожаком союза увечных воинов был некий Василий ПУТИЛИН, сын бывшего полицейского пристава г. Алапаевска, сам офицер царской армии. Пользуясь «благожелательным нейтралитетом», а фактически скрытым содействием Большухина, они начали вести свою контрреволюционную работу среди членов союза, особенно из мелкобуржуазной молодёжи, имевшей при Большухине широко открытые двери в союз и опираясь на последнюю даже пролезли в Ревизионную комиссию союза молодёжи. Мы, группа рабочих активистов, под руководством выделенного для работы в союзе комитетом Большевиков солдата фронтовика Алексея СЕРЕБРЯКОВА, развернули борьбу с этими попытками контрреволюционеров завоевать союз. Раз’ясняя в индивидуальных беседах с рабочими ребятами и девчатами, членами союза и в каждом выступлении на собраниях членов союза по любому вопросу кому нужна «нейтральность» союза и кто её добивается (офицер, сын пристава ПУТИЛИН), мы вскоре завоевали на свою сторону большинство членов союза. Получив необходимое большинство, мы поставили вопрос о перевыборах руководящих и ревизионных органов союза. На перевыборах мы разумеется провалили Большухина, Белоусова и Путилина, и ни один из них не попал ни в состав комитета, ни в ревизионную комиссию союза. В комитет были избраны: Алексей СЕРЕБРЯКОВ, Василий и Иван КАДОЧНИКОВЫ, Александр МЯСНИКОВ и Виктор ФЕДОТОВ.

Отстранив контрреволюционеров от руководства союзом, мы решили лишить их какой бы то ни было возможности вести работу в союзе. Через комитет большевиков добились выселения из здания Союза Комитета Анархистов и Комитета Увечных Воинов и, разорвав территориальную связь их с Союзом, прямо запретили Большухину, Путилину и Белоусову ходить в союз, заявив, что им нечего делать у нас. При руководстве Большухина кроме спектаклей и танцевальных вечеров в Союзе ничего не было, после перевыборов Комитет развернул большую агитационную и воспитательную работу. Организовались кружки по истории революционного движения, кружки политвоспитания (тогдашние политграмоты), на всех собраниях обычно делались политические доклады о текущем моменте и т.д. Часть мелкобуржуазной и интеллигентской молодёжи ушла из союза, будучи не согласна с занятой им политической линией, другая, меньшая, осталась и вместе с рабочей молодёжью стала на позиции беззаветной поддержки социалистической революции, борьбы за советы под руководством РКП(б).

Таким образом в очень короткий срок Союз стал большевистским, стал организацией, которая в целом и каждый из её членов по отдельности готовы были бороться за Октябрьскую революцию.

Вскоре эту готовность Союзу и его членам пришлось неоднократно доказывать и на практике. Белогвардейское восстание ДУТОВА, и ряд членов союза: Иван МАСЛОВ, Степан ПОДКОРЫТОВ, Григорий СУЧЕК и т.д. уходят с Алапаевским Красногвардейским отрядом на его подавление, а после успешного разгрома белоказаков остаются в Красной гвардии при Алапаевском Военкомате.

События нарастают, в Алапаевск привозят князей Романовых, начинает налетать и всякое чёрное вороньё, приезжают под видом «монашек» фрейлины двора «его императорского величества», под видом «странников» гвардейские офицеры, плетутся заговоры для освобождения Романовых, нужно надзор за ними поручить отборным, до конца преданным и дисциплинированным людям. Отряд военкомата мал, Алапаевский Военком покойный Сергей ПАВЛОВ просит комитет Союза Молодёжи помочь, и в Красногвардейский отряд при Военкомате вступают Александр МЯЧКОВ, Евгений КОРЕЛИН, Виктор ФЕДОТОВ и т.д. Члены союза на смену с пулемётной командой Военкомата под командой также члена союза Ивана Маслова и с отрядом мадьяр несут караул у князей Романовых и арсенала. Партия может быть спокойна, у этих караулов без её разрешения ничего не возьмёшь. Выступили чехи, пал Челябинск, рабочий Урал под угрозой, нужны бойцы и в первую очередь в отправляющийся на чехов Красногвардейский отряд Ивана КУШНИКОВА идут члены Союза. В Союзе скандал – весь комитет, весь актив и большинство взрослых ребят и девчат хочут идти в отряд КУШНИКОВА, между тем нужно ведь продолжать работу Союза, втягивать в него рабочую молодёжь и политически готовить её на борьбу с белогвардейщиной. Актив Союза и так ослаблен уходом в Красную гвардию ряда членов или как МАСЛОВ, ПОДКОРЫТОВ и другие совсем не принимающие участие в работе Союза, или ведущих её как КОРОСТЕЛЁВ и ФЕДОТОВ только по вечерам в свободное от нарядов по Красногвардейскому отряду время. В результате всяких препирательств и взаимных уговариваний человек 50 ребят и девчат во главе с председателем Комитета Алёшей СЕРЕБРЯКОВЫМ уходят в отряд Кушникова, остальных членов Комитета обязывают остаться и продолжать работу в Союзе. Уходят с отрядом ряд лучших активистов ребят: маленький, живой, как ртуть, Татарин Галей, немножко печёринствующий КОРОСТЕЛЁВ, уходят сёстрами милосердия основные активистки девчата Маруся ОСТАНИНА, Юля КАБАКОВА, Мария ПОТЁМИНА и т.п. Работа в Союзе получает очень серьёзный удар. Начатую нами, группой бывших солдат членов Союза молодёжи (СЕРЕБРЯКОВ Алексей, ПОДКОРЫТОВ Александр, ФЕДОТОВ Виктор, матрос БУЛУЧЕВ Иван) работу по завоеванию изнутри «союза фронтовиков» с целью выгнать из его руководства контрреволюционеров ПУТИЛИНА и БЕЛОУСОВА пришлось прекратить, чтобы не провалить работу в Союзе молодёжи.

