Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Categories:

Анна Мошкова о походе на Дутова

ВОСПОМИНАНИЯ О ПОХОДЕ НА ДУТОВСКИЙ ФРОНТ

К октябрьской революция 1917 года, в Невьянском заводе (в Оружейном заводе) существовала довольно крепкая партийная организация большевиков – количеством 60-70 человек. Я вступила в члены партии этой организации в апреле месяце 1917 года, № партбилета 35.

Парторганизация провела большую работу в заводе – по раз"яснению цели и задачи Советской власти – и пользовалась авторитетом среди рабочих. Руководителями парторганизации были: Бугуславский, Ляхов, Долгих Иван Афанасьевич, Коскович, Матвеев, Кондраков, Кузнецов Терентий, Суханов, Карташёв, Кожевников Иван Федорович и другие. Большинство из этих товарищей имели большой стаж подпольной партийной работы.

Между прочим в Невьянском заводе существовала и эсеровская организация во главе со Степановым, которая к октябрьской революции была на голову разбита большевиками. Эсеровская организация раскололась на две – выделились левые эсеры, которые по некоторым вопросам поддерживали большевиков.

С открытием Дутовского фронта парторганизация большевиков поручила т. Кондракову Акентию организовать добровольческий отряд красной гвардии для отправки на Дутовский фронт.

В отряд полностью вступили члены партии и ряд беспартийных рабочих, численностью отряд был 120 чел. Организатор был т. Кондраков.

На Калатинском заводе была также проведена работа Кондраковым и Долгих Василием по вербовке в отряд добровольцев, где вступило примерно 40-60 человек рабочих Медеплавительного завода. Организованный отряд из рабочих не имел военной подготовки – в части владения оружием. Фронтовиков в отряде было очень мало.

В отряде с первого дня приступили изучать военное дело – по изучению приёмов с винтовкой и строевому делу. [190]

Я вступила в отряд одна из женщин, и мне поручено было организовать санитарный отряд. Мною было проведено собрание в Невьянской больнице по привлечению в отряд добровольцев из медицинских работников, но желающих пойти с отрядом на фронт никого не оказалось. После нескольких дней моей работы в отряде вступила в отряд ещё одна девушка Катя Быкова – дочь одного красногвардейца. Дней через пять Невьянский отряд после своей организации прибыл в г. (Екатеринбург) Свердловск, где и был влит в 4-ю Уральскую дружину т. Толмачёва. Я помню, в этой дружине были, кроме нас, Алапаевские, Кушвинские и часть Визовских рабочих. Большинство Визовских рабочих было во 2 дружине т. Малышева.

Кипела боевая работа дружинников по изучению военного дела, целыми днями – маршировали и изучали винтовку, пулемёты, наган. Почти каждый день были митинги и собрания. Обсуждались военно-политические и хозяйственные вопросы. Как например, какое количество имеется оружия, патронов, пулемётов, обмундирования и снабжения. Какое положение на фронтах? Какой нам нужно создать дисциплинарный суд: дружинный из председателей от сотен, или судить будет коллегия полит-комиссаров и командиров дружин. Насколько я помню, решили первое и ряд других вопросов. Политвоспитательную работу в дружине проводили полит-комиссары и командиры. Я помню, т. Толмачев выступал о дисциплине в отряде, о международном положении, о роли красногвардейского отряда, о роли самого бойца красногвардейца, о фронтах гражданской войны и т.д.

Эта работа проводилась не только в Свердловске, но и по пути, где приходилось останавливаться дружине. При дружине был организован санитарный отряд из 9 человек. Во главе отряда стоял бывший ротный фельдшер из Алапаевского завода – фамилии не помню – большевик. Этот отряд был разбит по принципу разделений по сотням дружины – в каждой сотне была сестра и санитар, а фельдшер за врача по всей дружине. Я была старшей сестрой. Наш отряд тоже самое проходил практику обучения [190об] санитарного дела. Каждый день (в течение 3-х недель) мы ходили в больницы, учились делать перевязки. Следует отметить, что отношение врачей медецинского персонала к нам и к нашему обучению было весьма не лойяльно и прямо враждебно – первое время даже не допускали нас в хирургические кабинеты – и только после вмешательства соответствующих организаций г. Свердловска (парт.организация и ЧКА) была организована систематическая с нами работа, как например, проводились беседы, допускались к перевязкам, в хирургические отделения и т. д.

Наш санитарный отряд был снабжён Медикаментами и перевязочными средствами в очень ограниченном количестве и ассортименте. Первым видом лечения были хина, аспирин, валерианка, иод, спирт.

В феврале наш отряд был отправлен в г. Троицк, откуда направился на Верхнеуральск походным порядком по тракту через казацкие станицы. По пути на Верхнеуральск больших боев не было, за исключением мелких перестрелок разведовательных команд. Но характерно было то, что приходя в казацкую станицу на местах не было советов, а так же и дутовских станичных управлений, казачество как будто-бы ждёт тех или других. Зажиточное казачество было на стороне Дутова, а кулачество уже ушло с Дутовым. Бедняцкая часть казачества сочувствовала нам и была целиком на стороне советов. В станицах казачество деференцировалось. Приходя отряд в станицу, где не было власти, большевики проводили работу, организовали советы из бедняцких элементов, закреплять же работу на местах не удавалось. Беднейшая часть казачества не только встречала нас приветливо, но были случаи, вступали в наш отряд добровольцами. Я помню, из станицы Парижская из населения ходила разведка и сообщили очень подробные сведения о Дутове.

Не дойдя 40 верст до Верхне-Уральска, было получено распоряжение вернуться дружинам в г. Троицк, т.к. в тылу Дутовские [191] банды восстали и наступали на г. Троицк. В это время Верхне-Уральск был взят отрядами Южно-Уральскими рабочими. Дутов на этом участке отступил в степи. На обратном пути мы выдержали несколько боев. Казацкие банды всё время наседали и с флангов и с тылу. Поход наш был очень быстрый. Шли мы днём и ночью. Пришли в станицу "Берлинская" в 3 часа ночи, усталые прошли 50 километров без отдыха в перемежку с мелкими боями. Был страшный холод. Предполагали отдых, не успели распречь подводы, – нас начала обстреливать казацкая разведка. Отдых был сорван. Наши бойцы, несмотря на усталость, развернулись в цепь вокруг станицы, разведка была отбита. Отдан был приказ в Берлинске не делать остановки на отдых, а итти до Троицка.

При выходе дружин из станицы Берлинск, наша 4-я дружина была арриергардом, прикрывая части от наседающего противника, 2-я дружина Малышева шла в авангарде. Не отошли от станицы метров 200-250, с крыш домов по нам открыли пулемётный огонь. Счастье наше было в том, что прицел был взят из пулемётов высоко, пули летели над головами. Подана команда по дружинам в цепь – был открыт пулемётный ответный огонь, батарея послала несколько штук снарядов по станице – стрельба с их стороны прекратилась. Наши дружины двигались развёрнутым фронтом, зная, что нас ожидает подготовленный бой – у Чёрной речки. Большой бой был под "Чёрной" речкой. Казацкие отряды сделали засаду на правом берегу реки и повели обстрел с 3 сторон наших отрядов, с правого и левого фланга казацкая кавалерия производила аттаки, благодаря своевременному развёрнутому фронту, аттаки были отбиты.

Наша артиллерия повела усиленный обстрел по неприятельской засаде. Метким попадением по неприятельским частям произвели панику среди казаков. Наши дружины пошли в атаку с криками: "Ура". Казаки не выдержали, бежали, оставив много убитых и раненых. Следует отметить героизм со стороны наших бойцов красногвардейцев. [191об]

Несмотря на усталость (сделаны большие переходы), красногвардейцы рвались в бой, не останавливаясь ни перед какими трудностями, отбивая аттаки и переходя в контр-аттаку.

Наши рабочие дружины в этом бою приняли первое боевое крещение с вымуштрованными казацкими отрядами. Необходимо также отметить в этом бою работу санитарного отряда, сёстры и санитары шли в своих сотнях и отделениях, давая первую помощь раненым красногвардейцам, тут-же делая перевязки. Тяжело раненых и убитых несли на себе к обозу. После боя не оставили ни одного раненого и убитого.

Остальной путь до г. Троицка был очень тяжёлый, хотя боёв и не было, но дружины шли развёрнутым фронтом по снегам.

В г. Троицк прибыли в 12 часов ночи. Встреча нам была не подготовлена – некуда было разместить усталых бойцов, на улице мы пробыли не меньше 2 часов.

Когда привезли больных и раненых в больницу, некому было принять раненых и оказать помощь, врачей в больнице не было, сбежали – были приняты меры к розыску врачей на домах, но некоторые из них бежали к Дутову. С нами работал один врач. Во время побега к Дутову пойманы были два врача и расстреляны. Наутро из Челябинска прибыли к нам на помощь рабочие отряды – была радостная встреча.

Пробыв в г. Троицке сутки, наш отряд выехал под Кустанай на ликвидацию восстания прилегающих местностей к ж.д. пути. Путь казаками был разобран. Здесь большого боя не было. Путь был освобождён и нашими исправлен и взятые в плен казаки. Жертв с нашей стороны не было.

Через 2 дня по прибытии в г. Троицк я сопровождала раненых и больных в г. Свердловск. Везли так-же и гробы с убитыми. На ст. Свердловск была устроена нам встреча. Встреча была многолюдна – из рабочих Свердловских заводов. Играл оркестр. Когда привезли раненых и больных (а больных было много, т.к. простудились [192] во время походов) в Свердловскую больницу, здесь встреча врачей мало отличалась от Троицких. Раненых и больных положили в сифилисное отделение. В это время я сама очень заболела крупозным воспалением лёгких и лежала рядом с сифилитиками несколько дней.

После ликвидации восстаний в Троицке в конце апреля прибыли все дружины в Свердловск и распущены по заводам.

Я с Невьянскими больными переехала в Невьянскую больницу, где и пролежала до июня месяца.

Участница похода Анна (Долгих) МОШКОВА

10/IX/32 г. [192об]

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.185.Л.190-192об.

Tags: Дутовщина, гражданская война, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments