Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Categories:

Автобиография Лобаева Николая Михайловича

АВТОБИОГРАФИЯ

ЛОБАЕВ Николай Михайлович – род. 1888 г., происхождения – сын крестьянина Тамбовской губ., Спасского уезда, Анаевской волости, деревни Печёвка. Отец земли не имел, всю жизнь был батраком. В поисках хорошей жизни мой отец переехал в гор. Златоуст и поступил ремонтным рабочим на Самар. Златоуст. ж.д. Учиться мне было невозможно, так как заработок отца был невелик, пришлось идти на заработки самому. Нанялся к частнику по рубке дров и в 1905 году поступил в депо чистильщиком паровозов, через год перевели в ученики, п/слесаря.

В 1909 г. меня взяли на военную службу во флот, на корабль "Цесаревичь", где издевательство офицеров перешло всякие границы, и я вступил в кружок РСДРП(б), который возглавлял матрос т. Фёдоров, Грошев и Журнавенко, в котором подготавливалось в 1912 г. восстание с целью перебить всех офицеров, захватить судно и начать восстание, но среди нас нашёлся какой-то предатель, и нас в количестве 110 чел. арестовали и посадили в тюрьму. Через три месяца нас судили, но за неимением против меня веских обвинений по суду оправдан, тогда как т. Жарнавенко и других обсудили по 15 лет каждого.

Во время империалистической войны находился в Балтийском море на "Цесаревиче", где вёл агитацию среди матросов против войны. Во время Октябрьской Революции наш корабль стоял в Генсильфорсе. Будучи все матросы революционно настроены, нас истребовали на поддержку революции в количестве 300 чел. в Ленинград. Идя на соединение к рабочим Ленинграда, нас встретили офицерьё, которое требовало вернуться обратно, но после недолгой расправы с офицерами пошли на соединение с рабочими.

Не доходя Гатчины, соединились с рабочими Ленинграда и стали наступать на Гатчину, которую взяли и восстановили Сов.власть. Тогда нас отозвали и послали обратно на корабль в Генсильфорс, где пробыли недолго – потребовали обратно в Ленинград, на который двигался генерал Духонин со своим царским войском. Мы под командой т. Крыленко выступили на встречу Духонину, разбили его войско и захватили в плен самого Духонина, которого тут же расстреляли.

После ликвидации Духонинского мятежа нас отозвали в Ленинград и послали по Северной железной дороге по восстановлению Советской Власти, командой тов. Павлова двинулись в путь. Прибыв на ст. Челябинск, где узнали, что гор. Троицк занял генерал Дутов, мы поехали на ликвидацию Дутова, и после короткого боя Дутов бежал в гор. Оренбург. Тогда нас снова перебросили на Оренбургский фронт через Кинель, где к нам присоединились Самарские рабочие дружины, с которыми стали наступать на Оренбург. Бой был сильный, все ребята дрались отважно, в результате белых разбили, и Оренбург был взят. В этом бою мы потеряли около 400 челов.

После занятия Оренбурга нас отправили через Москву на свой корабль "Цесаревичь", который стоял в Кронштате. Благодаря славных побед над белой бандой, меня пустили в отпуск в гор. Златоуст на отдых, но отдыхать не пришлось. Во время восстания чехов пришлось взяться за винтовку и выступать на подавление восставшихся чехов в Златоусте, где, вступив в отряд тов. Копанева на должность пом/ком.отряда, я участвую в боях в Златоусте, в результате чехи были разбиты. После боя я был оставлен при штабе для особых поручений.

Под особенно сильным нажимом белых нам пришлось отступать на завод Куса, где 26 июня утром завязался с чехами бой. Часть нашего отряда стояла в карауле, которых белые окружили. Я с ком.отряда тов. Копаневым вывели оставшуюся часть отряда из обстрела противником в количестве 50 ч. и пошли в наступление на противника. Зайдя в тыл, быстрым натиском выбили противника [99] из позиции, которые частью погибли, частью бежали по лесу.

Получив приказ из штаба т. Пальварде, стали отступать на Злоказово, а потом ст. Ункурда, где соединились с московским отрядом и, сделав самодельный броневик, пошли в наступление на ст. Злоказово, где противник занимал войско около 3-х эшелонов, где также сильно разбили противника, но благодаря малочисленности нашего войска отступили на ст. Нязе-Петровск, где во время первого боя нас сняли на восстановление пути. В наш тыл белые зашли и устроили крушение поезда, нужно было восстановить путь.

Прийдя на место крушения, по приказанию нач.отряда Копанева я выступил с 20 бойцами при одном пулемёте на розыск комиссара, которого захватили в плен белые. По следу зайдя белым в тыл, которые повели наступление на Нязе-Петровск – ударил по ним из пулемёта и ружей. Белые с большими потерями отступали. Во время второго боя, отступая с отрядом 8-10 чел. при одном пулемёте, белые нам перехватили путь и стали подходить к нам, крича: "Сдавайся". Мы подпустили их на близкое расстояние и ударили сразу все, а потом выкатили пулемёт и давай уничтожать белых. В результате белые не выдержали сильного огня и разбежались. Тогда мы свободно отступили на Уфалей.

Вступив в обязанности нач.отряда (так как т. Копанев, будучи сильно контужен, выбыл из строя), я отступил на ст. Свердловск, где получил задание двигаться на Кунгур. По дороге встречался с мелкими бандами, с которыми было несколько боёв.

Прийдя в Кунгур, простоял два дня, получил распоряжение выступить на подавление восстания в заводе Суксун. По дороге, пройдя Чёрный Яр, возле села Сабарки обнаружили противника численностью до 5000, у меня был отряд в количестве 68 чел. при двух пулемётах и одном орудии, где завязался бой. Поставив пулемёты во фланги, орудие в середину, повёл наступление на банду. Банда, видя нас малочисленностью, повела наступление прямо в лоб. Благодаря хороших пулемётчиков и командира орудия, который расстреливал противника в упор шрапнелью, мы выдержали атаку противника, который с большим уроном стал отступать. Тогда мы перешли в наступление и окончательно разбили банду, и заняли Суксун. Во время занятия подошёл отряд тов. Звонарского, с которым соединились и пошли наступать на Большие Ключи по направлению Красноуфимска. Возле Красноуфимска снова завязался бой с белой бандой. В результате долгого боя Красноуфимск переходил из рук в руки три раза. В результате белые окончательно были разбиты, и гор. Красноуфимск был взят.

Стояв с своим отрядом возле города Красноуфимска, я получил донесение о продвижении крупной силы противника, решил проверить донесение лично, взял с собой 20 чел. бойцов при одном пулемёте, поехал в разведку. Проезжая поздно вечером возле деревни (названия не помню), мне удалось захватить трёх человек казаков. При личном опросе они оказались из отряда т. Каширина. Тогда я захватил их с собой в штаб, детально расспросил о двигающейся силе и отправил с ними двоих своих кавалеристов для точного установления и связи, где и быстро соединился с отрядом тов. Каширина Ник., и заняли позицию возле завода Суксун, где сформирован 2-й Красноуфимский полк под команд. Смирнова.

Пробыв на передовой позиции недолго, меня с батальоном перебросили на новую позицию под село Сосновое и Берёзовка, где, находясь как командир боевого участка в должности командира батальона, ко мне прибыл 1-й Кронштатский полк, который, заняв передовую позицию, этой же ночью весь полк сдался белым, весь командный состав был перебит. Узнав от бежавших из под расстрела матросов о предательстве белым всего полка, я очутился на громадном прорыве, по которому двигались большие силы в наступление на нас. Не дожидаясь распоряжения штаба, я быстро развернул фронтом всех оставшихся бойцов, включая и всех команд вплоть до обозников, принял на себя наступление белых, где завязался сильный бой. Противник [99об] стал обходить фланги. В это время, не отступая ни на шаг, прибыл на фронт т. Блюхер, который приказал – ни в коем случае отступать нельзя. Выдержав несколько сильных атак противника, подошёл отряд кавалерии 80 чел. под командой тов. Морозова, который спешился и повёл в наступление на правый фланг противника. Зайдя белым в тыл, ударил сильной атакой, и противник с большим уроном отступил.

На другой день, получив распоряжение тов. Блюхера об отступлении, я снял свой батальон, и пошли по направлению гор. Кунгура. Дорогой я получил новое распоряжение – двигаться на гор. Пермь. Не доходя 30 вёрст до г. Перми, встретил противника, где высланной разведкой были захвачены 6 чел. белых. Из допроса узнал, что гор. Пермь занята белыми, а на заводе Мотовилиха восстали эссэры и захватили завод, и двинулись на нас. Выдержав несколько атак противника, с боем стал отступать по направлению с. Нижней Муллы, где встретился с Богоявленским и 1-м Уральским полками, которые тут же развернули фронт против белых, а меня перебросили на левый фланг под деревню Железны, где особенно жестокие бои пришлось выдерживать по наступлению белых.

Бой продолжался три дня. В результате боя противник с громадными потерями стал отступать, оставляя на поле убитых и раненых, и оружие, 2 пулемёта. Видя отступающего противника, перешёл сам в наступление, где гнал противника около 30 вёрст. возле деревни Долгого Моста снова встретил противника, завязался жаркий бой. Противник не хотел отступать. Бой длился 2 дня, потерял в этом бою 60 чел. В это время подошла поддержка Особого Китайского батальона, с которым быстро выбили противника из своих позиций, но подсадив левый фланг под деревней Муллах, 1-й Уральский полк получил распоряжение отступать по направлению завод Очер, где, не доходя до зав. Очер, занял хорошую позицию, встретил противника, подпустив его на близкое расстояние, стал расстреливать в упор. Белые не выдержали и стали отступать. Не получив новое распоряжение штаба, стал также отходить к заводу Очер.

Находясь в заводе Очер, я получил приказ выступить по направлению гор. Глазова. Отойдя на небольшое расстояние, встретил противника, с которым завязался бой. В это время подошли два полка – 1-й Уральский и Богоявленский, которые, развернув фронт, приняли на себя более сильного противника.

Бой продолжался три дня. После боя я получил новое распоряжение – двигаться на соединение с 2-й армией. Пройдя 250 вёрст, соединившись с указанной армией, получил приказ штаба о формировании нового железно-дорожного батальона в гор. Инва, где как железнодорожник прикомандирован к 10 жел.дор. батальону, и после формирования направили под гор. Уфа на восстановление переправы через Белую и Уфимку. И таким путём двигались и по Сибирскому пути, восстанавливая мосты и пути. Дошёл до ст. Богатово Сиб.жд., где получил распоряжение штаба остаться на восстановление паровозов.

В 1920 г. был переброшен со своим батальоном на Польский фронт, где также был на восстановлении мостов и дороги. По окончании Польского фронта прибыл в гор. Златоуст, где был назначен командиром коммунистического батальона, где пробыл до января 1922 г., после чего был отозван в гор. Самару на должность нач.охраны продовольственных грузов, где пробыл до августа 1922 г. По ликвидации этой охраны ушёл на производство депо Златоуст.

В 1924 г. был назначен уполномоченным страхкассы при ст. Златоуст, где пробыв недолго, перебросили начальником изолятора ст. Златоуст, где пробыл до 1926 г., после чего был переброшен на производство, где проработал до 1930 г.

В 1931 г. был избран председателем Райсовета ст. Златоуст. в 1933 г. был назначен зав.совхоза (Комбината) при ст. Златоуст, где пробыл до сентября месс. И отозван в ФЗУ руководителем, где и работаю [100] сейчас.

За боевые отличия имею именную шашку и две грамоты.

К сему: Лобаев

Изложенное могут подтвердить:

Нач. штаба Красной Гвардии ст. Златоуст Копанев-Самарин
Ком.роты 2-го Красноуфимского полка Терентьев
Бойцы: И. Миронов

Подпись руки Копанева-Самарина, Терентьева и Миронова Партком депо удостоверяет.

20/IX-33 г. [100об]

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.10.Л.99-100об.

Линейный корабль "Цесаревич"
Цесаревич у причала
Tags: РКМП, Революция, гражданская война, история, чехословацкий мятеж
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment