Алексеев. Верхнетуринская подпольная организация в период 1905-1915 г.г.
Алексеев
ВЕРХНЕ-ТУРИНСКАЯ ПОДПОЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ В ПЕРИОД 1905-1915 г.г.
В старом казённом ВЕРХНЕ-ТУРИНСКОМ заводе, который был ещё основан при Петре І-ом, т.е. в 1730 году и своё основное производство имел со дня своего рождения (военные припасы, снаряды, ядра, картечь и т.д.). Это можно видеть по его сохранившимся в музее экспонатам как историческую древность, т.е. редкостные экземпляры, ядра, картечь и т.п., приготовленные для Русско-Турецкой войны.
Для освоения этого производства в то время для работы ссылались разные народности, из пределов бывш. царской России попадало немало за уголовные преступления, ссылали из центральных районов для работы квалифицированных рабочих, хотя среди них и мелких разночинцев нередко можно было встретить, как по выражению в то время "обывательской среды" – "политических еретиков" или "политиканов", которые среди себя организовывали и подбирали себе кружки и вели революционную работу. Но все эти кружки, большей своей частью состояли из рабоче-служилой интеллигенции, как-то: заводские мастера (из техников), персонал аптек, больниц, некоторая часть из управления завода и т.д. Руководство вели более молодые люди, вышедшие из Екатеринбургского Горного училища и друг. учебных заведений.
Такие кружки возникали до 1905 г., мне как участнику в одном из этих кружков приходилось бывать на собраниях. Им в то время руководил мастер строительно-ремонтного цеха ШАТОВ и его сторонниками были АХЛЮСТИН А.А., ШМАГИНА Т.П. (акушерка) и ряд других лиц из местной интеллигенции, кроме того, в нём принимали участие рабочие с производства: ПИВОВАРОВ Андр. Ник., КУРСАНИН Ник. Петр., МОЛОДЦОВ Фед. Вас., ГИЛЁВ Вас. Вас., СЕРЕБРЯКОВ Сем. Ник. и ряд друг. рабочих.
Эти кружки вели нелегальную работу против царско-буржуазного строя. Проводили свои собрания в лесу, на конспиративных квартирах. В большинстве своих случаев – их работа сгодилась к [5] экономическим требованиям к вышестоящей интеллигенций, т.е. управителю завода, горному начальнику и т.д. При чём нужно сказать, что эти кружки из себя представляли совместную работу эсеров и соцдемократов и во время 1905 года, когда они явно стали выступать на собраниях с критикой и требованиями перед "начальством" и, кроме того, было ими выпущено несколько воззваний, а главное написан был "акафист" про управителя Верхне-Туринского завода господина АФАНАСЬЕВА в 1905-06 г., то верхушке этого кружка не поздоровилось от "начальства". Были уволены из завода ШАТОВ, АХЛЮСТИН, остальная часть кружка рассыпалась и арестована. Хотя рабочие, скованные социал-демократами, не потеряли своей связи между собой.
В 1905-6 г. к нам в В. Туру прибыл не на долго из "Новониколаевской тюрьмы" выпущенный на свободу "тов. АНДРЕЙ", т.е. ЯКОВ МИХАЙЛОВИЧ СВЕРДЛОВ. Он нащупал кружок подпольщиков, т.к. после незыблемых свобод в ковычках от 17 октября 1905 г. остались рожки да ножки, и кто сумел во-время спрятаться от наступающей чёрной реакции, те стали продолжать революционную свою деятельность.
"Яков Михайлович" собрал сперва закрытое, т.е. нелегальное собрание в частной квартире у тов. Овчинникова Мих. Львовича, на этом собрании присутствовало человек 25-30. На очереди дня стоял вопрос "ЛЖИВЫЕ СВОБОДЫ НИКОЛАЯ ІІ-ГО" и о наступающей реакции. "Тов. АНДРЕЙ" своим выступлением внёс новую живую силу в рабочих и местную интеллигенцию, которая уже была демобилизована в борьбе с самодержавием. На этом собрании было решено на третий день собрать "СХОД" в Волостном Правлении с рабочими завода, на котором должен выступить "Яков Михайлович" с этим-же вопросом.
Сход состоялся, на котором присутствовало рабочих человек около 250-ти. "Яков Михайлович", как на первом собрании, а также и на "Сходе" резко поставил вопрос по борьбе с самодержавием и царской помещичьей буржуазией и призывал рабочих организоваться в рабочие самостоятельные кружки РСДРП(б), а не работать и не вести соглашательские работы с кадетами, эсерами и предателями-меньшевиками. "Яков Михайлович" указал лицо бывш. попа "ГАПОНА" и его спутников, которые предают рабочий класс. [6]
После от"езда тов. "АНДРЕЯ" рабочие без местной революционной интеллигенции стали организовывать свои кружки, но эту работу поболи совместно с эсерами, даже во главе кружка стоял эсер ПИВОВАРОВ Андрей Ник. Но это продолжалось недолго.
На одном подпольном собрании был поставлен вопрос о грубом обращении со стороны зав. Механическим цехом ЛУЗИНА Г. Ал-ндр., который вёл себя с рабочими очень скверно, т.е. издевался, штрафовал, увольнял и был страшно груб, как "извозчик". И вот на этом собрании решено было вывести его из завода "на тачке" и подать петицию на имя Управителя завода с некоторым экономическим требованием в пользу рабочих. Вся эта "затея" происходила от имени эсеров. Наши сторонники на этом собрании были, но не соглашались с эсеровской "затеей", а предлагали устроить 3-х дневную забастовку с политико-экономическими требованиями, которыми велел поддерживаться "тов. Андрей". Но в один из ближайших дней после вынесенного об"единённого решения эсеров и с.дем. приговор был приведён в исполнение. По назначенному условию, когда зав. цехом будет обходить производство (цех), то один из рабочих должен дать "сигнал-тревогу", т.е. ударить в цеховой колокол, чтобы остановить машину (гидравлическую турбину-двигатель).
В 10 час. утра 1907 г., когда зав. цехом Г.А. ЛУЗИН подошёл к токарному станку, на котором работал токарь А.В. Плотников, раздался тревожный сигнал, в цехе поднялся гул голосов. Степан Меньшиков, который ударил в колокол, совместно с С.Н. Серебряковым и В.Н. Пивоваровым (все эсеры) подхватили ЛУЗИНА и с криками вывели из цеха. Некоторые рабочие этого цеха не были подготовлены к этой афере, не стали выходить из цеха, а также не были подготовлены и другие цеха.
Из №1 вышла толпа рабочих, человек до 200 – пока выгоняли из других цехов рабочих "вожаки"-эсеры. Толпа, скопившаяся около цеха №1, где был ЛУЗИН, стали слышны разные возгласы: "Бросай его, робя, в бушло! Бей его, кунгуряки! Тащи его в воду!" – и многие друг. выкрики. Но тут пришлось разъяренную толпу воздерживать от разных эксцессов и хулиганства, чтобы не получить кровопролития, т.к. в толпе были и его приверженцы. В конце концов, с гиком и шумом ЛУЗИНА повели из завода к дому Управителя, но расчёт эсеров был неверен, т.к. управителя дома не [7] оказалось, что его повели к смотрителю завода. Управитель в то время был в Кушве. Смотритель завода оказался новым человеком и, поговорив немного с толпой, оставил Лузина у себя, не велев допускать его больше в завод.
На другой день завод был оцеплен полицией, и цеха завода остановлены. Произведён был ряд арестов, тех людей, которые вели Лузина, посадили в "Николаевку". Из них сидели С. МЕНЬШИКОВ, С. СЕРЕБРЯКОВ, В. ПИВОВАРОВ, И. АНДРЕЕВ и ряд других.
По распоряжению горного начальника завод был остановлен. После месячной остановки стали производить набор рабочей силы, принимали более благонадёжных, остальная часть, замеченная в чём-либо, отсеивалась, выдавались жёлтые паспорта с пометкой о политической "неблагонадёжности" и выметались из пределов завода. Но здесь следует указать, что наряду с эсеровским с.дем. кружком, был второй кружок, организованный приехавшим из г. Екатеринбурга ВОШЕВЫМ Яковом Мих., который подобрал из чисто рабочей молодежи кружок с.д. Сам тов. ВОШЕВ не был большим организатором-руководителем, он большей своей частью увлекался и увлекал других "стихоплётами", т.е. он был небольшой руки литератор, писал разные прокламации, стишки на тему дня и т.д. Имел в то время связь с некоторыми газетами, выходящими в период 1905-7 годов, а также размножали его стихотворения на гектографе и распространяли среди рабочих завода. Он до вывода Лузина из завода написал стишок следующего содержания:
"Людей за безделье преследует.
Ученьем будет кунгуряк –
Законам русским точно следует:
И механик, и моряк,
Но в общем надутый дурак".
Этим самым тов. ВОШЕВ давал понять, с кем рабочие имеют дело, т.е. вышедшие из Кунгурского технического училища, а умели уже тонко и точно проводить "законы" угнетения для рабочих. [8]
Тов. ВОШЕВ своими стихами или вернее самокритикой бичевал всю администрацию завода, начиная от табельщика и кончая управителем завода. Вот второй его стишок про мастера, который вылез из рабочих, но своими действиями и своей хитростью – добился очень высокого положения в В. Туре. Тов. ВОШЕВ писал этот стишок в 1908 году и предугадал этого хитрого человека, которого только Февральская Революция сумела смести с тёплого места.
"Чудо нынешнего века,
Ей-богу я не вру.
Русь, пройди всю – человека
Не найти ему пару:
Он и токарь, он и слесарь,
Говорить большой мастак.
Очернить других охотник,
Ловкий парень, не дурак.
Отгадать же кто стремится:
В крайни буквы пусть вглядится"
Этот человек Ф.Ив. ЧЕРНОГОЛОВ. Рабочие В. Туры знают его, многим кое-кому от него попало. Человек этот жил в своё удовольствие и копил деньги на чёрный день.
Но ВОШЕВ был также разоблачён со своим кружком после вывода Лузина из завода. ВОШЕВ Я.М. сумел скрыться от преследования царских властей, остальные участники кружка были уволены из завода и кружок распался.
По возвращении обратно в В. Туру в 1909 г. я снова вступил в кружок подпольной организации. Руководство и организация кружка принадлежала высланному к нам на Урал из Петрограда одного профессора КЫСКИНА Андриана Константиновича, который возглавлял кружок в этот период. В кружке состояло человек 16-20 рабочих, из интеллигенции почти никого не было, только к концу разгрома кружка попали те провокаторы, которые предали т. КЫСКИНА. Кружок носил название ДСДРП.
Тов. Кыскин провёл много нелегальных [9] собраний, прочитал огромное количество лекций. Всю эту работу он проводил под видом "Рабочего театра и его любителей артистов", как режиссёр по назначению репетиции или выбора пьески проводил ту или иную тему революционной беседы. В зимнее время проводились в здании заводского театра или в клубе, а летом работу проводил в лесу, где уже с привлечением рабочих с производства, но провокаторы действовали и в 1910 году в мае мес., когда он проводил беседу, чтобы ввести в состав Правления Горнозаводского попечительского приказа своих людей, т.е. партийных из рабочих. Люди, стоявшие на постах, охранявшие собрание, дали сигнал, что идёт слежка, собрание разбежалось, и после, спустя два дня, тов. КЫСКИНА А.К. арестовали, и после выхода из "Николаевки" (тюрьма) он застрелился.
Кружок, организуемый т. КЫСКИНЫМ, распался, но корни РСДРП(б) остались глубоко. На его место вышел из Николаевской тюрьмы Ив. Мих. ЧЕЗГАНОВ – 1912 год, который снова организовал небольшой кружок РСДРП(б) чисто из рабочих и повёл с ним революционную работу, хотя нужно сказать, что тов. ЧЕЗГАНОВ не был очень политически развит, но для чутья рабочих и их организованности у него сил хватило, и общим коллективом разрешались те или другие вопросы. Так тов. ЧЕЗГАНОВ за свою многолетнюю революционную работу имел связь с Надеждинским нелегальным кружком и т.д., через которые получали материал и нужную литературу. Кружок состоял из 15 чел.
Необходимо отметить положительную сторону В. ТУРЫ в том, что она территориально расположена в 33-х километрах от знаменитого "Николаевского замка", который со своего основания считался не только у политических заключённых угрозой и бичём человечества, но и своими инквизициями, пытками и виселицами, но даже в него боялись попадать уголовные преступники, и все бежавшие от рук "палача" могли получать в В. Туре помощь от нелегального кружка и его членов, т.к. связь эта редко терялась между собой. Когда ещё не было жел. дор. Гороблагодатская-Надеждинск, все арестованные шли конвоем, или же их везли на лошадях жандармы. [10]
Проходя мимо завода закованными в кандалы, но не закованными были рты, а потому они вносили революционную заразу среди рабочих. Когда вели матросов с броненосца "Потёмкин", то они шли и пели разные революционные песни и скороговорки, пример:
"Пей ты, Саша, пей, мамаша.
И пивна-то будет наша.
Вся Россия торжествует –
Николай вином торгует".
Этим самым рабочая публика революционировалась, даже бывали такие моменты, когда ведут большой конвой арестантов, то люди шли провожать их до привала верст за 6-ть.
И под разными подложными паспортами устраивались на завод даже чернорабочими, чтобы иметь связь с рабочими, а также и с "Николаевкой".
С 1914 г., с об"явления войны, когда завод исключительно "военный" стал развёртывать свою производственную программу по выработке снарядов. При чём завод с 1910 по 1914 г. почти заново был реконструирован и оборудован мощными гидравлическими прессами, а также построены новые механические цеха для отделки снарядов, стали стекаться со всех концов России высококвалифицированные рабочие, кроме того вскоре прибыли эвакуированные латыши; среди них много оказалось членов РСДРП.
После первых встреч с ними и приезжими товарищами, которые присоединились к нелегальному кружку для общей работы, на первом-же собрании был поставлен вопрос о руководителе кружка, где был выбран руководителем кружка тов. Эюб Иван Алексеевич. Кружок тогда состоял из 35-ти челов. рабочих, а именно: ЭЮБ И.А., Чезганов И.М., Алексеев Ф.М., Граудин Ян, Углем М., Курсанин А.Н., Потоскуев Ф.И., Сычёв Т.Н., Кунщиков А.О., Алексеев М.М., Рожин Л.В., Захаров Н., Татаурин М., Сватов М.Н., Аликин Павел, Неволин К., Середки, Балад, Мекш. И др., которых фамилии забыл, из них три женщины Латышки. [11]
Кружок выбрал руководящий подпольный комитет, в который вошли следующие т. т.: Председатель – т. ЭЮБА И.А., пропагандистом Чезганов Ив. М., казначеем Алексеев Ф.М. и библиотекарем Свагов М.Н.
Подпольный комитет наметил определённую свою работу. Во-первых, чтобы прилечь рабочую массу и взять под свое влияние – стал вопрос за овладение "потребилкой". До тех пор в Правлении "Потребилки" сидели местные интеллигенты, т.е. во главе с попом Никандром сидел бухгалтер Заводоуправления В.И. Ладейщиков (черносотенец), Пивоваров А.Н. (эсер) и друг.
К самым перевыборам приехал из Екатеринбурга тов. ЗАРИН (большевик), которому мы сообщили свои намерения, т.е. овладение "Потребилкой". Он велел срочно собрать весь кружок на нелегальное собрание в лес, на "Вшивую Горку", где, обстоятельно обсудив этот вопрос – наметили план действий, т.е. сперва по цехам завода с"агитировать рабочих, и каждый член партии должен привлечь на собрание не менее трёх человек своих сторонников. Это очень помогло, т.к. местное купечество страшно вздувало цены на все виды товаров, ввиду недостатка последних. И во время отчётного собрания в помещении театра тов. ЗАРИН выступил перед переполненной аудиторией, раз"яснил роль и задачи кооперации, какую она роль играет. Рабочие поняли, но здесь тов. ЗАРИНУ пришлось выдержать бои с местной буржуазией в лице бывш. лесничего КОВАЛЕВСКОГО и Волостного старшины ЧУЙКИНА Н. Ив.
Видя на этом собрании организованное выступление со стороны рабочих и нас, местные власти почувствовали, что здесь происходит что-то неладное, давали сильный отпор, но ничего не вышло. Мы сумели провести своих членов партии в состав Правления. От нас прошли т.т. Чезганов Ив. Мих., Потоскуев Ф. Ив., Шмаков Вас. Фёд.
В конце собрания дело дошло до скандала. Ковалевский, Ладейщиков, Чуйкин и поп Никандр видели выступающих с нашей стороны в лице т.т. Зарина, Бархатова, Чезганова, Алексеева, Середкина, что мы неправильно голосовали и хотели оспорить выборы, но т. Зарин им доказал, как нужно производить выборы по Парламентскому способу, то на другой день происходит по их инициативе вторичное собрание, на котором они указали, что [12] со стороны некоторых рабочих были революционные призывы, противоречащие Законоположению, и хотели возбудить вопрос о высылке из пределов завода Чезганова И.М., Алексеева Ф.М., а главное настаивали сильно о высылке тов. Бархатова, которого хотели арестовать. Но в то время рабочие завода были ранее нами с"агитированы и стояли крепко за нас, им этот номер не прошёл. Но тов. Бархатов из В. Туры скрылся.
Партийный кружок не ослабил руководства "Потребиловкой", и вошедшие от нашей партии товарищи делали своё дело: первое – снизили расценки на товары, этим увеличили число пайщиков, с притоком пайщиков само собой увеличился оборотный капитал, чем смогли увеличить товарооборот и расширить торговлю; с другой стороны – повели как они, так и члены партии совместно в кружках агитацию за общество потребителей и политико-воспитательную работу. Но это делалось нелегко, т.к. местное купечество видело в Потребилке своего конкурента и соперника, повели на Правление свои атаки, пускали всё, что могли, задерживали груды товаров на ж.д. станции путём переманивания к себе гужтранспорта, стали выдавать покупателям небольшие премии и т.д. и т.п. С другой стороны, оставшиеся в Правлении эсеры в лице Пивоварова А.Н., которым был казначеем – не давал своевременно денег на выкуп товаров, и эсеры сошлись с местной интеллигенцией, стали бойкотировать покупку товаров в "Потребиловке", но это нисколько не помешало их "затеям". Потребиловка росла в мощное торговое заведение и из маленьком "лавчёнки", где прежде торговала, приобрела новый корпус в аренду у б.торговца Чертищевой и в 1915 г. переехала в новое помещение, которое забито было полно товарами.
Наша партия на этом фронте выиграла и уже к февральской революции имела большое достижение. Кооперация стала мощным орудием против эсеровщины, меньшевиков и черносотенцев.
1915 год уже давал себя чувствовать царско-монархической власти с ея придатком – Государственной Думой. Дело шло скверно, приходилось думать о каком-то новом демократическом управлении, и вот к нам в 1915 году пожаловал неожиданный гость, член Государственной Думы господин ГУСЕВ, [13] бывш. Серебрянский рабочий-эсдек, который приехал с целью произвести выборы среди рабочих в Военно-Промышленные Комитеты. В то-же время у нас в кружке руководил тов. ЗАРИН, который срочно собрал общее собрание членов партии в лесу на горе "Сопке" близь В. Туры, где раз"яснил об организации Военно-промышленных Комитетов, их цель и задачи, что они из себя будут представлять, т.е. предательский орган рабочего класса.
Не успели закончить нелегальное собрание, как со стороны сторожевой охраны наших паролей даны были сигналы, что была послана полиция для захвата нас. Им не удалось никого из нас поймать, мы успели разбежаться в разные направления, кто сбежал в г. Кушву, а кто скрылся в лесу до следующего дня. Но несмотря на то, что полиция и ея духи преследовали нас на каждом шагу, мы своё дело сделали, провели агитацию среди рабочих и выпустили листовки и благодаря этому не дали ни одного представителя от рабочих в Военно-промышленные комитеты, им только удалось получить от администрации несколько человек. Но это нам досталось не даром, мы лишились тов. Зарина, которого хотели арестовать, но он своевременно нами был скрыт, а потом он покинул пределы В-Туры и переехал в г. Екатеринбург. Но зато мы выиграли то, что завязали через него связь с Областным центром. Тов. Зарин от нас уехал и служил в гор. Екатеринбурге в больничной кассе "Полиграф", через которого мы доставали литературу и установки для дальнейшей работы нашей организации, и потом уже после февраля он был в Пермском Губернском Совете Рабочих и Крест., и Солдатских депутатов.
В дальнейшем наш комитет стал сильнее закрепляться на своём революционном посту и вёл революционную деятельность, захватывая посты в общественных организациях, в то время которые существовали.
В 1916 г. во время годового отчёта о своей деятельности Горнозаводского попечительного приказа (т.е. от незыблемых свобод), которые ещё даны были Александром ІІ-м, осталось на память демократическое учреждение вплоть до Февральском революции, в которое входили рабочие членами вышеуказанного учреждения и пользовались льготами и некоторыми привиллегиями, т.е. платили 2% с рубля и казна то-же 2%, и на это существовало учреждение, [14] которое имело свои капиталы, т.е. к Февральской революции имелось на их счету до 100.000 руб. И вот во время отчёта также должны быть выборы "Приказа", т.е. правившего Правления.
Наш партийный Комитет был к этому собранию подготовлен, собиралось общее нелегальное собрание, и комитетом назначены были кандидаты в Правление "Приказа". От нашей организации должны были пройти т.т. Гилев В.В., Плотников Н.А., так как до этого времени мы не смогли получить ни одного места, т.к. там заправила были от администрации завода во главе с Управителем Петровым, и они делали там свои дела и делишки.
Во время собрания нашей партии пришлось выдержать большое сопротивление как со стороны администрации, в котором были меньшевики, уже организовавшиеся из местной интеллигенции, а кроме того участвовал и подпольный комитет эсеров. Когда мы стали предлагать своих кандидатов, то эсеры и администрация давали нам сильный отпор, но с"агитированные рабочие нашей партией, в большинстве стояли на нашей стороне, нам удалось провести вышеупомянутых товарищей в состав Попечительного приказа, связь была налажена, ещё одна победа одержана.
В 1915 г. по инициативе служителей церковного культа и местной интеллигенции организован был "Комитет помощи солдаткам и семьям погибших на войне". При его организации в Комитет вошли почти исключительно "благотворители" интеллигентного общества и церкви. Источником дохода, т.е. сбор денег на нужды и раздачу мизерного пособия устраивались благотворительные вечера с танцульками, вещевые лотереи, аллегри и т.д., но воина делала своё дело и […] рабочих и крестьян во имя наживы золота в карман капиталистам, денег не хватало, да к тому-же нужно что-то было "благотворителям" украсть. Вот они придумали – пополнять за счёт заработка рабочего, т.е. удержанием 1% с рубля из зарплаты рабочего, но и посыпался "Золотой дождь", в короткий срок оказались большие средства, т.е. к 1916 г. уже было собрано до 25 тыс. руб. наличного капитала.
В 1916 г. по инициативе нашего комитета, где были с"агитированы рабочие, [15] чтобы заслушать доклад "Комитета помощи солдатикам" и переизбрание состава комитета, было выставлено требование рабочих. Просьба была удовлетворена. Во время отчёта наша партия выставила своих кандидатов в комитет. Прошли от нашей партии Алексеев Ф.М., Игнатищев и от служащих Андреев П.Н., остальные были от администрации и церкви, но свой контроль опять был. Ещё раз партия одержала победу. В дальнейшем этот комитет, т.е. наши тов.тов., после февральской революции оказали большую помощь нашей газете "Уральской Правде", т.е. денежную. Кроме того, мы уже этим достигли влияния на деревни, т.к. из этого Комитета также оказывалась помощь ближайшим деревням, т.е. солдаткам и семействам воинов денежная помощь, а главное шла агитация против волны и ей последствий.
В 1916 г. 1 октября приехал к нам из г. Москвы с литературой тов. Эмие (латышь) и с особым заданием, т.е. извещением, что в рядах царской армии начинается брожение, и происходит "братание солдат", кроме того среди Питерских и Московских рабочих идут волнения и нарастает революционное брожение.
Тов. Эмие предложил собрать небольшое нелегальное собрание, которое в тот-же день было собрано в поселке "РИГА" на квартире у одного латыша (кузнеца), чтобы там наметить план действий для дальнейшей нашей подпольной работы, а на второй-третий день собрать более обширное подпольное собрание и роздать привезённую литературу и воззвание.
Собрались часов в 9 вечера человек 15 членов партии, но здесь нас постигла неудача, "провокатор" нас предал. Поговорив часа 2, некоторые товарищи разошлись по своим квартирам. Остальные остались взять литературу. В этот момент домик был окружён сильным нарядом чинов полиции. Но к нашему счастью часть полиции была пьяная, т.к. они до этой операции производили обыски у жителей В. Туры, отбирали "брагу", т.е. алкогольный напиток, которой в то время изготовлялся в большом количестве обывательщиной и разными шинкарями, а главное был сильно пьян сам полицейский надзиратель. Это нас "спасло", не сделали на месте среди нас обыска, нас повели под конвоем в селение В. Туринского завода.
Дорога шла через болото мимо ограды завода, да кроме того ночь осенняя благоприятствовала нам. Во время ходьбы мы [16] сумели полученную литературу втоптать в грязь по дороге в болото. Когда привели, при обыске у нас ничего не было обнаружено, но забавно то, что при входе в квартиру Полицейского надзирателя через открытую дверь, через кухню сумел скрыться т. Эмие. Когда полицейские хватились его, а у него уже хвост простыл, доказательств и улик никаких не было.
Мы в количестве 7-ми чел. просидели сутки, были выпущены. Персонально попали члены нашей партии: Чезганов И.М., Алексеев Ф.М., Аликин Павел, Алексеев М.М., Мекш и ещё латыш и хозяин квартиры. После этого в ноябре мес. мы были допрошены жандармерией в г. Н. Тагиле. Нам было пред"явлено обвинение за неоднократные нелегальные собрания и распространение нелегальной литературы. Должен был состояться суд в мае 1917 года, но нас спасла февральская революция. [17]
ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.157.Л.5-17.
Панорама Верхнетуринского завода
ВЕРХНЕ-ТУРИНСКАЯ ПОДПОЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ В ПЕРИОД 1905-1915 г.г.
В старом казённом ВЕРХНЕ-ТУРИНСКОМ заводе, который был ещё основан при Петре І-ом, т.е. в 1730 году и своё основное производство имел со дня своего рождения (военные припасы, снаряды, ядра, картечь и т.д.). Это можно видеть по его сохранившимся в музее экспонатам как историческую древность, т.е. редкостные экземпляры, ядра, картечь и т.п., приготовленные для Русско-Турецкой войны.
Для освоения этого производства в то время для работы ссылались разные народности, из пределов бывш. царской России попадало немало за уголовные преступления, ссылали из центральных районов для работы квалифицированных рабочих, хотя среди них и мелких разночинцев нередко можно было встретить, как по выражению в то время "обывательской среды" – "политических еретиков" или "политиканов", которые среди себя организовывали и подбирали себе кружки и вели революционную работу. Но все эти кружки, большей своей частью состояли из рабоче-служилой интеллигенции, как-то: заводские мастера (из техников), персонал аптек, больниц, некоторая часть из управления завода и т.д. Руководство вели более молодые люди, вышедшие из Екатеринбургского Горного училища и друг. учебных заведений.
Такие кружки возникали до 1905 г., мне как участнику в одном из этих кружков приходилось бывать на собраниях. Им в то время руководил мастер строительно-ремонтного цеха ШАТОВ и его сторонниками были АХЛЮСТИН А.А., ШМАГИНА Т.П. (акушерка) и ряд других лиц из местной интеллигенции, кроме того, в нём принимали участие рабочие с производства: ПИВОВАРОВ Андр. Ник., КУРСАНИН Ник. Петр., МОЛОДЦОВ Фед. Вас., ГИЛЁВ Вас. Вас., СЕРЕБРЯКОВ Сем. Ник. и ряд друг. рабочих.
Эти кружки вели нелегальную работу против царско-буржуазного строя. Проводили свои собрания в лесу, на конспиративных квартирах. В большинстве своих случаев – их работа сгодилась к [5] экономическим требованиям к вышестоящей интеллигенций, т.е. управителю завода, горному начальнику и т.д. При чём нужно сказать, что эти кружки из себя представляли совместную работу эсеров и соцдемократов и во время 1905 года, когда они явно стали выступать на собраниях с критикой и требованиями перед "начальством" и, кроме того, было ими выпущено несколько воззваний, а главное написан был "акафист" про управителя Верхне-Туринского завода господина АФАНАСЬЕВА в 1905-06 г., то верхушке этого кружка не поздоровилось от "начальства". Были уволены из завода ШАТОВ, АХЛЮСТИН, остальная часть кружка рассыпалась и арестована. Хотя рабочие, скованные социал-демократами, не потеряли своей связи между собой.
В 1905-6 г. к нам в В. Туру прибыл не на долго из "Новониколаевской тюрьмы" выпущенный на свободу "тов. АНДРЕЙ", т.е. ЯКОВ МИХАЙЛОВИЧ СВЕРДЛОВ. Он нащупал кружок подпольщиков, т.к. после незыблемых свобод в ковычках от 17 октября 1905 г. остались рожки да ножки, и кто сумел во-время спрятаться от наступающей чёрной реакции, те стали продолжать революционную свою деятельность.
"Яков Михайлович" собрал сперва закрытое, т.е. нелегальное собрание в частной квартире у тов. Овчинникова Мих. Львовича, на этом собрании присутствовало человек 25-30. На очереди дня стоял вопрос "ЛЖИВЫЕ СВОБОДЫ НИКОЛАЯ ІІ-ГО" и о наступающей реакции. "Тов. АНДРЕЙ" своим выступлением внёс новую живую силу в рабочих и местную интеллигенцию, которая уже была демобилизована в борьбе с самодержавием. На этом собрании было решено на третий день собрать "СХОД" в Волостном Правлении с рабочими завода, на котором должен выступить "Яков Михайлович" с этим-же вопросом.
Сход состоялся, на котором присутствовало рабочих человек около 250-ти. "Яков Михайлович", как на первом собрании, а также и на "Сходе" резко поставил вопрос по борьбе с самодержавием и царской помещичьей буржуазией и призывал рабочих организоваться в рабочие самостоятельные кружки РСДРП(б), а не работать и не вести соглашательские работы с кадетами, эсерами и предателями-меньшевиками. "Яков Михайлович" указал лицо бывш. попа "ГАПОНА" и его спутников, которые предают рабочий класс. [6]
После от"езда тов. "АНДРЕЯ" рабочие без местной революционной интеллигенции стали организовывать свои кружки, но эту работу поболи совместно с эсерами, даже во главе кружка стоял эсер ПИВОВАРОВ Андрей Ник. Но это продолжалось недолго.
На одном подпольном собрании был поставлен вопрос о грубом обращении со стороны зав. Механическим цехом ЛУЗИНА Г. Ал-ндр., который вёл себя с рабочими очень скверно, т.е. издевался, штрафовал, увольнял и был страшно груб, как "извозчик". И вот на этом собрании решено было вывести его из завода "на тачке" и подать петицию на имя Управителя завода с некоторым экономическим требованием в пользу рабочих. Вся эта "затея" происходила от имени эсеров. Наши сторонники на этом собрании были, но не соглашались с эсеровской "затеей", а предлагали устроить 3-х дневную забастовку с политико-экономическими требованиями, которыми велел поддерживаться "тов. Андрей". Но в один из ближайших дней после вынесенного об"единённого решения эсеров и с.дем. приговор был приведён в исполнение. По назначенному условию, когда зав. цехом будет обходить производство (цех), то один из рабочих должен дать "сигнал-тревогу", т.е. ударить в цеховой колокол, чтобы остановить машину (гидравлическую турбину-двигатель).
В 10 час. утра 1907 г., когда зав. цехом Г.А. ЛУЗИН подошёл к токарному станку, на котором работал токарь А.В. Плотников, раздался тревожный сигнал, в цехе поднялся гул голосов. Степан Меньшиков, который ударил в колокол, совместно с С.Н. Серебряковым и В.Н. Пивоваровым (все эсеры) подхватили ЛУЗИНА и с криками вывели из цеха. Некоторые рабочие этого цеха не были подготовлены к этой афере, не стали выходить из цеха, а также не были подготовлены и другие цеха.
Из №1 вышла толпа рабочих, человек до 200 – пока выгоняли из других цехов рабочих "вожаки"-эсеры. Толпа, скопившаяся около цеха №1, где был ЛУЗИН, стали слышны разные возгласы: "Бросай его, робя, в бушло! Бей его, кунгуряки! Тащи его в воду!" – и многие друг. выкрики. Но тут пришлось разъяренную толпу воздерживать от разных эксцессов и хулиганства, чтобы не получить кровопролития, т.к. в толпе были и его приверженцы. В конце концов, с гиком и шумом ЛУЗИНА повели из завода к дому Управителя, но расчёт эсеров был неверен, т.к. управителя дома не [7] оказалось, что его повели к смотрителю завода. Управитель в то время был в Кушве. Смотритель завода оказался новым человеком и, поговорив немного с толпой, оставил Лузина у себя, не велев допускать его больше в завод.
На другой день завод был оцеплен полицией, и цеха завода остановлены. Произведён был ряд арестов, тех людей, которые вели Лузина, посадили в "Николаевку". Из них сидели С. МЕНЬШИКОВ, С. СЕРЕБРЯКОВ, В. ПИВОВАРОВ, И. АНДРЕЕВ и ряд других.
По распоряжению горного начальника завод был остановлен. После месячной остановки стали производить набор рабочей силы, принимали более благонадёжных, остальная часть, замеченная в чём-либо, отсеивалась, выдавались жёлтые паспорта с пометкой о политической "неблагонадёжности" и выметались из пределов завода. Но здесь следует указать, что наряду с эсеровским с.дем. кружком, был второй кружок, организованный приехавшим из г. Екатеринбурга ВОШЕВЫМ Яковом Мих., который подобрал из чисто рабочей молодежи кружок с.д. Сам тов. ВОШЕВ не был большим организатором-руководителем, он большей своей частью увлекался и увлекал других "стихоплётами", т.е. он был небольшой руки литератор, писал разные прокламации, стишки на тему дня и т.д. Имел в то время связь с некоторыми газетами, выходящими в период 1905-7 годов, а также размножали его стихотворения на гектографе и распространяли среди рабочих завода. Он до вывода Лузина из завода написал стишок следующего содержания:
"Людей за безделье преследует.
Ученьем будет кунгуряк –
Законам русским точно следует:
И механик, и моряк,
Но в общем надутый дурак".
Этим самым тов. ВОШЕВ давал понять, с кем рабочие имеют дело, т.е. вышедшие из Кунгурского технического училища, а умели уже тонко и точно проводить "законы" угнетения для рабочих. [8]
Тов. ВОШЕВ своими стихами или вернее самокритикой бичевал всю администрацию завода, начиная от табельщика и кончая управителем завода. Вот второй его стишок про мастера, который вылез из рабочих, но своими действиями и своей хитростью – добился очень высокого положения в В. Туре. Тов. ВОШЕВ писал этот стишок в 1908 году и предугадал этого хитрого человека, которого только Февральская Революция сумела смести с тёплого места.
"Чудо нынешнего века,
Ей-богу я не вру.
Русь, пройди всю – человека
Не найти ему пару:
Он и токарь, он и слесарь,
Говорить большой мастак.
Очернить других охотник,
Ловкий парень, не дурак.
Отгадать же кто стремится:
В крайни буквы пусть вглядится"
Этот человек Ф.Ив. ЧЕРНОГОЛОВ. Рабочие В. Туры знают его, многим кое-кому от него попало. Человек этот жил в своё удовольствие и копил деньги на чёрный день.
Но ВОШЕВ был также разоблачён со своим кружком после вывода Лузина из завода. ВОШЕВ Я.М. сумел скрыться от преследования царских властей, остальные участники кружка были уволены из завода и кружок распался.
По возвращении обратно в В. Туру в 1909 г. я снова вступил в кружок подпольной организации. Руководство и организация кружка принадлежала высланному к нам на Урал из Петрограда одного профессора КЫСКИНА Андриана Константиновича, который возглавлял кружок в этот период. В кружке состояло человек 16-20 рабочих, из интеллигенции почти никого не было, только к концу разгрома кружка попали те провокаторы, которые предали т. КЫСКИНА. Кружок носил название ДСДРП.
Тов. Кыскин провёл много нелегальных [9] собраний, прочитал огромное количество лекций. Всю эту работу он проводил под видом "Рабочего театра и его любителей артистов", как режиссёр по назначению репетиции или выбора пьески проводил ту или иную тему революционной беседы. В зимнее время проводились в здании заводского театра или в клубе, а летом работу проводил в лесу, где уже с привлечением рабочих с производства, но провокаторы действовали и в 1910 году в мае мес., когда он проводил беседу, чтобы ввести в состав Правления Горнозаводского попечительского приказа своих людей, т.е. партийных из рабочих. Люди, стоявшие на постах, охранявшие собрание, дали сигнал, что идёт слежка, собрание разбежалось, и после, спустя два дня, тов. КЫСКИНА А.К. арестовали, и после выхода из "Николаевки" (тюрьма) он застрелился.
Кружок, организуемый т. КЫСКИНЫМ, распался, но корни РСДРП(б) остались глубоко. На его место вышел из Николаевской тюрьмы Ив. Мих. ЧЕЗГАНОВ – 1912 год, который снова организовал небольшой кружок РСДРП(б) чисто из рабочих и повёл с ним революционную работу, хотя нужно сказать, что тов. ЧЕЗГАНОВ не был очень политически развит, но для чутья рабочих и их организованности у него сил хватило, и общим коллективом разрешались те или другие вопросы. Так тов. ЧЕЗГАНОВ за свою многолетнюю революционную работу имел связь с Надеждинским нелегальным кружком и т.д., через которые получали материал и нужную литературу. Кружок состоял из 15 чел.
Необходимо отметить положительную сторону В. ТУРЫ в том, что она территориально расположена в 33-х километрах от знаменитого "Николаевского замка", который со своего основания считался не только у политических заключённых угрозой и бичём человечества, но и своими инквизициями, пытками и виселицами, но даже в него боялись попадать уголовные преступники, и все бежавшие от рук "палача" могли получать в В. Туре помощь от нелегального кружка и его членов, т.к. связь эта редко терялась между собой. Когда ещё не было жел. дор. Гороблагодатская-Надеждинск, все арестованные шли конвоем, или же их везли на лошадях жандармы. [10]
Проходя мимо завода закованными в кандалы, но не закованными были рты, а потому они вносили революционную заразу среди рабочих. Когда вели матросов с броненосца "Потёмкин", то они шли и пели разные революционные песни и скороговорки, пример:
"Пей ты, Саша, пей, мамаша.
И пивна-то будет наша.
Вся Россия торжествует –
Николай вином торгует".
Этим самым рабочая публика революционировалась, даже бывали такие моменты, когда ведут большой конвой арестантов, то люди шли провожать их до привала верст за 6-ть.
И под разными подложными паспортами устраивались на завод даже чернорабочими, чтобы иметь связь с рабочими, а также и с "Николаевкой".
С 1914 г., с об"явления войны, когда завод исключительно "военный" стал развёртывать свою производственную программу по выработке снарядов. При чём завод с 1910 по 1914 г. почти заново был реконструирован и оборудован мощными гидравлическими прессами, а также построены новые механические цеха для отделки снарядов, стали стекаться со всех концов России высококвалифицированные рабочие, кроме того вскоре прибыли эвакуированные латыши; среди них много оказалось членов РСДРП.
После первых встреч с ними и приезжими товарищами, которые присоединились к нелегальному кружку для общей работы, на первом-же собрании был поставлен вопрос о руководителе кружка, где был выбран руководителем кружка тов. Эюб Иван Алексеевич. Кружок тогда состоял из 35-ти челов. рабочих, а именно: ЭЮБ И.А., Чезганов И.М., Алексеев Ф.М., Граудин Ян, Углем М., Курсанин А.Н., Потоскуев Ф.И., Сычёв Т.Н., Кунщиков А.О., Алексеев М.М., Рожин Л.В., Захаров Н., Татаурин М., Сватов М.Н., Аликин Павел, Неволин К., Середки, Балад, Мекш. И др., которых фамилии забыл, из них три женщины Латышки. [11]
Кружок выбрал руководящий подпольный комитет, в который вошли следующие т. т.: Председатель – т. ЭЮБА И.А., пропагандистом Чезганов Ив. М., казначеем Алексеев Ф.М. и библиотекарем Свагов М.Н.
Подпольный комитет наметил определённую свою работу. Во-первых, чтобы прилечь рабочую массу и взять под свое влияние – стал вопрос за овладение "потребилкой". До тех пор в Правлении "Потребилки" сидели местные интеллигенты, т.е. во главе с попом Никандром сидел бухгалтер Заводоуправления В.И. Ладейщиков (черносотенец), Пивоваров А.Н. (эсер) и друг.
К самым перевыборам приехал из Екатеринбурга тов. ЗАРИН (большевик), которому мы сообщили свои намерения, т.е. овладение "Потребилкой". Он велел срочно собрать весь кружок на нелегальное собрание в лес, на "Вшивую Горку", где, обстоятельно обсудив этот вопрос – наметили план действий, т.е. сперва по цехам завода с"агитировать рабочих, и каждый член партии должен привлечь на собрание не менее трёх человек своих сторонников. Это очень помогло, т.к. местное купечество страшно вздувало цены на все виды товаров, ввиду недостатка последних. И во время отчётного собрания в помещении театра тов. ЗАРИН выступил перед переполненной аудиторией, раз"яснил роль и задачи кооперации, какую она роль играет. Рабочие поняли, но здесь тов. ЗАРИНУ пришлось выдержать бои с местной буржуазией в лице бывш. лесничего КОВАЛЕВСКОГО и Волостного старшины ЧУЙКИНА Н. Ив.
Видя на этом собрании организованное выступление со стороны рабочих и нас, местные власти почувствовали, что здесь происходит что-то неладное, давали сильный отпор, но ничего не вышло. Мы сумели провести своих членов партии в состав Правления. От нас прошли т.т. Чезганов Ив. Мих., Потоскуев Ф. Ив., Шмаков Вас. Фёд.
В конце собрания дело дошло до скандала. Ковалевский, Ладейщиков, Чуйкин и поп Никандр видели выступающих с нашей стороны в лице т.т. Зарина, Бархатова, Чезганова, Алексеева, Середкина, что мы неправильно голосовали и хотели оспорить выборы, но т. Зарин им доказал, как нужно производить выборы по Парламентскому способу, то на другой день происходит по их инициативе вторичное собрание, на котором они указали, что [12] со стороны некоторых рабочих были революционные призывы, противоречащие Законоположению, и хотели возбудить вопрос о высылке из пределов завода Чезганова И.М., Алексеева Ф.М., а главное настаивали сильно о высылке тов. Бархатова, которого хотели арестовать. Но в то время рабочие завода были ранее нами с"агитированы и стояли крепко за нас, им этот номер не прошёл. Но тов. Бархатов из В. Туры скрылся.
Партийный кружок не ослабил руководства "Потребиловкой", и вошедшие от нашей партии товарищи делали своё дело: первое – снизили расценки на товары, этим увеличили число пайщиков, с притоком пайщиков само собой увеличился оборотный капитал, чем смогли увеличить товарооборот и расширить торговлю; с другой стороны – повели как они, так и члены партии совместно в кружках агитацию за общество потребителей и политико-воспитательную работу. Но это делалось нелегко, т.к. местное купечество видело в Потребилке своего конкурента и соперника, повели на Правление свои атаки, пускали всё, что могли, задерживали груды товаров на ж.д. станции путём переманивания к себе гужтранспорта, стали выдавать покупателям небольшие премии и т.д. и т.п. С другой стороны, оставшиеся в Правлении эсеры в лице Пивоварова А.Н., которым был казначеем – не давал своевременно денег на выкуп товаров, и эсеры сошлись с местной интеллигенцией, стали бойкотировать покупку товаров в "Потребиловке", но это нисколько не помешало их "затеям". Потребиловка росла в мощное торговое заведение и из маленьком "лавчёнки", где прежде торговала, приобрела новый корпус в аренду у б.торговца Чертищевой и в 1915 г. переехала в новое помещение, которое забито было полно товарами.
Наша партия на этом фронте выиграла и уже к февральской революции имела большое достижение. Кооперация стала мощным орудием против эсеровщины, меньшевиков и черносотенцев.
1915 год уже давал себя чувствовать царско-монархической власти с ея придатком – Государственной Думой. Дело шло скверно, приходилось думать о каком-то новом демократическом управлении, и вот к нам в 1915 году пожаловал неожиданный гость, член Государственной Думы господин ГУСЕВ, [13] бывш. Серебрянский рабочий-эсдек, который приехал с целью произвести выборы среди рабочих в Военно-Промышленные Комитеты. В то-же время у нас в кружке руководил тов. ЗАРИН, который срочно собрал общее собрание членов партии в лесу на горе "Сопке" близь В. Туры, где раз"яснил об организации Военно-промышленных Комитетов, их цель и задачи, что они из себя будут представлять, т.е. предательский орган рабочего класса.
Не успели закончить нелегальное собрание, как со стороны сторожевой охраны наших паролей даны были сигналы, что была послана полиция для захвата нас. Им не удалось никого из нас поймать, мы успели разбежаться в разные направления, кто сбежал в г. Кушву, а кто скрылся в лесу до следующего дня. Но несмотря на то, что полиция и ея духи преследовали нас на каждом шагу, мы своё дело сделали, провели агитацию среди рабочих и выпустили листовки и благодаря этому не дали ни одного представителя от рабочих в Военно-промышленные комитеты, им только удалось получить от администрации несколько человек. Но это нам досталось не даром, мы лишились тов. Зарина, которого хотели арестовать, но он своевременно нами был скрыт, а потом он покинул пределы В-Туры и переехал в г. Екатеринбург. Но зато мы выиграли то, что завязали через него связь с Областным центром. Тов. Зарин от нас уехал и служил в гор. Екатеринбурге в больничной кассе "Полиграф", через которого мы доставали литературу и установки для дальнейшей работы нашей организации, и потом уже после февраля он был в Пермском Губернском Совете Рабочих и Крест., и Солдатских депутатов.
В дальнейшем наш комитет стал сильнее закрепляться на своём революционном посту и вёл революционную деятельность, захватывая посты в общественных организациях, в то время которые существовали.
В 1916 г. во время годового отчёта о своей деятельности Горнозаводского попечительного приказа (т.е. от незыблемых свобод), которые ещё даны были Александром ІІ-м, осталось на память демократическое учреждение вплоть до Февральском революции, в которое входили рабочие членами вышеуказанного учреждения и пользовались льготами и некоторыми привиллегиями, т.е. платили 2% с рубля и казна то-же 2%, и на это существовало учреждение, [14] которое имело свои капиталы, т.е. к Февральской революции имелось на их счету до 100.000 руб. И вот во время отчёта также должны быть выборы "Приказа", т.е. правившего Правления.
Наш партийный Комитет был к этому собранию подготовлен, собиралось общее нелегальное собрание, и комитетом назначены были кандидаты в Правление "Приказа". От нашей организации должны были пройти т.т. Гилев В.В., Плотников Н.А., так как до этого времени мы не смогли получить ни одного места, т.к. там заправила были от администрации завода во главе с Управителем Петровым, и они делали там свои дела и делишки.
Во время собрания нашей партии пришлось выдержать большое сопротивление как со стороны администрации, в котором были меньшевики, уже организовавшиеся из местной интеллигенции, а кроме того участвовал и подпольный комитет эсеров. Когда мы стали предлагать своих кандидатов, то эсеры и администрация давали нам сильный отпор, но с"агитированные рабочие нашей партией, в большинстве стояли на нашей стороне, нам удалось провести вышеупомянутых товарищей в состав Попечительного приказа, связь была налажена, ещё одна победа одержана.
В 1915 г. по инициативе служителей церковного культа и местной интеллигенции организован был "Комитет помощи солдаткам и семьям погибших на войне". При его организации в Комитет вошли почти исключительно "благотворители" интеллигентного общества и церкви. Источником дохода, т.е. сбор денег на нужды и раздачу мизерного пособия устраивались благотворительные вечера с танцульками, вещевые лотереи, аллегри и т.д., но воина делала своё дело и […] рабочих и крестьян во имя наживы золота в карман капиталистам, денег не хватало, да к тому-же нужно что-то было "благотворителям" украсть. Вот они придумали – пополнять за счёт заработка рабочего, т.е. удержанием 1% с рубля из зарплаты рабочего, но и посыпался "Золотой дождь", в короткий срок оказались большие средства, т.е. к 1916 г. уже было собрано до 25 тыс. руб. наличного капитала.
В 1916 г. по инициативе нашего комитета, где были с"агитированы рабочие, [15] чтобы заслушать доклад "Комитета помощи солдатикам" и переизбрание состава комитета, было выставлено требование рабочих. Просьба была удовлетворена. Во время отчёта наша партия выставила своих кандидатов в комитет. Прошли от нашей партии Алексеев Ф.М., Игнатищев и от служащих Андреев П.Н., остальные были от администрации и церкви, но свой контроль опять был. Ещё раз партия одержала победу. В дальнейшем этот комитет, т.е. наши тов.тов., после февральской революции оказали большую помощь нашей газете "Уральской Правде", т.е. денежную. Кроме того, мы уже этим достигли влияния на деревни, т.к. из этого Комитета также оказывалась помощь ближайшим деревням, т.е. солдаткам и семействам воинов денежная помощь, а главное шла агитация против волны и ей последствий.
В 1916 г. 1 октября приехал к нам из г. Москвы с литературой тов. Эмие (латышь) и с особым заданием, т.е. извещением, что в рядах царской армии начинается брожение, и происходит "братание солдат", кроме того среди Питерских и Московских рабочих идут волнения и нарастает революционное брожение.
Тов. Эмие предложил собрать небольшое нелегальное собрание, которое в тот-же день было собрано в поселке "РИГА" на квартире у одного латыша (кузнеца), чтобы там наметить план действий для дальнейшей нашей подпольной работы, а на второй-третий день собрать более обширное подпольное собрание и роздать привезённую литературу и воззвание.
Собрались часов в 9 вечера человек 15 членов партии, но здесь нас постигла неудача, "провокатор" нас предал. Поговорив часа 2, некоторые товарищи разошлись по своим квартирам. Остальные остались взять литературу. В этот момент домик был окружён сильным нарядом чинов полиции. Но к нашему счастью часть полиции была пьяная, т.к. они до этой операции производили обыски у жителей В. Туры, отбирали "брагу", т.е. алкогольный напиток, которой в то время изготовлялся в большом количестве обывательщиной и разными шинкарями, а главное был сильно пьян сам полицейский надзиратель. Это нас "спасло", не сделали на месте среди нас обыска, нас повели под конвоем в селение В. Туринского завода.
Дорога шла через болото мимо ограды завода, да кроме того ночь осенняя благоприятствовала нам. Во время ходьбы мы [16] сумели полученную литературу втоптать в грязь по дороге в болото. Когда привели, при обыске у нас ничего не было обнаружено, но забавно то, что при входе в квартиру Полицейского надзирателя через открытую дверь, через кухню сумел скрыться т. Эмие. Когда полицейские хватились его, а у него уже хвост простыл, доказательств и улик никаких не было.
Мы в количестве 7-ми чел. просидели сутки, были выпущены. Персонально попали члены нашей партии: Чезганов И.М., Алексеев Ф.М., Аликин Павел, Алексеев М.М., Мекш и ещё латыш и хозяин квартиры. После этого в ноябре мес. мы были допрошены жандармерией в г. Н. Тагиле. Нам было пред"явлено обвинение за неоднократные нелегальные собрания и распространение нелегальной литературы. Должен был состояться суд в мае 1917 года, но нас спасла февральская революция. [17]
ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.157.Л.5-17.
Панорама Верхнетуринского завода