Продолжаем вести обычную работу, днём большая часть ребят на заводе, часть в отряде Военкомата в караулах и т.д., вечером в Союзе собрания, спектакли, иногда танцы, несмотря на нарастающие события попеть и поплясать в союзе и умели, и любили.

Алапаевский Военкомат об’являет пробную мобилизацию нескольких лет молодёжи с целью прощупать настроения. Среди собравшейся молодёжи несколько служащих конторы завода: Александр Нятин, Пётр МОРОЗОВ и сынок старшины Пётр МОЛОКОВ развёртывают агитацию, что мобилизация местная незаконна, ходить не нужно и т.д. Члены Союза разоблачают контрреволюционный характер этой организации, борются с ней, но часть неорганизованной в союз молодёжи уходит с призывного пункта и мобилизация отменяется. По предложению комитета члены союза призывающихся возрастов переходят на казарменное положение и начинают военное обучение, число членов союза не находящихся в Красной гвардии стало ещё меньше. После попытки ПУТИЛИНА и БЕЛОУСОВА сорвать проводившийся геройски погибшим потом под Красной Горкой Николаем ТОЛМАЧЁВЫМ общезаводской митинг и устроить восстание роты Сусанских солдат-фронтовиков, чуть не убивших своего комиссара Матвея БОЧКАРЁВА (впоследствии павшего в бою с белогвардейцами), вести обычную работу было незачем и некогда.

На общем собрании членов Союза по предложению Комитета было решено мобилизовать в Красную Гвардию всех ребят членов Союза, достигших 16 лет. Из этих ребят, а также и части неорганизованной молодёжи, мною был организован отряд Алапаевского Союза Молодёжи, командиром которого я был выбран как Красногвардеец и бывший солдат, знающий военное дело, и член Комитета Союза. Много было скандала с отдельными ребятами членами союза, которым не было 16 лет. Они хитрили, прибавляли года, а когда их разоблачали в обмане и отказывали в приёме в отряд, то ругались и, если не помогало, убегали в другие отряды. Часть из них, если не изменят память, Андрей СКРЯБИН, Илья ОБУХОВ и т.п. всё-таки попали в отряд и были в нём вместе с другими ребятами маленького роста, как Вася ПАНОВ, Виктор СУХАНКИН и ЛАТНИКОВ на самом левом фланге последнего отделения.

Было немало обид на отказы и со стороны девчат-активисток, которые чуть не все хотели пойти сёстрами милосердия.

Отряд союза по тогдашнему времени и царившей во многих отрядах партизанщине, недисциплинированности был образцовой частью, обучались ребята чрезвычайно охотно, заниматься готовы были хоть 16 часов в сутки, вскоре уже неплохо знали винтовку и тогдашнюю рассыпную (цепь, перебежки) тактику. Ещё более быстро овладели строем, и когда отряд союза с лихой песней шёл с занятий или на учёбу по улицам Алапаевска, никто бы не сказал, что это идут люди, которые 2 недели назад ещё не только не держали винтовки в руках, но многие и не видали её. Рабочие Алапаевска с гордостью смотрели на своих вооружённых сыновей, готовящихся защищать их от белых банд.

Ещё несколько дней обучения и отряд Союза совместно с отрядом коммунистов и солдат-фронтовиков деревни Косиковой, организованных солдатом-фронтовиком Борисом ТЕЛЕГИНЫМ и находившихся под его командой, получил оперативное задание и выступил на фронт под об’единявшим оба отряда общим командованием товарища Василия АНИСИФОРОВА, беспартийного бывшего прапорщика старой армии, сына Алапаевского кустаря-пимоката, до конца гражданской войны честно и храбро дравшегося за дело рабочего класса. Члены союза и беспартийная рабочая молодёжь Алапаевска нигде не опозорила знамени Союза. И в нашем отряде, носившем имя Союза, и в отряде Кушникова, и в других отрядах и частях руководимой Макаром Васильевичем ВАСИЛЬЕВЫМ Восточной дивизии юные Алапаевцы героически дрались и умирали за дело рабочего класса. В отряде Кушникова маленький татарчонок Галей уже несколько раз успешно пробирался в тыл к белым, каждый раз добывая ценные сведения. Бывший председатель союза Алёша СЕРЕБРЯКОВ улыбаясь шёл впереди ребят на белогвардейские пулемёты. Спокойно с заботливой материнской нежностью, прямо под белогвардейскими пулями перевязывали раненых Красногвардейцев отряда Георгия ГЛУХИХ наши девчата Маруся ОСТАНИНА, Юля КАБАКОВА. Под Крутихой юные пулемётчики Шура Мячков и Митя ТАРТАЧЁВ своим огнём много раз сметали кидавшиеся в атаку белогвардейские цепи, и пулемёты их замолчали только тогда, когда оба были буквально изрешечены белогвардейской шрапнелью. До последнего патрона последнюю пулемётную ленту выпустили в лицо озверевшим белогвардейцам геройски погибшие юные пулемётчики Александр ТАРТАЧЁВ, Евгений КОРЕЛИН и Вася КИСЕЛЁВ.

В отряде союза также не было отбоя от желающих пойти на любое, самое опасное поручение, ребят не приходилось посылать в охранение или разведку, а нужно было сдерживать и отказывать желающим, так как их всегда было больше, чем нужно. В самые напряжённые и тяжёлые минуты в отряде союза часто звучали смех, шутки, песня. С песней, лихим свистом под гармошку отряд не раз уходил на позиции под белогвардейские пули. Писарь отряда (адъютант, как его в шутку называли ребята) Шура МЯСНИКОВ скандалил, требуя, чтобы мы взяли его с собой на заставу в ночь, когда мы ожидали нападения проникшего за наши линии белогвардейского отряда подрывников, которые должны были взорвать чрезвычайно важный мост у станции Самоцвет, связывавшей в это время бывшие под станцией Егоршино наши передовые линии с их ближайшей базой и штабом Восточной дивизии, находившимися в Алапаевске. Он же никак не хотел оставаться в штабе свободного отряда ПАВЛОВА, требуя, чтобы мы его взяли с собой в цепь во время наступления на Сусану (Нейво-Шайтанский завод).

Когда к нам пришли делегаты от партийной ячейки деревни Ермаковой с сообщением, что они выследили, где находится подрывной отряд белых, и проведут нас туда, чтобы окружить их пришлось просто взять на эту операцию и второе отделение, так как после об’яснения боевой задачи на мою команду «охотники 2 шага вперёд», 2 шага вперёд сделал весь отряд.

По распоряжению командира Сводного отряда (союза и косиковцев) т.АНИСИФОРОВА мной был послан на разведку в деревню Раскатиху Костя ЩЕКОТОВ, цель разведки была только выяснить, есть ли в деревне белые, но я недостаточно чётко дал приказание, сказав, что «нужно перебраться в дерёвню». В результате несмотря на начавшийся из деревни огонь белых по нашей цепи, открыто бросившийся в атаку с целью отрезать ЩЕКОТОВА от нас казачий раз’езд, мои крики и свистки, Костя спокойно продолжал пробираться лощиной ручья прямо в занятую белыми Раскатиху. Когда мне, выдвинув одно отделение, чтобы прикрыть его от раз’езда белых, удалось остановить и вернуть ЩЕКОТОВА, и я набросился на него с руганью, «куда он лезет на верную смерть», Костя совершенно спокойно ответил, что «приказано было пробраться в деревню», а не сказано если в ней нет белых, и он считал, что надо пробраться, чтоб выяснить сколько их там. Это было мне уроком, что приказания надо отдавать чётко.

Во время отступления из села Аромашево, когда наша цепь под белогвардейским огнём отбегала по зажжённой снарядами в нескольких местах деревне, у одного пылающего дома с иконой в вытянутых руках стояла седая старуха. (Икона неопалимой купины заменяла в царской деревне пожарную команду, а большевики, только что взявшие власть, ещё не успели заменить «святых пожарников» настоящими). Несмотря на ожесточённый обстрел и наседающие белогвардейские цепи, перебегавший рядом со мной командир первого отделения отряда матрос-кронштатец Ваня БУЛУЧЁВ не утерпел, остановился около старухи и шутливо ей бросил: «Брось, бабушка, всё равно не поможет». Старуха от изумления и неожиданности действительно выронила икону, а мы с Булучёвым под хохот видевших эту сцену ближайших ребят пошли дальше.

Раненый во время ночного нападения на наше охранение А.ЛАТНИКОВ не хотел уезжать из отряда в лазарет, и пришлось приказать ему ехать. Эти факты геройства были не единоличными, а характерными для всего отряда. За несколько дней до занятия Алапаевска колчаковцами, мы вернулись в родной завод уже сжатый со всех сторон белогвардейскими цепями.

Продолжение следует

Окончание
Tags: Красные Орлы, гражданская война, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments