М.А. Герцман. История Невьянской авантюры. Часть 1
"ИЗВЕСТИЯ Уральского Областного Совета" №136, 19 июня 1918 г.
ИСТОРИЯ НЕВЬЯНСКОЙ АВАНТЮРЫ.
Несколько времени тому назад мне было поручено редакцией "Известий" собрать материалы о Невьянской авантюре. С этой целью я предпринял поездку в Невьянск, где мне удалось собрать богатейший материал по истории этой авантюры.
Ниже я публикую то, что мне удалось собрать, будучи в Невьянске.
Приблизительно в январе месяце в Невьянск прибыло несколько эшалонов автомобилистов в количестве около 200 человек. Они приезжали в разное время и привозили с собой различное оружие: винтовки, пулемёты, револьверы, динамит и транспорт испорченных автомобилей и принадлежности к ним, а также станки и инструменты для их исправления.
Это эвакуировалась авто-мастерская северного фронта. С одним из последних эшалонов прибыл и их главный воротила – "комиссар" Елисеенко. Из разговоров с одним из автомобилистов мне удалось выяснить, что этот самый комиссар играл в Луге, где прежде находилась эта авто-мастерская, весьма загадочную роль в Корниловские дни. В Невьянск он попал, вероятно, по указанию авто-центра.
По отношению к местным рабочим они с первых же дней стали держаться обособленно. К Совету, несмотря на то, что они там имели наравне с другими рабочими своих представителей, относились с пренебрежением и затаённой ненавистью, к Исполнительному же Комитету прямо враждебно.
Когда местные рабочие подняли вопрос о единой организации, то автомобилисты стали против этого протестовать, требуя для себя полной самостоятельности. На себя они смотрели, как на людей привилегированных и мотивировали своё нежелание войти в существующий союз металлистов тем, что они уже об"единены в единую всероссийскую организацию, центр которой находится в Петрограде, и что для этого, чтобы работать в их цехе, необходимы особые специальные знания, так что пополнять свой кадр они могут только из Петрограда (?), местные же рабочие для этого не пригодны. Поэтому де с местными рабочими у них нет ничего общего. Эта обособленность ставила их в привилегированное положение и в финансовом отношении, так как местных расценок они не признавали и требовали для себя расценок по Петроградскому тарифу, нисколько не считаясь с местным прожиточным минимумом, который [20] здесь, конечно, несравненно ниже.
Помещая здесь подлинные документы, мне хочется, чтобы читатель сам наглядно ознакомился с теми взаимоотношениями, которые существовали между местными рабочими организациями и автомобилистами.
Из них он увидит, как дружественно и корректно и вместе с тем в полном согласии с принципами солидарности всего рабочего класса вели себя по отношению к пришельцам местные рабочие, и как грубо и непримиримо вызывающе по отношению к ним держали себя эти модернизированные "пролетариаты".
Во время выборов представителей цеховых комитетов Правление Профессионального Союза Металлистов обратилось к автомобилистам со следующим приглашением:
"В Автомобильный отдел Невьянского завода.
Товарищи, Правление Профессионального Союза Металлистов сим доводит до сведения Вашего, что на этих днях по всему заводу будут происходить выборы представителей цеховых комитетов.
По совместному решению Правления Проф.Союза Металл. Контрольного комитета и Коллегиального Совета в новом заводе должен быть также цеховой комитет из трёх лиц: от Ново-Механической один представитель, от электрической станции один представитель. Просим вас избрать своего представителя в цеховой комитет нового завода.
Правление Профессионального Союза Металлистов не имеет намерения вторгаться во внутреннюю жизнь Вашего цеха, если нет на то никаких вызывающих обстоятельств. Внутри Вашего цеха Вам представляется право организовать работу и Вашу жизнь, как Вы находите это лучшим для предприятия и производства, строго следуя международным принципам классовых интересов пролетариата. По отношению к заводу и по отношению к остальным рабочим Невьянского Горного Округа и Урала мы сами усиленным образом рекомендуем Вам не огораживаться китайской стеной. Невьянский завод для всех рабочих должен быть одинаково государственным достоянием и источник средств, оплачивающих наш труд, один и тот же – "Областное Правление национализированными округами Урала".
Мы предоставляем Вам право избрать одного представителя в Контрольный Комитет Невьянского горного округа и одного представителя в Деловой Совет по управлению Невьянским Горным Округом, причём мы ставим Вам условие, чтобы представители, избранные Вами в цеховой Комитет, Контрольный Комитет и Деловой Совет, признавали бы Советскую власть.
При сём присылаем Вам резолюцию Областной [21] Конференции и инструкцию контрольных комитетов, выработанную на конференции и утвержденную Областным Комиссариатом Труда. Приглашаем вас избрать своего представителя в правление профессионального союза рабочих металлистов Невьянского завода".
В ответ на это приглашение правлением была получена следующая резолюция автомобилистов:
"Общее собрание автомобилистов категорически протестует против злостной агитации, распространяемой скрывающимися под флагом "рабочих и крестьян" хитрых саботажников контр-революционеров всеми силами стремящихся столкнуть рабочих авто-дела с товарищами рабочими.
Рабочие автомобилисты, участвуя непосредственно в пролетарской октябрьской революции, грудью своей защищали свободу перед нашествием мятежных Корниловцев, рабочие авто-дела, выдвигая лозунг "Да здравствует международный пролетариат", всегда шли рука об руку со всеми рабочими революционного Петрограда, стоя на защите угнетенного рабоче-крестьянского класса.
Рабочие авто-дела доводят до всеобщего сведения, что с начала революции во главе нашего производства, стоял и будет стоять, выдвинутый нами авто-технический комитет. Никаких администраторов, начальников мы не признаем. Рабочие авто-дела не отдадут спасённого ими народного имущества в распоряжение хищных администраторов и кровавый труд свой не отдадут на содержание десятков жалких боязливых прислушников капитала.
Общее собрание автомобилистов крепко будет отстаивать законно принадлежащую им техническую независимость, а потому приравнение нас к отделам Невьянского завода, как то: кузнечной, модельной и поторжному цеху не выдерживает ни малейшей критики.
Доводим до сведения, что у нас имеется избранный нами цеховой комитет (коллегия автокомитета), и других цеховых комитетов мы избирать не будем.
Требуем одного места в рабочем Контрольном комитете и одного места в Деловом Совете для наших представителей".
Когда приходится обращаться к мешочникам с указанием, что они должны пользоваться продовольствием на общем основании, то они обыкновенно входят в амбицию и истерично кричат, что это "полное нарушение свободы", "хуже старого режима", "комиссародержавие", "мы кровь проливали" и т.д. и т.д. [22]
Те же самые ноты мы встречаем и в резолюции автомобилистов. Раз они "защищали свободу", то желание поставить их в одинаковые условия со всеми местными рабочими "не выдерживает ни малейшей критики". Этим де их "кровавый труд" хотят отдать "на содержание десятков жалких, боязливых прислушников капитала", они же "никаких начальников и администраторов не признают" и т.д.
Если читатель, учитывая их непримиримое отношение к местным рабочим, заключит из этого, что они также непримиримо относились и к местной буржуазии, то он в этом глубоко ошибётся. Наоборот, между ними и местными богатеями установились самые тесные дружественные отношения. Несмотря на то, что здешняя буржуазия относилась к местным рабочим, как и всегда, весьма неприязненно, автомобилисты, пользуясь, видимо, особыми связями, встретили у неё с самого начала очень тёплый приём и гостеприимство, причем им были предоставлены не только квартиры, но автомобилисты были постоянными участниками их семейных вечеров и попоек. За это автомобилисты, чтобы не остаться в долгу, в свою очередь оказывали ей равные услуги и нередко даже снабжали местную буржуазию оружием.
Из всего этого становится ясным, что мы имеем здесь дело не с рабочими в обыкновенном смысле слова, а с теми модернизированными "пролетариями", которых так много во время войны попало в ряды рабочего класса. Вышедши из буржуазной или мелко-буржуазной среды и окопавшись на том или ином работающем на оборону заводе, они шли туда не из за необходимости, а для того, чтобы спастись от войны и вместе с этим присосаться к военному патриотическому пирогу. Работая непосредственно на войну и получая за это как "квалифицированные рабочие" высший оклад жалования, они настолько свыклись с этим положением, что ничего не имели бы против, если война, эта их новая и весьма прибыльная и дающая им всякие льготы и привиллегии профессия, продолжалась бы вечно. Находясь в течение нескольких лет бок о бок с театром военных действий, но не видя ужасов войны, а имея соприкосновение главным образом с разными прожигающими жизнь штабными офицерами, проститутками, авантюристами, подрядчиками и прочими паразитами и мародёрами, имеющими обыкновенно большое пристрастие к автомобильное езде, а также с их расторопными шофферами, автомобилисты настолько сжились с этой средой, что ничего общего с обыкновенными рабочими не имели и не могли иметь. Поэтому нет ничего удивительного, [23] что они так далеки были от рабочих, и так близко сошлись с контр-революционной буржуазией.
Для улаживания разных конфликтов автомобилисты всегда выдвигали для переговоров своего собрата Кокушкина, человека очень хитрого и изворотливого. Будучи человеком развитым, он по отношению к представителям Советской власти держал себя всегда довольно корректно и, называя себя левым эсером, так дипломатично умел подходить к нужному ему вопросу, что он по большей части решался так, как ему хотелось. Опутывая таким образом местную Советскую власть, он вошёл даже в некоторое доверие к отдельным членам Областного Совета. Так например, когда местный Исполнительный Комитет однажды, увидя какие то подозрительные действия автомобилистов, поднял в Областном Совете вопрос об их разоружении, то последний отнесся к этому отрицательно.
Другой представитель автомобилистов "комиссар" Елисеев был человеком несколько другой складки: грубый, угловатый с военной выправкой он отличался большой силой воли и привычкой властвовать. Относясь в высшей степени отрицательно ко всякой власти и дисциплине, он любил всегда высказывать свои анархические взгляды и пользовался за это у автомобилистов большой популярностью. Елисеев был всегда душой всякого выступления, он играл в них первую скрипку. Кокушкин же являлся лишь его хорошим исполнителем. Эти два человека явились впоследствии главными руководителями контр-революционного движения Невьянского района.
Читая характеристику этих двух "героев" Невьянских событий, читатель уже может догадаться и о характере тех повседневных взаимоотношений, которые происходили между рабочими с одной стороны и автомобилистами с другой. Продолжая держаться независимо и враждебно к Советской власти, автомобилисты, согласуясь в этом с тактикой чехословаков, не только не высказывались об этом сколько нибудь определённо и прямо, но даже время от времени, когда они находили это для себя выгодным, заигрывали с нею.
Следя шаг за шагом за жизнью автомобилистов за время, предшествующее их выступлению, мне хочется привести здесь несколько выпуклых примеров их поведения, которые хотя и не имеют прямого отношения к событиям, но представляют всё же при изучении их некоторый интерес. Так, первого мая они, хотя и продолжали держаться обособленно, но всё [24] же приняли участие в общем праздновании. Они шли особой колонной под большим красным знаменем, с популярным пролетарским лозунгом: "Мир хижинам – война дворцам".
На 1-е мая в Невьянске был назначен очередной с"езд делегатов от национализированных предприятий. На этих съездах отдельные цеха завода представительства по обыкновению не имеют. Когда автомобилисты узнали, что их не пригласили на с"езд, то один из их представителей пришёл в Правление и, назвав такое"игнорирование" их интересов "комиссародержавием", резко требовал себе представительства. Ему в этом было отказано. Несмотря на отказ, Елисеенко и Кокушкин всё же с какими то мандатами явились на с"езд и получили там право решающего голоса, но с"езд им не понравился и, просидев в нём три дня, они ушли.
В середине мая по инициативе Исп. Комитета были назначены перевыборы Совета Крестьянских депутатов, который до сих пор в главной своей массе состоял из богатых кулаков и контр-революционеров.
В предвыборной кампании деятельное участие приняли автомобилисты, причём они вели определённую агитацию против Исп. Комитета и всегда поддерживали наиболее богатеньких мужиков. Благодаря их агитации часть членов старого контрреволюционного Совета снова прошла в Совет.
В конце мая к автомобилистам из Петрограда приехал какой то человек. Вскоре он явился на одно из собраний союза металлистов и попросил себе слова. По получении его он обратился к рабочим с такой приблизительно речью: "Товарищи, я здесь гость, поэтому мне странным кажется, что здесь на рабочем собрании вместо рабочих вопросов обсуждается политика. Конечно им то (здесь он указал на присутствующих членов Исп.Ком. и комиссара Труда) хорошо говорить о политике, они себя обеспечили… Мы свергли Николая II, пора свергнуть и Николая III-го – Ленина…" После окончания "речи" он был окружён автомобилистами, и они все вышли. Ясно, что этот гастролер приехал к автомобилистам в целях разведки и нащупывания почвы.
Благодаря тому, что на собрании присутствовали главным образом уже сравнительно тёртые рабочие, контр-революционная агитация автомобилистов в этой среде никаким успехом, конечно, не пользовалась, что же касается крестьянства, то здесь, благодаря присутствию в их среде большого количества кулаков, подобные демагогические приёмы [25] достигали своей цели и имели некоторый успех.
27-го мая в Невьянск пришли тревожные вести о выступлении в Челябинске чехо-словаков и продвижении их на Екатеринбург. Немедленно было устроено собрание местной организации коммунистов (больш.), а затем и заседание Исп.Комитета. На собрании большевиков было решено об"явить мобилизацию всех членов партии для отправки их на фронт. На заседании Исп.Комитета приняли горячее участие и автомобилисты. Прося перед лицом общего врага забыть старые счёты, они убеждали собравшихся, что интересы революции им также дороги, как и остальным присутствующим, и что в борьбе с чехо-словаками они считают своим долгом выступить общими силами со всем революционным пролетариатом и т.д. Исп. Комитет отнёсся к их заявлению с доверием. Немедленно была образована особая военная комиссия, в которую вошло три представителя от Совета и два представителя от автомобилистов.
При близком и деятельном участии автомобилистов была немедленно отправлена на фронт первая партия мобилизованных рабочих. В этот отряд вошли наиболее активные члены партии большевиков, много членов Совета и даже часть Исп.Комитета.
Нужно заметить, что между массами и Исполн. Комитетом за последнее время, благодаря громадному количеству чисто деловой канцелярской работы, начиналась теряться связь, то единство, которое так необходимо для плодотворной революционной работы. Эта оторванность масс от своих руководителей чувствуется за последнее время не только в Невьянске, но она является общим явлением почти повсюду, и это очень глубоко отражается на всей нашей революции. С этой оторванностью обыкновенно стараются бороться наиболее сознательные рабочие, та периферия, которая обыкновенно является связывающим звеном между массой и руководителями.
С уходом на фронт почти всех сознательных рабочих та слабая связь, которая ещё существовала, утратилась почти совершенно. Этим воспользовались автомобилисты, которые из подтишка вместе с кулаками и местными соглашателями из служащих и техников завода начали травлю Исп. Комитета. Были пущены слухи, что председатель Совета проиграл в карты 50 тысяч рублей (по этому делу была назначена из Перми особая ревизия которая не только отвергла обвинение, но привлекла к суду одного из клеветников). В это же время во всём Невьянском районе начали распространять [26] анонимные анархические воззвания явно анти-советского содержания. В это же время, как потом выяснилось, в квартире местного содержателя аптеки Миллера стали устраиваться тайные собрания, на которых присутствовали, кроме главарей автомобилистов, представители Невьянской буржуазии, а также местные правые эсеры и меньшевики.
Между тем, пользуясь как члены военной комиссии возможностью выдавать мандаты, автомобилисты послали одного из своих представителей в Екатеринбург за оружием, который вскоре привёз оттуда значительное количество вооружения и припасов. После этого стали усиленно готовить и отправлять на фронт ещё отряды и, наконец, из Невьянска были отправлены все сколько нибудь сознательные товарищи рабочие. На месте остались лишь кулаки, да автомобилисты.
Отправляя на фронт рабочих, автомобилисты из своей среды никого не послали. На себя они взяли охрану завода, но обещали в самом ближайшем будущем подготовиться и послать на фронт несколько своих хорошо обученных отрядов. А действительно после ухода на фронт Невьянских рабочих они ввели у себя в мастерской обязательное обучение военному строю, причём кроме пехоты они стали образовывать у себя и кавалерию, реквизируя для этого у населения лошадей.
Вскоре военная комиссия была преобразована в военный штаб. Председателем его был назначен Елисеенко. В штаб был введен еще один автомобилист, который заведывал охраной, состоящей также сплошь из автомобилистов. Представителям от местных рабочих председатель старался давать такие поручения, чтобы они были по возможности подальше, и роль их в конце концов сошла на нет. Вся фактическая власть перешла к штабу, т.е. почти исключительно к автомобилистам.
11-го июня в Невьянске было получёно извещение, что между Екатеринбургом и Невьянском прервано сообщение, немедленно было созвано пленарное заседание военного штаба и Исп. Ком., на котором решено было объявить Невьянск на военном положении, и был подвергнут обсуждению вопрос об эвакуации.
С введением военного положения всю полноту власти захватил Военный Штаб. С этого времени автомобилисты уже считали себя видимо настолько окрепшими, что с членами Исп. Комитета даже перестали считаться. Помимо членов Штаба от Совета они решили лишить свободы действий комиссара финансов. В помещении Исп. Комитета автомобилистами был введён [27] свой караул для охраны кассыё. Кассир был от кассы устранен, и над ней был ими поставлен свой контроль. Всё это проделывалось на глазах всего населения, которое, видя это, стало относиться к комиссарам с большим подозрением. Стали распространяться слухи, что из Екатеринбурга убежали все комиссары, захватив с собой большие суммы денег и золото, что Невьянские комиссары также хотят поделить между собой кассу и скрыться и т.д.
Начало также довольно явственно выявляться, что автомобилисты о чём то совещаются с контр-революционными элементами Невьянска и что то затевают. Члены Исп. Комитета, учитывая, видимо, своё полное бессилие, решили до об"яснения с автомобилистами ничего не предпринимать.
На следующее утро около 11 часов по новому времени в помещение Исп.Комитета ворвался отряд автомобилистов в количестве 16 человек, крикнули: "Руки вверх, сдавайтесь!" – и, несмотря на отсутствие всякого сопротивления, открыли стрельбу. Один из присутствующих, председатель следственной комиссии П.П. Шайдаков, увидя стрельбу, бросился к окну, но сраженный пулей выпал из окна и на смерть расшибся, а трое: тов.председателя А.Г. Плотников и служащие тов. Цаплин и Чуфелин оказались настолько тяжело ранеными, что двое первых также скоро умерли. Остальные присутствующие были немедленно обысканы и арестованы.
Пробыв весь день в заводском доме, они в час ночи вместе с целым рядом других арестованных товарищей, имевших то или другое отношение к Советской власти, были отведены под усиленным конвоем в бывшее волостное правление, где их разместили в две небольшие камеры ("каталажки"). Всего в первый день было арестовано около 25 человек.
Около 4-х часов утра в одну из камер явился с несколькими людьми один из членов штаба, автомобилист Васильев, и вызвав представителя Совета Каськовича (Авотын), вывел его во двор. Вскоре раздались четыре выстрела, и затем всё стихло. На завтра стало известно, что т. Каськович убит…
После ареста членов Исп.Комитета инициаторы мятежа созвали посредством тревожных гудков общий сход, на котором об"явили о низложении Советской власти и о "временном" переходе всей власти Военному Штабу. Произнося горячие речи о комиссародержавии, насильниках и прочем, автомобилисты, поддерживаемые буржуазией и соглашателями, стали убеждать население организовать боевые дружины для отражения Советских войск и ниспровержения во всём Невьянском районе Советской власти.
Герцман Михаил Аронович
Часть 2
ИСТОРИЯ НЕВЬЯНСКОЙ АВАНТЮРЫ.
Несколько времени тому назад мне было поручено редакцией "Известий" собрать материалы о Невьянской авантюре. С этой целью я предпринял поездку в Невьянск, где мне удалось собрать богатейший материал по истории этой авантюры.
Ниже я публикую то, что мне удалось собрать, будучи в Невьянске.
Приблизительно в январе месяце в Невьянск прибыло несколько эшалонов автомобилистов в количестве около 200 человек. Они приезжали в разное время и привозили с собой различное оружие: винтовки, пулемёты, револьверы, динамит и транспорт испорченных автомобилей и принадлежности к ним, а также станки и инструменты для их исправления.
Это эвакуировалась авто-мастерская северного фронта. С одним из последних эшалонов прибыл и их главный воротила – "комиссар" Елисеенко. Из разговоров с одним из автомобилистов мне удалось выяснить, что этот самый комиссар играл в Луге, где прежде находилась эта авто-мастерская, весьма загадочную роль в Корниловские дни. В Невьянск он попал, вероятно, по указанию авто-центра.
По отношению к местным рабочим они с первых же дней стали держаться обособленно. К Совету, несмотря на то, что они там имели наравне с другими рабочими своих представителей, относились с пренебрежением и затаённой ненавистью, к Исполнительному же Комитету прямо враждебно.
Когда местные рабочие подняли вопрос о единой организации, то автомобилисты стали против этого протестовать, требуя для себя полной самостоятельности. На себя они смотрели, как на людей привилегированных и мотивировали своё нежелание войти в существующий союз металлистов тем, что они уже об"единены в единую всероссийскую организацию, центр которой находится в Петрограде, и что для этого, чтобы работать в их цехе, необходимы особые специальные знания, так что пополнять свой кадр они могут только из Петрограда (?), местные же рабочие для этого не пригодны. Поэтому де с местными рабочими у них нет ничего общего. Эта обособленность ставила их в привилегированное положение и в финансовом отношении, так как местных расценок они не признавали и требовали для себя расценок по Петроградскому тарифу, нисколько не считаясь с местным прожиточным минимумом, который [20] здесь, конечно, несравненно ниже.
Помещая здесь подлинные документы, мне хочется, чтобы читатель сам наглядно ознакомился с теми взаимоотношениями, которые существовали между местными рабочими организациями и автомобилистами.
Из них он увидит, как дружественно и корректно и вместе с тем в полном согласии с принципами солидарности всего рабочего класса вели себя по отношению к пришельцам местные рабочие, и как грубо и непримиримо вызывающе по отношению к ним держали себя эти модернизированные "пролетариаты".
Во время выборов представителей цеховых комитетов Правление Профессионального Союза Металлистов обратилось к автомобилистам со следующим приглашением:
"В Автомобильный отдел Невьянского завода.
Товарищи, Правление Профессионального Союза Металлистов сим доводит до сведения Вашего, что на этих днях по всему заводу будут происходить выборы представителей цеховых комитетов.
По совместному решению Правления Проф.Союза Металл. Контрольного комитета и Коллегиального Совета в новом заводе должен быть также цеховой комитет из трёх лиц: от Ново-Механической один представитель, от электрической станции один представитель. Просим вас избрать своего представителя в цеховой комитет нового завода.
Правление Профессионального Союза Металлистов не имеет намерения вторгаться во внутреннюю жизнь Вашего цеха, если нет на то никаких вызывающих обстоятельств. Внутри Вашего цеха Вам представляется право организовать работу и Вашу жизнь, как Вы находите это лучшим для предприятия и производства, строго следуя международным принципам классовых интересов пролетариата. По отношению к заводу и по отношению к остальным рабочим Невьянского Горного Округа и Урала мы сами усиленным образом рекомендуем Вам не огораживаться китайской стеной. Невьянский завод для всех рабочих должен быть одинаково государственным достоянием и источник средств, оплачивающих наш труд, один и тот же – "Областное Правление национализированными округами Урала".
Мы предоставляем Вам право избрать одного представителя в Контрольный Комитет Невьянского горного округа и одного представителя в Деловой Совет по управлению Невьянским Горным Округом, причём мы ставим Вам условие, чтобы представители, избранные Вами в цеховой Комитет, Контрольный Комитет и Деловой Совет, признавали бы Советскую власть.
При сём присылаем Вам резолюцию Областной [21] Конференции и инструкцию контрольных комитетов, выработанную на конференции и утвержденную Областным Комиссариатом Труда. Приглашаем вас избрать своего представителя в правление профессионального союза рабочих металлистов Невьянского завода".
В ответ на это приглашение правлением была получена следующая резолюция автомобилистов:
"Общее собрание автомобилистов категорически протестует против злостной агитации, распространяемой скрывающимися под флагом "рабочих и крестьян" хитрых саботажников контр-революционеров всеми силами стремящихся столкнуть рабочих авто-дела с товарищами рабочими.
Рабочие автомобилисты, участвуя непосредственно в пролетарской октябрьской революции, грудью своей защищали свободу перед нашествием мятежных Корниловцев, рабочие авто-дела, выдвигая лозунг "Да здравствует международный пролетариат", всегда шли рука об руку со всеми рабочими революционного Петрограда, стоя на защите угнетенного рабоче-крестьянского класса.
Рабочие авто-дела доводят до всеобщего сведения, что с начала революции во главе нашего производства, стоял и будет стоять, выдвинутый нами авто-технический комитет. Никаких администраторов, начальников мы не признаем. Рабочие авто-дела не отдадут спасённого ими народного имущества в распоряжение хищных администраторов и кровавый труд свой не отдадут на содержание десятков жалких боязливых прислушников капитала.
Общее собрание автомобилистов крепко будет отстаивать законно принадлежащую им техническую независимость, а потому приравнение нас к отделам Невьянского завода, как то: кузнечной, модельной и поторжному цеху не выдерживает ни малейшей критики.
Доводим до сведения, что у нас имеется избранный нами цеховой комитет (коллегия автокомитета), и других цеховых комитетов мы избирать не будем.
Требуем одного места в рабочем Контрольном комитете и одного места в Деловом Совете для наших представителей".
Когда приходится обращаться к мешочникам с указанием, что они должны пользоваться продовольствием на общем основании, то они обыкновенно входят в амбицию и истерично кричат, что это "полное нарушение свободы", "хуже старого режима", "комиссародержавие", "мы кровь проливали" и т.д. и т.д. [22]
Те же самые ноты мы встречаем и в резолюции автомобилистов. Раз они "защищали свободу", то желание поставить их в одинаковые условия со всеми местными рабочими "не выдерживает ни малейшей критики". Этим де их "кровавый труд" хотят отдать "на содержание десятков жалких, боязливых прислушников капитала", они же "никаких начальников и администраторов не признают" и т.д.
Если читатель, учитывая их непримиримое отношение к местным рабочим, заключит из этого, что они также непримиримо относились и к местной буржуазии, то он в этом глубоко ошибётся. Наоборот, между ними и местными богатеями установились самые тесные дружественные отношения. Несмотря на то, что здешняя буржуазия относилась к местным рабочим, как и всегда, весьма неприязненно, автомобилисты, пользуясь, видимо, особыми связями, встретили у неё с самого начала очень тёплый приём и гостеприимство, причем им были предоставлены не только квартиры, но автомобилисты были постоянными участниками их семейных вечеров и попоек. За это автомобилисты, чтобы не остаться в долгу, в свою очередь оказывали ей равные услуги и нередко даже снабжали местную буржуазию оружием.
Из всего этого становится ясным, что мы имеем здесь дело не с рабочими в обыкновенном смысле слова, а с теми модернизированными "пролетариями", которых так много во время войны попало в ряды рабочего класса. Вышедши из буржуазной или мелко-буржуазной среды и окопавшись на том или ином работающем на оборону заводе, они шли туда не из за необходимости, а для того, чтобы спастись от войны и вместе с этим присосаться к военному патриотическому пирогу. Работая непосредственно на войну и получая за это как "квалифицированные рабочие" высший оклад жалования, они настолько свыклись с этим положением, что ничего не имели бы против, если война, эта их новая и весьма прибыльная и дающая им всякие льготы и привиллегии профессия, продолжалась бы вечно. Находясь в течение нескольких лет бок о бок с театром военных действий, но не видя ужасов войны, а имея соприкосновение главным образом с разными прожигающими жизнь штабными офицерами, проститутками, авантюристами, подрядчиками и прочими паразитами и мародёрами, имеющими обыкновенно большое пристрастие к автомобильное езде, а также с их расторопными шофферами, автомобилисты настолько сжились с этой средой, что ничего общего с обыкновенными рабочими не имели и не могли иметь. Поэтому нет ничего удивительного, [23] что они так далеки были от рабочих, и так близко сошлись с контр-революционной буржуазией.
Для улаживания разных конфликтов автомобилисты всегда выдвигали для переговоров своего собрата Кокушкина, человека очень хитрого и изворотливого. Будучи человеком развитым, он по отношению к представителям Советской власти держал себя всегда довольно корректно и, называя себя левым эсером, так дипломатично умел подходить к нужному ему вопросу, что он по большей части решался так, как ему хотелось. Опутывая таким образом местную Советскую власть, он вошёл даже в некоторое доверие к отдельным членам Областного Совета. Так например, когда местный Исполнительный Комитет однажды, увидя какие то подозрительные действия автомобилистов, поднял в Областном Совете вопрос об их разоружении, то последний отнесся к этому отрицательно.
Другой представитель автомобилистов "комиссар" Елисеев был человеком несколько другой складки: грубый, угловатый с военной выправкой он отличался большой силой воли и привычкой властвовать. Относясь в высшей степени отрицательно ко всякой власти и дисциплине, он любил всегда высказывать свои анархические взгляды и пользовался за это у автомобилистов большой популярностью. Елисеев был всегда душой всякого выступления, он играл в них первую скрипку. Кокушкин же являлся лишь его хорошим исполнителем. Эти два человека явились впоследствии главными руководителями контр-революционного движения Невьянского района.
Читая характеристику этих двух "героев" Невьянских событий, читатель уже может догадаться и о характере тех повседневных взаимоотношений, которые происходили между рабочими с одной стороны и автомобилистами с другой. Продолжая держаться независимо и враждебно к Советской власти, автомобилисты, согласуясь в этом с тактикой чехословаков, не только не высказывались об этом сколько нибудь определённо и прямо, но даже время от времени, когда они находили это для себя выгодным, заигрывали с нею.
Следя шаг за шагом за жизнью автомобилистов за время, предшествующее их выступлению, мне хочется привести здесь несколько выпуклых примеров их поведения, которые хотя и не имеют прямого отношения к событиям, но представляют всё же при изучении их некоторый интерес. Так, первого мая они, хотя и продолжали держаться обособленно, но всё [24] же приняли участие в общем праздновании. Они шли особой колонной под большим красным знаменем, с популярным пролетарским лозунгом: "Мир хижинам – война дворцам".
На 1-е мая в Невьянске был назначен очередной с"езд делегатов от национализированных предприятий. На этих съездах отдельные цеха завода представительства по обыкновению не имеют. Когда автомобилисты узнали, что их не пригласили на с"езд, то один из их представителей пришёл в Правление и, назвав такое"игнорирование" их интересов "комиссародержавием", резко требовал себе представительства. Ему в этом было отказано. Несмотря на отказ, Елисеенко и Кокушкин всё же с какими то мандатами явились на с"езд и получили там право решающего голоса, но с"езд им не понравился и, просидев в нём три дня, они ушли.
В середине мая по инициативе Исп. Комитета были назначены перевыборы Совета Крестьянских депутатов, который до сих пор в главной своей массе состоял из богатых кулаков и контр-революционеров.
В предвыборной кампании деятельное участие приняли автомобилисты, причём они вели определённую агитацию против Исп. Комитета и всегда поддерживали наиболее богатеньких мужиков. Благодаря их агитации часть членов старого контрреволюционного Совета снова прошла в Совет.
В конце мая к автомобилистам из Петрограда приехал какой то человек. Вскоре он явился на одно из собраний союза металлистов и попросил себе слова. По получении его он обратился к рабочим с такой приблизительно речью: "Товарищи, я здесь гость, поэтому мне странным кажется, что здесь на рабочем собрании вместо рабочих вопросов обсуждается политика. Конечно им то (здесь он указал на присутствующих членов Исп.Ком. и комиссара Труда) хорошо говорить о политике, они себя обеспечили… Мы свергли Николая II, пора свергнуть и Николая III-го – Ленина…" После окончания "речи" он был окружён автомобилистами, и они все вышли. Ясно, что этот гастролер приехал к автомобилистам в целях разведки и нащупывания почвы.
Благодаря тому, что на собрании присутствовали главным образом уже сравнительно тёртые рабочие, контр-революционная агитация автомобилистов в этой среде никаким успехом, конечно, не пользовалась, что же касается крестьянства, то здесь, благодаря присутствию в их среде большого количества кулаков, подобные демагогические приёмы [25] достигали своей цели и имели некоторый успех.
27-го мая в Невьянск пришли тревожные вести о выступлении в Челябинске чехо-словаков и продвижении их на Екатеринбург. Немедленно было устроено собрание местной организации коммунистов (больш.), а затем и заседание Исп.Комитета. На собрании большевиков было решено об"явить мобилизацию всех членов партии для отправки их на фронт. На заседании Исп.Комитета приняли горячее участие и автомобилисты. Прося перед лицом общего врага забыть старые счёты, они убеждали собравшихся, что интересы революции им также дороги, как и остальным присутствующим, и что в борьбе с чехо-словаками они считают своим долгом выступить общими силами со всем революционным пролетариатом и т.д. Исп. Комитет отнёсся к их заявлению с доверием. Немедленно была образована особая военная комиссия, в которую вошло три представителя от Совета и два представителя от автомобилистов.
При близком и деятельном участии автомобилистов была немедленно отправлена на фронт первая партия мобилизованных рабочих. В этот отряд вошли наиболее активные члены партии большевиков, много членов Совета и даже часть Исп.Комитета.
Нужно заметить, что между массами и Исполн. Комитетом за последнее время, благодаря громадному количеству чисто деловой канцелярской работы, начиналась теряться связь, то единство, которое так необходимо для плодотворной революционной работы. Эта оторванность масс от своих руководителей чувствуется за последнее время не только в Невьянске, но она является общим явлением почти повсюду, и это очень глубоко отражается на всей нашей революции. С этой оторванностью обыкновенно стараются бороться наиболее сознательные рабочие, та периферия, которая обыкновенно является связывающим звеном между массой и руководителями.
С уходом на фронт почти всех сознательных рабочих та слабая связь, которая ещё существовала, утратилась почти совершенно. Этим воспользовались автомобилисты, которые из подтишка вместе с кулаками и местными соглашателями из служащих и техников завода начали травлю Исп. Комитета. Были пущены слухи, что председатель Совета проиграл в карты 50 тысяч рублей (по этому делу была назначена из Перми особая ревизия которая не только отвергла обвинение, но привлекла к суду одного из клеветников). В это же время во всём Невьянском районе начали распространять [26] анонимные анархические воззвания явно анти-советского содержания. В это же время, как потом выяснилось, в квартире местного содержателя аптеки Миллера стали устраиваться тайные собрания, на которых присутствовали, кроме главарей автомобилистов, представители Невьянской буржуазии, а также местные правые эсеры и меньшевики.
Между тем, пользуясь как члены военной комиссии возможностью выдавать мандаты, автомобилисты послали одного из своих представителей в Екатеринбург за оружием, который вскоре привёз оттуда значительное количество вооружения и припасов. После этого стали усиленно готовить и отправлять на фронт ещё отряды и, наконец, из Невьянска были отправлены все сколько нибудь сознательные товарищи рабочие. На месте остались лишь кулаки, да автомобилисты.
Отправляя на фронт рабочих, автомобилисты из своей среды никого не послали. На себя они взяли охрану завода, но обещали в самом ближайшем будущем подготовиться и послать на фронт несколько своих хорошо обученных отрядов. А действительно после ухода на фронт Невьянских рабочих они ввели у себя в мастерской обязательное обучение военному строю, причём кроме пехоты они стали образовывать у себя и кавалерию, реквизируя для этого у населения лошадей.
Вскоре военная комиссия была преобразована в военный штаб. Председателем его был назначен Елисеенко. В штаб был введен еще один автомобилист, который заведывал охраной, состоящей также сплошь из автомобилистов. Представителям от местных рабочих председатель старался давать такие поручения, чтобы они были по возможности подальше, и роль их в конце концов сошла на нет. Вся фактическая власть перешла к штабу, т.е. почти исключительно к автомобилистам.
11-го июня в Невьянске было получёно извещение, что между Екатеринбургом и Невьянском прервано сообщение, немедленно было созвано пленарное заседание военного штаба и Исп. Ком., на котором решено было объявить Невьянск на военном положении, и был подвергнут обсуждению вопрос об эвакуации.
С введением военного положения всю полноту власти захватил Военный Штаб. С этого времени автомобилисты уже считали себя видимо настолько окрепшими, что с членами Исп. Комитета даже перестали считаться. Помимо членов Штаба от Совета они решили лишить свободы действий комиссара финансов. В помещении Исп. Комитета автомобилистами был введён [27] свой караул для охраны кассыё. Кассир был от кассы устранен, и над ней был ими поставлен свой контроль. Всё это проделывалось на глазах всего населения, которое, видя это, стало относиться к комиссарам с большим подозрением. Стали распространяться слухи, что из Екатеринбурга убежали все комиссары, захватив с собой большие суммы денег и золото, что Невьянские комиссары также хотят поделить между собой кассу и скрыться и т.д.
Начало также довольно явственно выявляться, что автомобилисты о чём то совещаются с контр-революционными элементами Невьянска и что то затевают. Члены Исп. Комитета, учитывая, видимо, своё полное бессилие, решили до об"яснения с автомобилистами ничего не предпринимать.
На следующее утро около 11 часов по новому времени в помещение Исп.Комитета ворвался отряд автомобилистов в количестве 16 человек, крикнули: "Руки вверх, сдавайтесь!" – и, несмотря на отсутствие всякого сопротивления, открыли стрельбу. Один из присутствующих, председатель следственной комиссии П.П. Шайдаков, увидя стрельбу, бросился к окну, но сраженный пулей выпал из окна и на смерть расшибся, а трое: тов.председателя А.Г. Плотников и служащие тов. Цаплин и Чуфелин оказались настолько тяжело ранеными, что двое первых также скоро умерли. Остальные присутствующие были немедленно обысканы и арестованы.
Пробыв весь день в заводском доме, они в час ночи вместе с целым рядом других арестованных товарищей, имевших то или другое отношение к Советской власти, были отведены под усиленным конвоем в бывшее волостное правление, где их разместили в две небольшие камеры ("каталажки"). Всего в первый день было арестовано около 25 человек.
Около 4-х часов утра в одну из камер явился с несколькими людьми один из членов штаба, автомобилист Васильев, и вызвав представителя Совета Каськовича (Авотын), вывел его во двор. Вскоре раздались четыре выстрела, и затем всё стихло. На завтра стало известно, что т. Каськович убит…
После ареста членов Исп.Комитета инициаторы мятежа созвали посредством тревожных гудков общий сход, на котором об"явили о низложении Советской власти и о "временном" переходе всей власти Военному Штабу. Произнося горячие речи о комиссародержавии, насильниках и прочем, автомобилисты, поддерживаемые буржуазией и соглашателями, стали убеждать население организовать боевые дружины для отражения Советских войск и ниспровержения во всём Невьянском районе Советской власти.
Герцман Михаил Аронович
Часть 2