Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

М.И. Абакумов. ПОГИБШИЙ НА ПОЛЕ РЕВОЛЮЦИИ. Часть 2

Часть 1

И вот злосчастный для нас день 26-го июля 1918 года. Тов. Хохряков об"являет нам, что город Екатеринбург 25-го июля 1918 года занят Чехами и белогвардейской сворой. Это известие поразило весь отряд, в особенности Екатеринбуржцев, а отряд состоял на 85% из Екатеринбургских рабочих фабрик и заводов. Все в один голос закричали: "Даёшь Екатеринбург, идем в наступление на Екатеринбург, освободить свой город". Такой был порыв у Екатеринбуржцев, но тов. Хохряков сумел убедить своими словами тов. тов. Екатеринбуржцев в том, что дождёмся распоряжения военного округа, что нам делать в дальнейшем, и на этом отряд успокоился до распоряжения военного округа.

Между 19-м и 27-м Июля к нам на пароход "Ермак", будучи мы в разведке по реке ТУРЕ на пароходе Ермак между селом Покровским и селом В…, сделали остановку, спустили трапп, отправили конную и пешую разведку в лес, а остальная команда парохода осталась на пароходе, и вот случайным образом на пароход "Ермак" к нам заявился царский белогвардейский бандит – морской офицер в чине "МИЧМАНА", быв. непосредственный командир товарища ХОХРЯКОВА, вместе в империалистическую войну служили на Крейсере "Заря Свободы". Попал он на наш пароход "Ермак" только потому, что на нашем пароходе, во первых, на трубе закоптилась красная полоса, это был наш знак, и второе, [23] на корме один из красногвардейцев выстирал свои бязевые портянки и вывесил на корме, пристроя на палке, так что портянка вполне заменила белогвардейский флаг. Поэтому его и занесло к нам в гости на наш пароход с его денщиком юнкером, где этот эластичный [д.б –. элегантный], начищенный в чистенькой офицерской морской форме, а также нахоленный юнкер, оба в блестящих погонах предстали лицом к лицу не ожиданно МИЧЬМАН перед тов. ХОХРЯКОВЫМ. Оба первоначально как будто-бы стушевались, в особенности этот начищенный и элегантный МИЧЬМАН, но неменьше и юнкерок без усый, только что произведён от мамкиной титьки в последний курс юнкеров. Но товарищ Хохряков предложил им без прекословия сдать оружие и следовать за ним. Но МИЧЬМАН стал сопротивляться первоначально, [но] когда увидел перед собой несколько револьверных дырок, то конечно Мичьман и этот без усый натопырь тот час же сдали оружие и подчинились требованиям тов. Хохрякова. Но пробыв на пароходе в отдельной каюте до 6 дней, они не изволили проронить не единого слова на все задаваемые нами им вопросы. И с первого дня оба они об"явили себе голодовку и молчанку, не смотря на то, что рады были их кормить хотя бы с десяти блюд, или что они пожелают, но они категорически ото всех наших услуг отказались. По этому долго с ними церемониться не стали и мариновать их так-же не захотели, и в последний день их опроса, конечно, они так же ничего нам не ответили, за исключением Мичьмана, который наконец то проронил пару ясных и хороших слов. Говорит: "Я знаю Вас, знаю и своих, что меня и моего спутника ожидает, так-же я знаю прекрасно, и знаю, что вы все подлецы, арестанты, каторжники, и все Ваши вожди так же каторжники и пустоголовые властители, и вот всё, больше Вы от меня и моего спутника ни чем и нечего не добьётесь". У нас не выдержал один из товарищей его слов и ударил его прикладом винтовки, а он на это в ответ: "Все Вы от малого и до главного сволочи". И после этих слов откусил себе язык на проч, который свалился к его ногам. После этого мы тот-час же на лодку на другой берег и к ногтю, двумя тифозными гнидами меньше.

И вот 27-го вечером получили распоряжение от Военного Округа – отступить от направления на Тобольск, а направиться на Ирбит пешим порядком, т.к. Ишим и Ялуторск были уже заняты беляками. Но наш Военсовет нашего отряда решил маршрут изменить, а пойти вверх по реке ТУРЕ через город Тюмень, [24] хотя бы это стоило несколько жизней данного отряда. И 29-го июля утром трогаемся всей речной флотилией на Тюмень. По прибытии в город Тюмень, поскольку фронт от Тюмени находился в 30-ти верстах, наш Военсовет здесь вопрос предрешил в следующем порядке, в особенности настоял тов. ХОХРЯКОВ, направиться всему отряду в верх по реке Туре до города Туринска и забрать с собой все имеющиеся пароходы на Тюменской пристани. И вторые предложения были ехать на поезде из гор. Тюмени до станции Богданович и на Егоршинский узел, ст. Егоршино. Но большинство решили ехать на гор. Туринск.

И вот 31-го июля утром выехали из гор. Тюмени по реке Туре до гор. Туринска, забрав с собой за 40 шт. пароходов с имеющейся прислугой, и поехали до города Туринска около двух суток без препятствий.

По прибытии в город Туринск мы вынули все золотники из пароходов, забрали ценное имущество с пароходов, а также и прислугу, кто желает ехать с нам дальше и кто хочет оставаться в Туринске. Взяв город под свою охрану, где тот-час-же выставили заставы, выслали по городу патрули. На следующий день стали производить закупку продуктов для своего отряда.

3-го августа на нашу заставу натыкается отряд белогвардейцев. Первоначально началась ружейная перестрелка, а вскоре за этим и орудийная с обоих сторон. Вытеснив беляков в деревню, находящуюся в пяти верстах от гор. Туринска, мы стали сильнее осаждать деревню орудийными зажигательными снарядами, от которых конечно деревня загорелась, а также и беляки не утихали от орудийной перестрелки. И от них попадает к нам снаряд на удар прямо в наше орудие и серьёзно ранило нашего бомбандира наводчика тов. Андреева Илью, у которого нога выше колена совершенно отпала на месте боя, и который тот-час же без всякого сознания отправляется в город Пермь на излечение. В настоящее время тов. Андреева Ильи не существует на белом свете, умер в голодный год.

4-го августа вечером грузимся в вагоны для направления в город Ирбит. Ночью получаем приказ к отправке. Не от"ехав четырёх вёрст от города Туринска, поимели серьёзную аварию, т.е. крушение нашего поезда с другим, как раз на мосту, мост деревянный, т.к. речушка неважная, а от Ирбита на нас был направлен пустой эшалон. Это явный саботаж железнодорожных чиновников, ими заранее подготовленной программой, [25] где и в какое время должно быть столкновение поездов. В чём правда и получилось серьёзное крушение, где наскакивают поезд на поезд, вагон на вагон, от чего конечно осталось очень много жертв человеческих и животных и порча большой части продуктов. В первых вагонах пали жертвами 16 человек красных матросов и красногвардейцев 4 человека, 4 лошади, и у 2-х лошадей были сломаны передние ноги, которых пришлось пристрелить, т.к. они находились в страшных муках. Так же много потеряли для нас дорогого нам табаку листового, консервов – томаты.

Установив факт крушения, и видим, что сообщение с Ирбитью прервано. Мы тот час же посылаем конный отряд на ближайшую станцию, чтобы связаться с Ирбитью и второе запросить о срочной высылке пустого эшалона для посадки нашего отряда, а город в это время почти полностью был занят беляками, и нас преследовала также цепь беляков.

6-го августа утром нам был подан пустой эшалон, на который мы тот-час же погрузились и тронулись на город Ирбит. Но прежде поимевший крушение наш эшалон, мы его и мост, где было крушение, зажгли, в каковых осталась часть патронов и бомб, получилась стрельба и взрыв бомб.

По приезду в город Ирбит, где мы сделали суточную остановку, для приобретения обуви, продуктов и других принадлежностей широкого потребления, здесь к нам подошла трёхтысячная толпа пленных Австрияков Германской войны, которые просили у нас оружие, и мы пойдём с Вами на фронт по борьбе за правое дело, за завоевание рабочей власти всего мира в свои руки. Но у нас, к сожалению, на три тысячи человек не имелось оружия, а по этому и по другим соображениям мы их с собой не взяли. Но с нами рядом на следующей линии стоял эшалон мадьяр, которые не большую часть добровольцев Австрияков взяли с собой.

И здесь мы тоже получили для нашего отряда большую потерю из своих рядов двух товарищей и очень дорогих нам. А вышла вся история по утере этих товарищей просто по недоразумению и по пьянке члена Уисполкома тов. Ершова. Наш нач. хоз-отряд тов. Беляев с Монетки г. Свердловска пошёл в город по приобретению продуктов и обуви для отряда. На встречу ему попадает наш красногвардеец с тремя парами сапог на руке. Тов. Беляев берёт пару сапог, садится на лавочку у ворот, начинает примерять сапоги. На встречу по улице идёт пьяный член Уисполкома тов. Ершов, который, увидя такую картину, что на улице одевают сапоги, вероятно, вообразил, что это непорядки, а поэтому, не говоря ни слова, делает выстрел из револьвера [26] в тов. Беляева и убивает его. А с тов. Беляевым был ещё тов. Антонов, красногвардеец нашего отряда, который стал говорить Ершову: "За что ты пристрелил товарища?" Ершов, так же не говоря ни слова, делает второй выстрел в тов. Антонова и смертельно ранил его. Через пять часов тов. Антонов умер и на следующее утро мы их обоих похоронили, а с Ершовым поступили так, как полагается военному суду, и увековечили его, чтобы он был почётным членом Могильского Исполкома, а не Ирбитского Уисполкома, и поехали согласно приказа Военного отряда на Ирбитский завод.

Высадившись из эшалона в Ирбитском заводе, сделав трёхчасовую передышку, мы отправились пешим порядком на Егоршинские копи. Пройдя несколько сёл, деревень, 2-го августа утром мы прибыли через село Мостовое на Егоршинские копи, где заняли позицию. Батарею оставили на Егоркопях, а сами заняли окопы в селе Егоршино совместно с 3-4 Уральскими полками и на следующее утро выбили беляков из села Егоршино и с копей нашей батареей, и пошли по следу беляков вплодь до Сухого Лога.

12-го августа мы получаем приказ Военсовета Алапаевского округа нашему отряду срочно снятся с Егоршинской позиции и тот час же ехать на Режевской завод. Тот час же приказ был исполнен, сделали посадку в вагоны и на ветке Егоркопей и отправились.

13-го утром мы прибываем на станцию Режь, расквартировались на Режевском заводе в школе, на торговой площади и в домах. Вскоре узнали, что Волынский полк оставил позицию на станции Крутиха, уехал по направлению в Пермь, а оставшиеся горные полки, сформированные больше всего из Режевских рабочих и близких деревень, из под Режа с позиции частично стали дезертировать. Беляки, увидя слабость красных, стали усиленно наступать на станцию Крутиха, и поэтому нашему отряду пришлось сейчас же отправиться на стадию Крутиха (для нас злосчастная по потере тов. Хохрякова), занять позицию на самой станции по эту сторону и по ту сторону моста, где и взяли оборонительную сторону. Но беляк форменным образом пошёл в наступление, но мы всё же твёрдо стояли на позиции.

Выбить они нас не сумели, и мы закрепились, а 17-го августа (роковой день для тов. Хохрякова и нас по потере нами нашего командира) беляк просто пошёл в атаку, но всё не удачно – мы его к мосту не подпустили, но всё же стало заметно, что они нас начинают теснить с обоих флангов.

1-й и 5-й горные полки от натиска беляков потеряли твёрдость и стали наводить панику среди своих полков, что де нас беляки обойдут и возмут в плен. Но тут тов. Хохряков, увидя эту панику [27] среди горных полков, подпустил по всей цепи своего отряда и горных полков агитсловечко, перестроил части, своим отрядом главную дверу позиции заняв против главного наступления противником. Участила наша батарея, почаще стала посылать им трёхдюймовые полешки. Посильнее заплевали наши пулемёты Максимки в белую свору, от чего они немного угомонили, притихли, и такого натиска уже не стали больше наводить, почувствовали, что дела с нашей стороны пошли серьёзнее. Но здесь уже днём к 4-м часам дело боя разгорается более серьёзным с обоих сторон, и тов. Хохряков, перебегая от [взвода к взводу] по цепи и давая команду батарее, подбадривая дух красногвардейцев, забыл совершенно об опасности в том, что он может каждую минуту оказаться жертвой беляков от их проклятой пули.

И вот около четырёх часов дня, подавая команду нашему отряду: "Цепь в перебежку занять позицию за мостом через маленькую речушку", – и после этой команды в тов. Хохряхова попадает роковая белогвардейская пуля, в спину навылет через сердце, когда он стоял в полуобороте, подавая команду. Сейчас же тов. Хохряков был положен на носилки. А я в это время приехал на поезде из Режа, привёз патроны и продукты. Ко мне в вагон вносят на носилках тов. Хохрякова, я, в ужасе не веря своим глазам, стал искать фельдшера или кого либо из сестёр для оказания первой помощи тов. Хохрякову, но у нас с медициной в отряде дело обстояло весьма плохо, а поэтому даю распоряжение к скорой разгрузке из вагонов патронов и продуктов, а после этого тот час же даю распоряжение к скорой отправке обратно этого поезда в Режевской Завод.

Под обстрелом беляков мы выехали со станции Крутиха в Режь, оставив вместо тов. Хохрякова командиром его заместителя тов. Матвеева. По приезду на станцию Режь, взяв из вагона тов. Хохрякова также на носилках, взяв на руки, таким образом несли до места стоянки нашего штаба в Режевском заводе. Но к великому нашему огорчению товарищ Хохряков по взятию его на руки на носилках из вагона, не пройдя и одной версты в таком состоянии, тов. Хохряков скончался, его не стало. Принеся его в помещение штаба на Торговой площади, в помещение школы остаток отряда, находящиеся в это время в Реже и некоторые жители Режевского завода, увидя тов. Хохрякова мёртвым на носилках, плакали навзрыд о преждевременной смерти тов. Хохрякова.

По поручению Военсовета нашего отряда пошла усиленная подготовка к похоронам тов. Хохрякова, устройство […] [28] переговоры с Военсоветом Алапаевского округа и т.п. С Военсоветом Алапаевского округа у нас были маленькие неурядицы. Прежде всего, наш отряд настаивал произвести похороны тов. Хохрякова в городе Перми с участием в похоронах всего отряда, во вторых, остаться на отдыхе в Перми на месяц или полтора для того, чтобы пополнить отряд, примундирится и т.п., так как мы не походили на самих себя. Эта история нам не скоро далась. Военсоветом Алапаевского округа нам предлагали прежде похоронить тов. Хохрякова в Режевском заводе, об отдыхе рано говорить и т.п. Но всё же наши делегаты при второй поездке в Военсовет сумели отстоять требование нашего отряда в том, чтобы мы похоронили тов. Хохрякова в городе Перми, и в том, что нам разрешён отдых на формирование нашего отряда также в гор. Перми, а также с собой привезли из Алапаевска цинковый гроб для тов. Хохрякова, в каковой тов. Хохряков был переложен и запаян. Поскольку время было летнее, да и перекладка происходила 20-го августа, он уже стал попахивать.

20-го августа под вечер погрузились в вагоны для отправки в гор. Пермь для произведения похоронного процесса. На пути по дороге в гор. Пермь нас на станциях Алапаевск, Н-Тагил, Кушва, Левшино и Пермь І-я встречали с похоронным маршем духовых оркестров, красногвардейскими частями и рабочими организациями, произнесение речей от военных и рабочих организаций, а также мы давали ответные речи от своего отряда за потерю нам дорогого для нас командира тов. Хохрякова.

В Пермь мы прибыли 22-го августа утром, сейчас делегацию в Уком Партии, Уисполком, желдепо, Мотовилиху и в другие организации, приобрели чёрного и красного материалу. Я в вагоне написал траурное знамяя, украсили лафет траурным материалом, перенесли тело на ночь с І-й Перми в помещение Ж.Д. здания и утром 23-го августа произвели процедуру похорон тов. Хохрякова.

В похоронах участвовали партийные, профессиональные, комсомольские и военное организации и даже неорганизованное население гор. Перми. Демонстрация похорон заняла народом до 7 кварталов, около 35000 человек. Погребение происходило на Сибирском проспекте близь Городского Театра. Партийными, проф., советскими и самими рабочими организациями было возложено больше десятка на могилу тов. Хохрякова венков. Через месяц над могильным холмом тов. Хохрякова был воздвигнут памятник и довольно художественный. Не знаю, что сейчас на этом месте, а знаю только, что при отступлении [29] из города 23-го декабря 1918 года я ещё приходил заглянуть на могилу тов. Хохрякова и видел памятник в полном порядке, и узнал, что с тов. Хохряковым ещё были похоронены также бойцы за освобождение от ига капитала тов. Большаков Степан и ещё двое товарищей, которых я знал, и фамилии которых мне передавали, [но] я забыл.

Вот тот славный путь, тяжело пройденный тов. Хохряковым, и память о нём у нас, Хохряковцев, останется до смерти нашего поколения. А отряд имени тов. Хохрякова после формирования через полтора месяца направился на фронт под город Невьянск [в] село БУНЬГИ.

29-VII-27 г.

Участник доброволец Хохряковского отряда М. Абакумов. [30]

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.140.Л.15-30

П.Д.Хохряков
Tags: гражданская война, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments