Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Categories:

В. Беляков. ОКТЯБРЬ В ЗЛАТОУСТЕ

ОКТЯБРЬ В ЗЛАТОУСТЕ

Эсеры и власть Советов

Крепко засели в Ревкоме меньшевики и эсеры: Голендер, Гогоборидзе, Филатов, Овчаров, Дятлов и их вооружённая опора под командованием Каменского. Уж немного им осталось дождаться до исполнения их заветной мечты – Учредительного собрания.

Но вдруг известие: в Петрограде временное правительство арестовано. Власть перешла в руки большевистских советов.

Зашевелились… Зачуяли беду… стали вооружаться.

Но не спали и рабочие.

Началась грызня. В Ревкоме – междоусобица. Меньшевики твердят своё, большевики – своё, эссэры – своё.

Эссэры своим большинством стали брать верх и играть главенствующую роль. Чувствовалось, что без вооружённой силы ничего не сделаешь. Большевики стали вооружаться.

Откуда-то появилось оружие.

– Куда его?

– Давайте на мезонин.

Сложили, поставили караул.

Эссэры пронюхали – решили обезоружить большевиков. Положение обострялось с каждым днём. Рабочие были готовы – ждали сигнала.

На стыках рельс.

… Шумно гуторят пассажиры в душном вагоне, а им вторит скрип и гул вагона на стыках рельс. Разношёрстная публика едет: тут и мешёчники, спекулянты, тут и фронтовики, пробирающиеся с фронта домой в Сибирь.

– Ты куда, дружба?

– Да вот, за хлебушком надыть в Сибирь-ту с"ездить. Говорят, под Курганом можно взять, а уж как тут не будет, так проеду до Петропавловска. В Челябе, говорят, и нечего делать. А ты, шта, служивый, домой штоль пробираешься? [15]

– А што же, за кого воевать? Довольно повалялись в окопах-то. Домой теперя надо, потому как три года уж не был дома-то.

И начинается проклятие за потерянные три года жизни без пользы в муках, переживаниях, страданиях.

А в углу вагона сидят два человека с сосредоточенными лицами. Видно, что глубокая дума сидит в их мозгах. Крепко прижимают они папки, туго набитые бумагами. То – участники свержения временного правительства в Петрограде: товарищи Леонид (К. Преображенский) и Назаров Михаил.

Никто в вагоне не подозревает, что эти два человека из центра пробираются на Урал с крепким зарядом петроградского лозунга "ВСЯ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ!"

Вот и Златоуст.

– Ну, товарищ Леонид, я дома. Завтра же принимаюсь за работу, а ты давай орудуй в Екатеринбурге.

– До свидания, Михаил. Выполни всё, что было наказано.

Расстались.

Товарищ из центра.

– Ну, ребята, Назаров приехал… Сегодня в театре собрание. Все приходи!..

Быстро облетала весть по всем рабочим и служащим о приезде Назарова.

Вечереет. Быстро в назначенный час театр забился рабочим людом. Тут и промасленные машинисты, тут и в порыжевших шинелях и мохнатых папахах кондукторы. Стонет зрительный зал от гула собравшихся.

– Уж скоро ли начнут-то? Кажись, уж достаточно собралось, – выражают нетерпение.

Звонок. Председатель открывает собрание.

– Товарищи! На повестке дня один вопрос – доклад тов. Назарова со с"езда железнодорожников.

На сцене появляются знаменитые назаровские усы, а ним свежие новости из центра. [16]

– Товарищи, временное правительство, состоявшее из помещиков Терещенко, Керенского, Львова, Коновалова и других приспешников капитала, пало.

Зашипели, завозились эссэры и меньшевики. Нужно что-то придпринимать. Вышел Плеханов.

– Товарищи! Большевики врут, что в центре решили передать власть советам.

– Долой его с трибуны!..

– Ты сам врёшь, что в центре ничего не произошло…

– Предатели, изменники!..

Загудели все. Поднялся шум. Всё слилось в один гомон. А меньшевики и эссэры всё ещё пытаются перекричать всех.

Вдруг зычный голос председателя заставил умолкнуть.

– Товарищи, тише. Внесено предложение…

– Давай говори…

Воцарилась тишина.

– Товарищи, внесено предложение согласиться с решением 4-го с"езда о передаче власти советам…

– Правильно, так и надо.

– Голосуй!..

– Неча больше толковать…

– Взять власть в свои руки.

– Я голосую, кто за передачу власти советам – поднимите руки…

Лес рук… Большинство…

– Итак, товарищи, с этой минуты власть переходит советам.

Вз"ерепенились соглашатели…

– Захватчики!..

– Провокаторы!..

Но их уже никто не слушал. Приступили к организации боевого отряда, вооружались винтовками, привезёнными Назаровым.

КТО КОГО?

С городом завязалась связь. Первым пришёл Виталий Ковшов.

– Надо, тов. Назаров, торопиться. [17] Рабочие в городе прослышали, что у вас тут делается. Ждут.

– Ну, а как себя ведут члены ревкома? Всё те же?

– Те же: Голендер, Овчаров, Каменский и Ко. Бодрятся ещё, говорят, не страшны де нам большевики – сметём.

– Ну, это ещё видно будет, кто кого сметёт.

– Ну, вот что, Ковшов. Давай завтра к вечеру иди со своим отрядом к нам в казармам. Мы ждём Елькина из Челябинска. Как только он прибудет со своим отрядом, так движемся вместе в город.

– Ладно, тов. Назаров.

– Ну, давай, Ковшов, орудуй.

"СНАЧАЛА ЭССЭРОВ, А ПОТОМ ДУТОВА".

Тихо подошёл к ст. Златоуст поезд с отрядом тов. Елькина. Из вагонов весело высыпала пёстрая гурьба – елькинцы. Сам Елькин энергичной походкой приближается к назаровцам.

– Ну, как, товарищи, дела?

– Ждём тебя, тов. Елькин. Думаем эссэришкам да меньшевикам жару наддать, да вот решили подождать тебя, чтобы без промаха получилось.

– А я к вам за помощью приехал – Дутова надо доканать.

– Ну вот, давай, сначала здесь управимся, а потом за Дутова возьмёмся.

– Ну, ладно, а шамовка есть?

– Есть всё, давай, занимай казармы.

– Стройся, братва. Пойдём в казармы. Тут тоже делишки есть.

ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА.

Весело расположились елькинцы в казармах за речкой. Хрипит, заливаясь, "тальянка", а удалые ребята – кто во что горазд. Откуда-то достали "господский" цилиндр. Смешит всех отрядный комик "Кривой".

– Ну-ка, Кривой, покажи, как буржуй ходит.

– Сейчас, Митька, вот только цилиндр почищу – запылился маленько, неприлично пыльный одевать.

Гогочут на нарах.

Весь день "ералашили", а к вечеру замолкли. [18]

Пришёл из города с отрядом Ковшов.

Митинг. Решили в что бы то ни стало сегодня ночью сделать всё.

Разошлись.

РУКИ ВВЕРХ – СДАВАЙСЬ!..

Наступила тёмная, глухая ночь на последний (прощённый) день масленицы 26 февраля 1918 года. В казармах зашевелились, забрякали винтовками. Достали из-под нар пулемёты.

– Ну, готовы ребята? Стройся!

Высыпали на улицу, построились. Команда:

– Отряд, шагом марш!

В рядах не слышно никаких разговоров. Впереди – Елькин верхом на лошади. По бокам – Назаров, Ковшов, Савицкий и др.

Малково… Ветлуга…

Тихо подошли к плотине. Разведка сообщила, что в городе всё тихо. Наш обходной отряд с противоположной стороны.

– Отряд в цепь!..

Мигом раскинулись и стали полукругом стягиваться по площади к Ревкому.

– Вперёд, товарищи, на приступ!..

Бросилась всколыхнувшаяся цепь. Впереди: Ковшов, Елькин, Савицкий, Корьков, Голдырев, Копанев, Кочегаров, Чевардин Алексей, Коротов, Лямкин, Стрельцов, Чудинов и другие.

Ворвались в помещение.

– Руки вверх! Сдавайся, соглашатели!..

Перетрусили эссэровские главверхи, только один Каменский ещё хорохорится:

– Уходи, шпана! Бомбу брошу! – не понял, очевидно, всю серьёзность положения.

Но не тут-то было.

– Именем Революционного трибунала и Совнаркома вы арестованы, – заявил Ковшов. [19]

В бессильной злобе с злорадной усмешкой сдался Каменский.

Загудел тревожный гудок. В снарядном цехе собрались рабочие. Кинулись туда.

– Товарищи! Меньшевитско-эссэровская соглашательская власть пала и перешла в руки Сов. Рабочих, Солдатских и Крестьянских Депутатов. Наш лозунг: "Мир, хлеб и земля".

Рабочие не замедлили сказать своё решительное слово:

– ВСЯ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ!

В. Беляков [20]

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.182.Л.15-20.

Назаров Михаил Григорьевич
Назаров Михаил Григорьевич
Tags: Революция, гражданская война, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment