Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Category:

Больше внимания оружию и стрелковому делу!

Статьи из военно-политического журнала ПРИВО "Военный работник" №1(32) за январь 1924 года.

Больше внимания оружию.

Как отражаются специфические особенности жизни терчастей на состоянии их оружия?

Недолгий опыт этой работы не позволяет ещё сделать решительных и исчерпывающих заключений, но некоторые выводы сделать можно и должно.

В жизни терчастей есть несколько интересных в этом отношении моментов: 1) когда всё оружие находится на складах; 2) когда оно выдано для проведения сбора переменного состава; 3) когда часть оружия находится на складе, а часть в районах допризывной подготовки.

Во всех трёх состояниях оружие, роковым образом, с большей или меньшей скоростью приходит в упадок.

Рассмотрим по порядку все три момента состояния оружия терчастей.

Вычищенное и смазанное, оно хранится на складе, смазка стекает, садится пыль, является необходимость просмотреть, протереть и смазать всё оружие. Если в части оружия немного, – особых затруднений это не представит, но в полку, где оружия много, а штат кадра мал, подобная работа вызывает солидные затруднения. Работа откладывается со дня на день за недостатком людей. Но заворужием пишет рапорты завхозу, и люди, наконец, даются, обыкновенно в очень ограниченном количестве, так что осмотр затягивается на неделю-две.

Весь этот процесс, благодаря малочисленности кадров, уменьшенной ещё часто некомплектом и болезнями, для части настолько чувствителен и труден, что она (часть), естественно, старается прибегать к нему как можно реже. Оружие ржавеет.

Второй момент, когда оружие выдается на руки для занятий во время сборов, даёт громаднейший процент неисправного оружия. Здесь и сбитые мушки, и погнутые штыки, погнутые прицельные рамки, побитые ложи, ржавчина, песок, а часто и более серьёзные повреждения как винтовок, так и пулемётов.

Характер повреждений позволяет искать причину их только в одном,– в слабом надзоре со стороны комсостава. Причину же этого недостаточного надзора я вижу в характере работы комсостава в терчастях во время сборов переменного состава. За короткий промежуток времени сборов ни одна минута не должна пропасть даром. Каждая работа, каждое занятие должно быть продумано и проведено с наибольшей пользой. Комсостав знает это и работает с напряжением всей своей энергии, всего интереса к делу. И только при таком полном напряжении всей этой громадной нервной силы и возможен успех обучения переменного состава в установленные сроки.

А так как при всякой спешной и трудной работе на первый план выдвигается то, что кажется всего важнее, то максимум энергии комсостава расходуется на обучение, на усвоение новых строев, на стрельбу и т.д. Надзор за сбережением оружия отходит на второй план: для него не хватает ни времени, ни энергии.

Третий момент, когда оружие находится частью на складе, частью в районах, близок первым двум, но ещё более богат количеством неисправного оружия, так как причины, вызывающие неисправность, в данном случае усугубляются: чистка на складах затрудняется [15об (28)] уходом большей части красноармейцев кадра по районам, а в районах причины порчи оружия увеличиваются плохими условиями хранения, перевозкой на тряских телегах за 20-30 вёрст на пункты обучения и пр. Чистка оружия по вечерам после занятий производится постольку-поскольку есть керосин, есть свет, – оружие чистится. Нет этого, – чистка откладывается. Трудно перечислить все причины, роковым образом влияющие на оружие. Факт роста неисправностей в указанные периоды жизни терчастей на лицо, и на него следует обратить немедленно же самое серьезное внимание.

Что же нужно сделать?

Прежде всего необходимо обставить полковые оружейные мастерския так, чтобы они могли удовлетворять предъявляемым к ним требованиям. Для этого нужно снабдить их инструментом – лучше всего натурой, так как сам по себе отпуск средств на приобретение инструмента ещё не гарантирует приобретения такового.

Дальше – вопрос о штатах. При указанных штатах кадра терчастей, – полковая оружейная мастерская является почти всегда единственной механической мастерской части. В ней сосредоточены все технические её силы: лучшие слесаря, кузнецы, столяры. На ответственности завхоза находится не только оружие, но и обоз, и хлебопекарня, и водопровод, и электрическое освещение, и много других вещей, нуждающихся постоянно во внимании слесарей. Прижатый обстоятельствами завхоз, естественно, не может устоять перед искушением использовать оружейную мастерскую не по прямому назначению. В результате технический персонал оружейных мастерских отрывается от ремонта оружия для ремонта водопровода, для ремонта парового отопления, умывальников, котелков. Заворужием пишет рапорта завхозу о возврате слесарей, завхоз прячет бумажки «под сукно», потом слесаря возвращаются, через три дня опять берутся и т. д.

Может ли командир полка уследить за этим? Может, но далеко не всегда.

Освобождение заворужием из подчинения завхозу гораздо решительнее положит предел невольным поползновениям завхоза.

Но этим вопрос не исчерпывается. При существующих штатах кадра терполков выделение нужного штата оружмастерских может быть произведено лишь за счет хозкоманды полка, и положение завхоза при этом становится действительно критическим: у него фактически в хоз. команде не останется нужных ему технических сил. Самым правильным выходом из положения был бы перевод части технического персонала оружмастерских из переменного состава в кадр. Этот вывод логически напрашивается в терчастях. Желательна при этом большая квалификация технических работников оружмастерской, а этот вопрос связан с повышением их тарификации…

Не малую роль в вопросе порчи оружия играет не вполне удовлетворительное знакомство комсостава с условиями сбережения оружия. При каких условиях оружие признаётся «Наставлением» негодным к бою, когда оно относится к той или другой категории, – могут об'яснить далеко не все. Из актов об осмотре оружия, составленных полковыми комиссиями из комсостава части, видно, что названия запасных частей не только пулеметов, но даже винтовок, жестоко путаются.

Не так давно я видел акт, подписанный командиром роты, в котором говорится об утере при перевозке винтовок ствольной коробки. Что подразумевалось под «ствольной коробкой», – я не знаю, но уверен, что утеряна была не ствольная коробка, отделить которую от ствола можно только на хорошо оборудованном заводе. Поднятие познаний комсостава в деле сбережения оружия, – задача громадной важности. Раз'яснение всей важности её, привлечение внимания комсостава к сбережению оружия – должно стать ближайшей заботой командиров частей. Кстати сказать, надо в корне изжить частенько наблюдаемое недопустимое отношение комсостава к оружию, поступающему в части не новым и требующему поэтому особенных забот: его [16 (29)] комсостав, а следовательно и красноармейский состав относится к нему часто пренебрежительно, без любви, – за старым оружием, мол, и ухаживать не стоит…

Суммируя всё сказанное, прихожу к следующим конкретным выводам.

1. В тер дивизиях такие части, как полки, должны состоять из скромных строевых кадров и больших, хорошо организованных оружейных мастерских.

2. Мастерския должны быть укомплектованы кадровым составом, примерно, так: 1 оружейный мастер не ниже 15 разряда, 2 оружейных подмастерья 10 разряда, 2 слесаря 8-го разряда, 1 столяр 8-го разряда, 1 оружейный каптенармус 6-го разряда и 1 переписчик 4-го разряда.

3. Оружейные мастерския должны быть снабжены всеми необходимыми инструментами, лекалами, материалами и запасными частями к винтовкам, пулемётам, ружпулемётам и револьверам.

4. Помещение для оружмастерских должно быть выделено светлое, сухое, просторное, оно должно быть оборудовано: а) двумя пирамидами, по 25 гнёзд каждая, для неисправных винтовок, б) рабочим столом оружмастера для осмотра винтовок, в) слесарным верстаком на одного рабочего, для поверки подачи патронов выбрасывателя, боевой личинки и замены её, г) слесарным верстаком на 2-х рабочих для подпиловки прицела по лекалу №7 и замены прицельных рамок, е) слесарным верстаком на 1 рабочего для исправления штыков, шомполов и ложевых колец, ж) столярным верстаком на одного рабочего для исправления лож и в) двумя пирамидами по 25 гнезд каждая, для винтовок, вышедших из ремонта.

5. Заворужием полка, являясь лицом со специальными познаниями, со специальной технической подготовкой должен не только определять степень годности оружия и исправлять его, но должен предлагать способы и меры к наилучшему его сбережению, следить за их проведением и требовать их проведения.

6. Заворужием должен быть не ниже 13-го разряда.

7. Увеличить часы в программах занятий с комсоставом на подробное изучение материальной части винтовки и пулемёта, чистку, сбережение, хранение в казармах, при передвижении и перевозках; на осмотр в собранном и разобранном виде и на изучение случаев неисправного действия винтовок.

8. Кредит на ремонт оружия по смете ГАУ для тердивизий должен быть увеличен.

В заключение скажу: больше внимания к своему оружию, т.т. пехотинцы, больше любви к нему!

Варен.[16об (30)]

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.519.Л.15об-16об.

Стрелковое дело и комсостав.

(Учить других может только тот, кто сам умеет)
(Из приказа Главкома).

Значение пехотного огня в современном бою достаточно освещено и периодической литературой и официальными пособиями по тактике, и нет надобности вопрос этот вновь разбирать. Сегодня к нему мы походим как к общепризнанному факту.

Для каждого ясно, что огневая мощь пехоты отнюдь не достигается одним насыщением её огневыми средствами. Как бы ни были совершенны машины, каково бы ни было их количество, но если они попадут в неумелые руки, то безусловно окажутся смешными, никому не страшными, «самопалами».

А коли так, мы должны стремиться достигнуть мощности огня нашей пехоты. Мощность огня зависит 1) от количества огневых средств и их свойств и 2) от действительности огня.

Первое обстоятельство разрешается соответственно ресурсам. Разрешение второго зависит от нас самих, от комсостава.

Попробуем же разобраться, в чём в данном случае, заключается задача командиров.

Действительность огня зависит от меткости, скорострельности и умения правильного применения оружия в бою, а эти условия в свою очередь зависят от знаний и умения и являются результатом выучки мирного время. Вот эта-то выучка бойцов и является основной задачей данного момента.

Как же её выполнить?

В этом отношении приказ Главкома №44 дает нам исчерпывающие указания, в нём мы находим и методические, и организационные указания.

Казалось бы, все данныя для постановки на должную высоту стрелкового дела – налицо, и дальше остается лишь шагать и шагать, но действительность говорит несколько иное.

Ведь «учить других может только тот, кто сам умеет». Является вопрос – умеем ли мы (комсостав)? Как ни грустно, но должно сознаться, что пока [20 (37)] ещё далеко не все. Если с вопросом о знаниях мы более или менее успешно справляемся, то нельзя того же сказать про умение и едва ли не хуже всего в этом направлении дело обстоит именно с стрелковой подготовкой.

Стрелковое дело – дело тонкое. Хорошо стрелять можно лишь при многих данных – нужно многое знать и уметь. Плохая стрельба является результатом неумения, т.е. отсутствия правильных сноровок. А отсюда следует, что раз командир плохо стреляет, – следовательно он не умеет стрелять, нет у него необходимых сноровок.

Спрашивается, может ли такой командир выработать из своих подчиненных хороших стрелков? – Сомнительно…

Это положение должно быть особенно ясно для нас теперь, когда вопрос о методе обучения стал настолько ясным, что сторонников "разговорного" метода, при котором ещё можно отыграться на одном «знании» почти не видно. Но с другой стороны до очевидности ясно, что не умея делать, невозможно вести обучение практически, т.е. другими словами, надо отказаться от надежды на продуктивность обучения. А поскольку это так, комсостав должен, естественно, обратиться в сторону самоусовершенствования, должен приобрести данныя, обеспечивающие продуктивность, работы, должен приобрести умение, т.е. стать отличным стрелком.

Конечно это – не единственная задача для комсостава, но в данный момент безусловно первая, т.к. без её разрешения стрелковое дело у нас с мёртвой точки не сдвинется.

Где же пути, ведущие к разрешению этой задачи?

Нам они представляются отнюдь не в одном добросовестном проведении в жизнь намеченного плана занятий с комсоставом, – этого недостаточно.

Стрелковое дело требует упорной, обязательно систематической и при том ежедневной работы над собой, чего командиру намеченный план не даёт.

Путём обязательных занятий безусловно будут укреплены знания материальной части, теории стрельбы, получит здесь командир и некоторые методические указания, но сноровок, приобретаемых практикой, здесь, в очень короткие часы, ему не получить. Таким путем командира стрелком отличным не сделать.

Каждому командиру необходимо очень и очень задуматься над выдвигаемым приказом Главкома №44 вопросом о «личной практике», о «заинтересованности». Стрелковые комитеты, ВНО и начальники всех степеней должны стремиться всемерно этот интерес в комсоставе поднять, широко использовав для этого меры, рекомендуемые указанным приказом.

Раз в комсоставе пробудится интерес, можно с уверенностью сказать – остальное само прийдет.

Конкретные меры, – закрепление за каждым командиром исправной, хорошего боя, винтовки, уделения особого внимания командирской стрельбе, а не проведение её между прочим и введение специальных состязательных командирских стрельб с соответствующим премированием, – не замедлят дать хорошие результаты. Коли явится интерес к делу, то оно уж не захиреет, а будет совершенствоваться.

Важно сейчас лишь раскачаться и начать, а дальше дело само пойдет. Пример единичных командиров-стрелков, в руках которых часть называться должна стрелковой по праву, а не к силу приказа, – должен заразить и заразит остальных т.т. командиров.

В. А-в. [20об (38)]

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.519.Л.20-20об.

Больше внимания оружию
Tags: история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments