Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Продолжение

Открытие памятника.


[1908] год внес жизнь подпольной организации новую строго причиной этому было открытие Памятника графу Шувалову. С-д т. Ждановым, Пономаревым и др. повелась усиленная агитация за бойкотирование открытия памятника. Устройство памятника проводилось за счет рабочих путем отчисления 2% с заработанного рубля, без согласия на то со стороны рабочих и служащих. Кто не хотел примириться с этим, тот должен был уходить с работы.

Порядок торжества предполагался следующий: по цехам устанавливаются столы для угощения рабочих, из расчета 3 рубля «на нос». Для служащих, с представительством от рабочих устраивается вечер, для чего было затребовано из Перми 30 поваров, громадное количество вина, пошиты барыньками нарядные платья и в довершение всего предполагалось выставить почетный караул из рабочих. После всех этих приготовлений администрацией завода были выдвинуты по её усмотрению представители рабочих от цехов. Например, из Мартеновского цеха были Блиначев А.Н., Горбунов В.П., и Борисов И.И., а также были вывешаны по цехам об’явления с указанием персонально рабочих от 7 до 12 чел. от цеха для установки столов. А для соблюдения порядка на званном торжестве затребовали из Перми 50 человек ингушей, которые и прятались в лесу на всякий «пожарный» случай.

Собравшиеся установщики столов Мартеновского цеха решили без согласия на то рабочих назначить угощение не на 3 рубля каждому, а 93 коп., о чем заявили Заведующему цехом Барначеву, который донес об этом Управителю завода Онуфревичу, последний сообщил приехавшему Главному Управляющему Округом Евдокимову, на что последний реагировал так: если дать по 93 коп. на 4000 ртов для этого понадобиться около 4000 рублей, на каковою сумму он согласия дать не может, а дал согласие только на 50 коп. и то с выдачей их на руки.

Рабочие, узнав о том положении вещей, стали протестовать, говоря, что мы не нищие и принимать такой подачки не хочем.

Во время обсуждения этого вопроса в Мартеновском цехе тов. Жданов, Борисов, Каюрин, Кидунов запротестовали против получки денег вообще и говорил, что получать денег на руки не нужно и призывал рабочих совершенно отказаться от участия в торжестве и пьянстве при открытии памятника. Мартеновцы дали на это общее согласие, а к ним присоединились и остальные цеха. В этом бойкоте видную роль играл в то время т. Ширинкин Д.Д.

Администрация завода, узнав о бойкоте со стороны рабочих, то торжественный обед отменила. Таким образом, пропали новенькие платья, кем-то выпито вино и зря дежурили в лесу глубоко преданные ингуши.

Памятник же был открыт небольшой кучкой администрации завода и её приспешниками интеллигенцией да горсткой праздных зевак.

Подпольная литература в то время получалась следующая: Искра, Пролетарий и Донская Речь, но развернуть широко работу не удалось.

В конце [1908] года были произведены аресты видных работников и с этого времени почти не велось никакой работы до 1911 года.

Отчисленные деньги для торжества по открытию памятника 10.000 рублей, которые уже 6 месяцев были назначены по оказании помощи детей и сирот, для чего и был организован комитет из представителей 5ч. рабочих и 5 чел. служащих, после чего в продолжении многих лет на эти средства отчисления 6% годовых на эти деньги оказывалась помощь и обучение в местных школах ежегодно от 20 до 30 человек.

Борьбы приезжих рабочих с обывателями.


Поскольку расширялось производство, постольку и увеличивался наплыв приезжих рабочих, которые также стремились обзавестись хотя бы коровой для того, чтобы иметь некоторое подспорье к своему скудному заработку. Но для того, чтобы держать корову, нужно иметь и выгон, а также как приезжие земли не имели, то им пришлось повести борьбу с обывателями за совместное пользование выгоном.

В Мае 1911 года волостной старшина, сельский староста и кучка богатых мужиков вынести постановление о том, чтобы скот приезжих рабочих на выгон не пускать, для чего водрузим на всех дорогах ворота с охраной сторожей, таким образом, этим рабочим приходилось летом держать скотину дома. На этой почве между пришлыми и местными рабочими началась вражда. Это с одной стороны, и с другой, уже чувствовался квартирный кризис. Местные жители не хотели пускать приезжих на квартиры или если пускали, то брали очень дорого. Нужен был выход. Заводоуправление арендовало на 12 лет церковную землю и стало сдавать ее в аренду рабочим под постройки жилищ, дабы также закрепить рабочих за заводами. Условия аренды таковы: усадьба отводится сроком на один год и если провинившийся за что либо рабочий будет с завода рассчитан, то он должен очистить усадьбу за свой счет в течение 6 месяцев, одним словом условия кабальные. Но так или иначе застройка шла. Местное население снова возмущается и этим, сетуя на них за то, что вот мол приехали откуда то нам неизвестные строят свои дома у нас под боком, заселяют землю, их скот топчет нашу и т.д.

Все это вместе взятое вынудило рабочих обратиться с ходатайством в Лысьвенское лесничество за отводом их отдельной поскотины, в результате рабочими были получены 400 десятин.

Одновременно эти же рабочие выдвинули ходоков в лице т. Жданова, […]кова и Соколкина в Волостное Правление, с тем, чтоб еще раз попытаться уладить дело миром, раз’яснить им ненужность вражды между всеми рабочими, одинаково эксплоатируемых Шуваловыми, но ходоков волостной старшина Стряпунин, кулаки Орехов, Короков и др. из волости выгнали и разговаривать с ними не захотели, говоря что Вас «зимогоров»понаехало много, [вы] нам надоели и кроме всего разводите еще какую-то политику. Таким образом, отдельная поскотина была принята.

За все это время тов. Ждановым было проведено в лесу много собраний рабочих с целью раз’яснения недопустимости вражды, которая может отразиться на пользу только эксплоататорам.

И вот настал первый день выгона скота в новую поскотину, по проулку, проходившему опять же по земле местных жителей, в котором была организована засада вооруженных с ружьями и топорами людей с целью убить инициатора этого дела т. Жданова, но осуществить этого не удалось лишь потому, что в этот день при первом выгоне присутствовало много народа. Таким образом, убить не удалось, но все таки несколько позже они убили пастуха.

Дабы избежать в дальнейшем подобных зверств пришлось продолжить новый проулок уже по Шуваловской земле.

И кроме всего вышесказанного местные жители неоднократно пытались облагать оседлых приезжих рабочих мирскими сборами, но и это им не удалось, так как на основании существовавшего тогда закона эти сборы платились в том волостном правлении, откуда приезжал рабочий. Но на этом подробно останавливаться не будем.

Организация кооператива «Рабочий»
.

В том же 1911 году повелась работа по организации Кооператива «Рабочий» вокруг которого группировались все уцелевшие от арестов и жандармерии с-р и с-д.

Активными участниками этого дела были т.т. Жданов, Зуев, Пономарев, Викинов, Волков и бр. Маньяковы с которыми приходилось вести борьбу за торговую линию, бр. Маньяковы настативали, чтобы кооператив торговал духами, политурой и т.д., а другие настаивали на торговле мукой, солью, сахаром и т.п. предметами первой необходимости. Хотя и с большими трудностями, но О-во было открыто под фиктивными подписями устава тов. Косотурова Н.С., Каменских С.Я. и Кобелева А.М., после чего были выписаны тов. Зуевым Р. – 100р., Пономаревым – 50р.

Имея капитал в 300 рублей развернуть работу приходилось с большими трудностями, да еще при наличии борьбы с др. О-вами. Кооператив в трудные для него моменты брали денег под залог домов своих членов, брал на комиссию товары у купцов Чапина, Чунжина, Судоплатова и др.

Но за что рабочий кооператив впоследствии во время экономической забастовки сыграл немаловажную роль в деле помощи бастующим.

1912 год проходил почти без всякого оживления, если не считать предвыборной кампании в государственную думу, для проведения которой приехал из Перми товарищ под кличкой «Алексей», который проводил целый ряд подпольных собраний по выборам в 4 государственную думу. В выборах принимало участие до 500 человек рабочих. Избраны были выборщиками т.т. Жданов, чл. РСДРП, Кузнецов, б/парт. Катнев эс-эр. Волков б/парт, но который вскоре поступили на службу в старообрядческую церковь попом.

Организация Страховой кассы.


В 1913 г. рабочее движение снова поднимается. Почти с начала года движение началось вокруг больничных касс. В марте мес. тов.Ждановым было написано письмо в В-Исетский завод тов. Тараканову о присылке в Лысьву товарища для работы в Страховой кассе. На что и было получено его согласие. И кроме того Тараканов просил вынести решение Лысьвенской организации по поводу раскола фракции РСДРП в государственной думе. И только эти письма послужили связывающим звеном в новом движении. Для обсуждения этого письма устроили собрание в квартире тов. Жданова, где присутствовали т.т. Жданов, Бушуев, Ливаднов, Тиунов и Духин. В письме была ссылка на газету «Правда», но к сожалению из собравшихся никто не получал, а знали только, что Чусовая ее получает, а поэтому решили пока достать хотя старых номеров «Правды» из Чусовой для распространения среди рабочих, что и было сделано, а сами участники совещания выписали «Правду» непосредственно и одновременно предложили одному книготорговцу Веселкову выписать «Правда» для продажи. Веселков выписал 10 экземпляров, таким образом стала получаться «Правда». Когда стали получать «Правду» из нее узнали о страховании рабочих, выписали страховой материал, литературы и пошла работа во всю.

Пригласили через Тараканова одного следующего страховика тов. Леждова, который на лето приезжал в Лысьву раза три и устраивал собрания рабочим, растолковывая закон страхования. Кроме тов. Лежева под руководством тов. Жданова собирались для этой же цели рабочие собрания. Не раз полиция пыталась накрыть, но это не удавалось. В конце концов все же т.т. Жданов и Каюрин были высланы за пределы Пермской губ. Но этим дело не было остановлено. В это время уже было владельцами об’явлено о выборах уполномоченных по выработке устава больничной кассы, где активную роль играли т.т. Жданов, Каюрин, Бушуев, Блинов, Гуляев, Кацедонский, Алабушов, Реутов, Полыгалов, Видунов и Кожевников и др. Интересно отметить, что из среды участником т. Гуляев был раньше урядником и сначала было к нему полное недоверие, но скоро т. Гуляев заслужил к себе полное доверие и авторитет своими твердыми непоколебимыми и решительными выступлениями против представителей хозяев, став на защиту интересов рабочих. И нужно отдать должное, что только благодаря его непоколебимости и энергии, уполномоченным удалось почти целиком отстоять рабочий устав. Уполномоченные добились через заводоуправление и Инженера Иванова, разрешения от Губернатора на созыв собрания рабочих завода для знакомства с нормальным уставом и предложенными со стороны уполномоченным рабочим уставом.

Собрание происходило 24 декабря в канун рождества, но по случаю опоздания поезда, на котором прибыл для проведения собрания помощник исправника, назначенное собрание пришлось перенести с 9 час. утра на 1 час дня и в др. помещение, что также повлияло на полный сбор рабочих. Рабочих явилось всего 500 человек. Председателем собрания был избран эссер КАТАЕВ (потом бежавший с Колчаком). Товарищем председателя т. Бушуев и секретарем только вернувшийся из ссылки т. Жданов. Уполномоченные по очереди сделали доклады по страхованию и внесенным поправками в хозяйский устав, после некоторых обсуждений собрание вынесло резолюцию следующего содержания: заслушав доклад уполномоченных, общее собрание участников больничной кассы одобряет действия уполномоченных, принимает все внесенные ими в хозяйский устав поправки и вместе с тем постановляет: исключить из устава хозяйский параграф 19, заменив его следующим: взносы устанавливаются в размере 2%, пособия семейным 2/3, одиночкам 1/2, беременным и родильницам полный заработок, пособия по случаю смерти в размере 30 кратного однодневного заработка и кроме того устанавливается льготный месяц, т.е. всякий член кассы уволенный или уволившийся с работы, считается ее членом в продолжении одного месяца.

Затем собрание, благодарив уполномоченных за понесенные труды, избирает комиссию в составе 18 чел. для наблюдения за выборами уполномоченных в больничную кассу и после этого собрание закрывается заключительной речью тов. Жданова, призывавшего рабочих к активному участию в работе кассы и призывает избирать в уполномоченные стойких и энергичных товарищей. После этого т. Жданов выехал в Мотовилиху по вызову оттуда: в виду репрессий администрации и полиции. Впоследствии уполномоченные по выработке устава были получены уставы под названием хозяйские красные корешки без всяких поправок, которые были приняты администрацией и окружным инженером Ивановым и рабочие оказались обманутыми.

В Январе месяце 1914 года были произведены выборы уполномоченных в больничную кассу, куда прошли более сознательные рабочие и все те товарищи, которые принимали участие в выработке устава. В состав Правления от рабочих прошли следующие товарищи: Гуляев, Блинов, Видунов, Кошевников, Реутов и Бортников: на первых порах велась борьба с хозяевами за обладание аппаратом Б-кассы, но после некоторых споров хозяев, в лице управителя Добровольского согласия тогда пригласить на службу секретарем Б-кассы известного в то время на Урале Большевика Уфимцева, счетоводом, его друга, тоже большевика Беляева и контрощиком – жену т. Уфимцева. Таким образом, аппарат правления был организован таким, каким он нужен для рабочих. Дальше повелась борьба за место нахождения Правления. Хозяева предлагали поместить правление в помещении конторы завода, с чем никак не согласились представители рабочих, таким образом, пришлось нанять квартиру совершенно независимо от Заводоуправления. 1 марта 1914 года Б-касса была открыта просуществовала всего только до 15 марта, затем вспыхнула мартовская экономическая забастовка, руководство которой Б-кассе пришлось взять на себя. Таким образом, Б-касса превращается в штат забастовщиков.

Экономическая забастовка 1914 года
.

15 марта в Лысьву из Перми приехал исправник с отрядом полиции вызвал к себе членов Правления Б-кассы и спросил их будут ли они бастовать, на что получил ответ, что бастовать не думаем, но в тот же день после обеда забастовка началась, хотя и не организованно. Но затем рабочие попросили уполномоченных Б-кассы взять на себя руководство забастовкой, на что и получили их согласие. В результате был организован стачечный комитет, который предложил рабочим выбрать уполномоченных от каждого цеха для выработки требований, а стачечный комитет занялся разработкой общих требований.

В результате требования предъявлены следующие:
1) 8 часовой рабочий день.
2) Увеличение зарплаты до 25%.
3) Уничтожение штрафов.
4) Улучшение санитарно-гигиенических условий.
5) Техническое улучшение работ.
6) Увольнение с должности некоторых Завцехами и мастеров.
7) Оплата за забастовочное время.
8) Неувольнение с работ уполномоченных от цехов.

Утром 16 марта все рабочие собрались у здания конторы завода, которых администрация начала разбивать по кучкам, с расчетом сорвать забастовку. По прибытии членов стачечного комитета, одним из них тов. Гуляевым было предложено пока не вести никаких переговоров с администрацией, прежде чем не будет выработана общая структура забастовочного движения. После этого было предложено рабочим собраться у Чашинского дома, где они были разбиты по цехам для внесения поправок в свои требования и для выбора уполномоченных по ведению переговоров.

Когда все это было проделано и рабочие собравшись вместе потребовали закрытия, как винных, так и пивных лавок.

В дальнейшем рабочие строго следили за этим и ловили всех кто пытался принести спиртные напитки из-за пределов Лысьвы.

Тут же на митинг явился посланник Заводоуправления с приглашением уполномоченных для ведения переговоров, но рабочие все повалили за ним толпой. Выходит исправник Кадомцев и просит входить только одних уполномоченных, на что рабочие заявляют, что у нас де уполномоченных нет, а мы хотим говорить все, дабы в дальнейшем не было арестов. Исправник стал уверять рабочих, что не один волос не упадет с головы уполномоченных, тогда рабочие выделил и своих цеховых представителей. Переговоры начались. А часть рабочих направилась к проходным будкам, для прохода в завод и снятию штрекбрехеров. В то время приходит управитель и говорит что толпа ломится в завод и как бы что там не наделала.

Тогда часть уполномоченных пошла к тем рабочим и этот конфликт уладила, выделив отдельных товарищей для прохода в завод и снятия штрекбрехеров, что и было сделано.

Во время забастовки собрались члены Правления кассы, но представители завода заявили, что председатель кассы Добровольский болен, а поэтому он просил сказать Вам, что заседание кассы состояться не может это во-первых, а во-вторых, что идет забастовка, а потому рабочие кассы не считаются, а сама Б-касса считается распущенной.

Члены же Правления со стороны рабочих заявили, что у нас выставлен на собрании уполномоченных пункт о льготном месяце, на основании которого мы считаем всех рабочих членами Б-кассы, это во-первых, а во-вторых, считают распоряжение Председателя незаконным и выполнить его приказания не намерены, а поэтому открыли заседание под председательством т. Гуляева. Члены же Правления со стороны администрации с заседания удалились. На заседании был разрешен целый ряд вопросов, которые на завтра Председатель Добровольский все-таки утвердил, но поручил Секретарю кассы т. Уфимцеву составить телеграмму в Пермское Страховое присутствие о незаконном заседании Б-кассы. Т. Уфимцев телеграмму составил, но ее содержание не понравилось Добровольскому и он поручил составить таковую своему делопроизводителю Клепцову И.А., которую они и отправили в Пермь. Пермское Присутствие передало это дело в Суд Земскому Начальнику Лысьвенского участка.

В результате членам Б-кассы т.т. Гуляеву, Блинову, Вертникову, Видунову было дано по 3 мес. Арестного дома, а тов. Уфимцеву, который указал Добровольскому на незаконные действия в присутствие полиции и администрации был предан суду как за оскорбление своего начальника и присужден к 1 мес. тюрьмы.

И так экономическая забастовка длилась 2 1/2 мес., рабочие твердо стояли на своих требованиях, но и администрация тоже не уступала. В конце концов рабочие изголодались, жить стало трудно и пришлось пойти на уступки, хотя и не большие и стачку ликвидировать. Помощь, оказываемая рабочими и др. заводов была далеко не достаточна, получали из Мотовилихи, через тов. Жданова, который поддерживал забастовку и морально и материально, из В.-Исетска, Пермских ж.д. мастерских, Чусовой, Тагила и др. уральских заводов. Размер пожертвованных сумм установить не представляется возможным.

В помощь исправнику Кадомцеву с его отрядом прибыл еще помощник исправника г. Верхотурья, ранее служивший в Лысьве полицейским надзирателем. Вся эта свора ежедневно спаиваемая администрацией старалась всячески спровоцировать рабочих и сорвать забастовку. Пьяные раз’езжали по улицам, по панелям верхом, избивали первого попавшего рабочего, не щадя женщин. Этой свирепостью особенно отличался помощник исправника Киселев и Чусовской пристав Костарев, но надо сказать что эти вакханалии творились в отсутствии исправника Кадомцева.

По возвращении Кадомцева в Лысьву, уполномоченные в количестве 6 чел. т.т. Бушева, Мацедонского, Гуляева, Попов, Блинов и Кожевников пошли к нему на квартиру с требованием прекратить это безобразие, после чего уже больше подобных безобразий не повторялось. Но был еще характерный случай тоже в отсутствии Кадонцева: в один прекрасный день после переговоров с администрацией, уполномоченные добились созвать митинг всех бастующих рабочих и сделать им доклад о том, на какие уступки идет заводоуправление и выяснить вопрос, продолжать ли стачку дальше или согласиться на то, что дают. Митинг был сорван огромный, присутствовало несколько тысяч человек.

Вот этот то митинг и был окружен конной полицией и в самый разгар митинга раздалась команда опять того же Киселева «Митинг разогнать». Полиция с волчьей жадностью набросилась на мирно стоящих рабочих, но рабочие не дрогнули, вооружившись кто чем мог, ну и пошла патосовка. Полиция оружия в ход не пускала, а поэтому рабочие их разогнали, а сами разошлись только по окончании митинга. Спустя несколько часов был устроен без всякого разрешения второй митинг, в другом месте, куда полиция поспела уже только после его окончания. Во время всей забастовки конечно не обошлось и без шпионов, полиция переодевалась в штатское платье и старалась пролезть в каждую собравшуюся толпу. Так в один день во время собрания рабочих около конторы завода рабочие заметили одного шпиона какого-то урядника и сразу подняли его на кулаки, в это вмешался Кадомцев, говоря, что он сам с ним расправится. Шпиона без сознания отправили в больницу, после чего он в результате оглох.

Во время забастовки помощь рабочим оказывалась главным образом продуктами питания. Здесь большую услугу оказал «Рабочий Кооператив», с/х. о-во, Кредитное Товарищество, а также была оказана помощь одним из торговцев Перевозкиным, ныне служащим в Лысьвенском РИК’е, давшим вагон муки. Оказывалась помощь и местными товарищами путем самообложения. А так же не малую роль с’играл в деле сбора средств быв. тогда приказчиком Пильняка – тов. Слудковский В.В.

Помощь оказывалась на разных квартирах конспиративно, но никакая конспирация не помогла, полиция каждый день пронюхивала где работают и каждый день почти разгоняла. А так же и со стороны рабочих следили за каждым шагом полиции и заблаговременно предупреждали. Были два случая в квартире П.Рожкова и Лыжина куда полиция нагрянула в расплох. Но и тут работающим по оказанию помощи т. Бушуеву и Блинову и др. удалось скрыться через крыши сараев.

Во время забастовки Заводоуправление выбросило широко плакаты о том, что владельцы Шуваловы при передаче всего Округа в Акционерное О-во пожертвовали рабочим 350.000 рублей и служащим 150.000 руб. на постройку народного дома, на оборудование Ремесленного училища и на открытие богадельни и призывали рабочих приступить к работам, но и это им не помогло. Забастовка длилась до 29 Мая и только в этот день было решено приступить к работам. Требования рабочих частично были удовлетворены и с 1 Июня было приступлено к работам. Крупносортный цех выйдя на работу узнал, что у них не приняли на работу уполномоченных т. Гуляева и Бушуева после двухчасовых переговоров снова бросили работу и вышли на улицу с требованием принять на работу Гуляева и Бушуева. Под давлением рабочих указанные товарищи были приняты и на второй день было приступлено к работам полностью.

После забастовки приезжал в Лысьву член РСДРПб и член фракции большевиков государственной думы, который делал доклад о расколе государственной думы большевиков и меньшевиков попутно был поставлен вопрос о 350000 пожертвованных Шуваловыми, где постановили таковые принять и употребить на оборудование Ремесленного училища и народного дома.

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.252.Л.105-112.
Tags: РКМП, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments