Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Category:

Пётр Петрович Никитин. ИСТОРИЯ МОЕЙ ЖИЗНИ. Ч.2

Часть 1


ЧАСТЬ 4-я

"ВОССТАНИЕ ЧЕХОСЛОВАЦКОГО КОРПУСА И ОРГАНИЗАЦИЯ КРАСНОЙ АРМИИ"

Над молодой СОВЕТСКОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ СОВЕТОВ нависла большая грозовая туча, это скопление контр-революционных чехословацких сил в Сибири и предместьях седого Урала. Восстание чехословацкого корпуса для нас в Верещагино, безусловно, было не в коем случае неожиданным. Телеграмма о восстании чехословацкого корпуса не в коем случае не внесла ни малейшей паники, у всех была одна мысль, как бы скорее сразиться с этими продажными наймитами мирового капитала.

28 же мая наскоро был сформирован небольшой отряд из рабочих, и немедленно отряд двинулся на позиции под ст. Аргаяш, что находится от Кыштыма в 30-35 Километрах.

Штаб был раскинут в деревне Аязгулово. [38об]

Первые ласточки, прибывшие на фронт, это отряды: тов. Васько-Богдан, Мрачковского, Жебенёва. Полки: 7й Уральский, Костромской, Екатеринбургский и т.д. Ознакомившись с расположением сил противника, его количественности, нам предстояло двинутся на такового. Чехи и казако-башкиры заняли господствующие высоты в татарской деревне Айязгулово, наблюдательным пунктом служила мечеть. Наша задача была таковой: мы во чтобы ни стало должны выбить противника из занимаемой им указанной деревни, тем лишить его важнейшего стратегического пункта. Первая попытка наша не увенчалась успехом, нам пришлось отступить, но всё же выполнить задачу выбития из этой деревни мы поставили во что бы то ни стало. Я, руководя своими частями, повёл наступление на деревню Айязгулово около 2-х часов дня, и чехи были выбиты со своих позиций. Было взято несколько человек пленных чехов и казаков, но наши Красные Мадьяры в куски изрубили пленных чехов, так как между ими существовала особая вражда, казаки тоже пошли в расход.

Деревня Айязгулово находилась в наших руках не значительное время, противник, подтянув резервы, произвёл фланговый обход и повёл наступление густыми цепями. Принимая во внимание значительное превосходство сил противника, мы вынуждены были по стратегическим соображениям отступить на выгодные позиции. Левее нашего боевого участка, в деревне Булатово находилась часть моего отряда под командой одного товарища не военного, и он потом попал в тяжолое положение, именно: Когда противник потеснил нас, захватил важнейший переходный участок, это Селезни-Булатово, создал явную угрозу быть пленённым отряду, находящемуся в Булатово. Благодаря находчивости бывшего священника, потом добровольно вступившего в отряд, он, учитывая создавшееся положение, немедленно принял командование растерявшимся отрядом, благополучно [39] его вывел, потеряв лиш одного убитым. Донесение, которое мне делал этот бывший священнослужитель культа тов. ФРОЛОВ, заключало в себе следующее: "Я, приняв командование вследствии создавшегося положения, вывел часть этого отряда и, когда натолкнулся на заставу противника, услышал КРИК: "ПРОПУСК", немедленно я скомандовал: "В ЦЕПЬ" и повёл обстрел белогвардейской заставы, прорвался на линию железной дороги, оставив одного убитого товарища, благополучно вышел в город КЫШТЫМ". Этот тов. ФРОЛОВ как будто в империалистическую войну был полковым священником, окончил духовную семинарию – он порвал с поповским дурманом не на словах, а на деле, и оказал большую услугу погибающему отряду. Тов. ФРОЛОВ в данный момент как будто работает в управлении Пермских ж/д.

После нашего отступления на линию МАУК-КАСЛИ-КУЯШ мы заняли позиции, бои здесь имели переменный успех с той и другой стороны. Ценою великих жертв противник пробовал брать завод КАСЛИ, но попытки его дорого ему стоили, много жертв пало особенно под Мауком и Каслями.

Последние боевые операции против колчаковских банд я провёл на участке Уфалей-Свердловск, откуда выехал для вторичного формирования добровольческого отряда Красной Армии в районе Верещагино, получив на это соответствующее разрешение.

В Июле 1918 года я приступил к формированию второго добровольческого отряда, который был сформирован исключительно из рабочих: Депо Верещагино, Путиловского, завода, Очерского завода, сёл: Вознесенского, Бубинского. Усть-Бубинского и т.д., часть Латышей. Поступление Ленинградцев и латышей оказалось очень блестящим эффектом вообще на формирование. Они в этот момент прибыли в Верещагино за поисками хлеба, узнав о том, [39об] что в Верещагино происходит формирование добровольческого отряда Красной Армии, без всяких колебаний вступили в формируемый мной отряд. Семьи их, нуждающиеся в продовольствии, были немедленно удовлетворены, и кто пожелал, то были устроены в Верещагино на квартирах, это было проделано с семьями тов: Бр. Яковлевых, Пановых и ряд других, вступивших в отряд.

Штаб формируемого отряда находился при станции Верещагино, помещался он в вагоне "МИКС", ближайшим помощников моим был тов. СЕНЮШИН, впоследствии был убит в городе Свердловске.

Из прилегающих районов к Верещагино прибыли товарищи, из Очерского завода, помню по фамилии тов. Чазовых, Некрасовых. Из сёл: Бубинского и Усть-Бубинского тов.: Поносовы, несколько человек, ребята молодые, здоровые, которые действительно оказались образцовыми Красноармейцами. Обмундирование, вооружение, всё было новенькое, так что бойцы по внешнему виду представляли из себя как бы какую либо образцовую учебную команду. Расположился отряд в раскинутом за Верещагино лагере, всё имело действительно лагерный вид. Вежливость среди бойцов, порядок, подчиняемость старшим товарищам командирам была на высоте своего положения. В 1-х числах Августа, когда отряд был сформирован, он имел в себе 360 человек, он готовился к отправке на позиции. Был устроен торжественный вечер с широким участием пролетарской общественности, рабочими и крестьянами района. Из соседних сёл с"ехалось масса крестьян, провожать своих родственников, уезжавших на защиту СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ОТЕЧЕСТВА. На торжественном вечере бойцы как бы приняли боевую присягу, верой и честно служить Рабоче-Крестьянскому Правительству.

Настал день отправки. Вокзал украшен Революционной Алюминацией, собрались тысячи рабочих и крестьян проводить на поля сражений своих верных сынов. Маршевый Эшалон увешаный лентами, Знамёнами, представлял из себя особую красоту. После ряда приветствий, выступлений [40] мной была произнесена прощальная реч, окончившаяся Клятвой от имени добровольческого отряда, в том, что бойцы заверяют рабочих и Крестьян Верещагино, что они до тех пор не положат выданого им оружия, пока не падут смертью в битвах, а также не разобьют на голову и выдерут с корнем восставшую мировую контр-революцию. КЛЯТВА БЫЛА НЕ ГОЛОСЛОВНА, ВРАГ ОКАЗАЛСЯ НЕ НА СЛОВАХ, А НА ДЕЛЕ НА ГОЛОВУ РАЗБИТ И ВОССТАНОВЛЕН МИРНЫЙ ТРУД,

После окончившихся церемоний был мной отдан приказ по войскам, чтоб занимали бойцы вагоны, что было немедленно, образцово проделано. ЗВОНКИ. ПРОТЯЖНЫЙ ГУЛ ПАРОВОЗНОГО СВИСТКА – БЫЛО ПОСЛЕДНИМ ПРОЩАЛЬНЫМ ПРИВЕТОМ, УХОДЯЩЕГО НА ФРОНТ ОТРЯДА. Слышно было за семафором, как неслись звуки МАРША. ВЕРЕЩАГИНО ОСТАЛОСЬ ПОЗАДИ.

Перед отправкой была дана срочная телеграмма в Пермь, в адрес Комвойсками. В Пермь прибыли в образцовом порядка, никаких нарушений со стороны бойцов. Нам была устроена торжественная встреча Воинскими частями и Общественностью.

План прямого следования на фронт. в Перми был изменён. Отряд произвёл высадку на ст. ПЕРМЬ II и походным порядком направился на расквартирование. Место, где должен остановится отряд, это бывшее епархиальное училище.

Впоследствии к моему отряду присоединили добровольцев из Нижнего Тагила человек 50, Отряд завода Мотовилихи человек 60, затем отряд из Вятки также такого количества, что впоследствии составило значительную часть Пермского гарнизона.

Сам я вместе с тов. Макаровым, в то время командовавшим пермскими частями, с частью отряда выехал на фронт до ст. Шаля Перм.ж/д., где около Сылвенского завода приняли жесточайший из того периода бой. Сылва неоднократно переходила рук в руки, противник нёс колоссальнейшие потери, так, с такими боями мы медленно отступали, под превосходящими нас силами противника. [40об]

Позднее к нам на соединение вышел отряд тов. Блюхера, который совершил колосальнейший переход по северному Уралу. Часть моего отряда была брошена на ликвидацию Цепичевского восстания, что 45 километров от линии ж/д.

Часть товарищей, в том числе тов. Чазов Николай из Очера, так и перешла в распоряжение другой части, кажется Особого отдела. Верещагинцы, которые уехали со мной, почти все находились всё время в боях.

Поздней осенью наша малочисленная Красная Армия с жестокими боями вела медленное отступление на Кунгур-Пермском направлении. В это же время противник вёл усиленное наступление и на горнозаводском участке, линии: Бисер-Чусовая, туда также была брошена часть моего отряда.

Противник, заняв Кунгур, решил перерезать наши части на Чусовском участке и бросил свои громадные силе по Западно-Уральской ж/д., задаваясь целью нанести удар Красной Армии около ст. Калино, что несколько километров от ст. Чусовская Пермской ж/д. Геройское сопротивление на этом участке противнику оказали знаменитые Мадьярские части, руководимые тов. БЕЛА-КУН. Противник после великих усилий и потерь достиг Лысьвенского завода и направлял свой удар на Калино, но в этот момент наши части своевременно вышли на линию Чусовских Городков.

Ценою великих потерь противник продвигался и на этом направлении. Наши части, находящиеся далеко от Перми оказались в самом затруднительном положении, именно: Как известно, что в Мотовилихе контр-революция сумела поднять восстание, а 24 декабря 1913 года, в ноч на 25 пала и Пермь. Много тов. Красноармейцев попало в плен, так как оказалось, что часть командного состава, особенно в стоявшем тогда в красных казармах 1-го Советского полка, оказалась нам явно изменчива. Так пала Пермь, мы понесли тяжёлый удар. [41]

От места, где восстали чехословаки, до Перми расстояние будет около 600 километров, время пройденого с боями этого пути выражалось ровно 6 месяцев. Наши доблестные Верные сыны Социалистического Отечества каждую пядь земли поливали кровью, но окончательно без каких либо колебаний были уверены в скорой решительной победе. Наши силы таяли, много пало смертью ГЕРОЕВ БОЙЦОВ. Что же было в это время в лагере наших врагов, там служили молебны, по случаю победы над красными, ходили с крестными ходами, лобызались, устраивали разные шествия. Силы наших врагов ежедневно пополнялись за счот разных гимназистов, купеческих и барских сынков, создавались полки смерти, иисусовы полки и т.д. К ним прибыли заграничные маршалы, генералы, адмиралы и вообще мировой генералитет для участия в окончательной ликвидации красных. Газеты, выпускаемые белыми, писали: "С падением Перми окончательно ликвидирован фронт", что Красные почти все потоплены в Каме. В церквах служили молебны о победе белых над красными. Моя мать-старуха мне рассказала, она религиозная, говорит: "Я, и ещо мать моего знакомого, друга детства тов. Ляпцева были в церкви, там, говорит, шол молебен о здравии белой армии, подавали поминание попу, а мы, говорит, подавали поминание тоже этому же попу, но о здравии КРАСНЫХ". Кого уже бог послушал, как видно наших старух…

Генералы-Маршалы: Жанен, Массарик, Гайда, Сыровой и ряд других помощников адмирала Колчака уже мечтали скоро быть в Вятке, а там соединиться с англичанами, которые шли с Архангельска, и двинуться на Москву.

Действительно, для нашего особенно боевого участка на линии 29 и 30 дивизий создалось чрезвычайно тяжолое положение, но этим эти дивизии и доблестны, что они из этого положения вышли. Как это проделал высший командный состав, [41об] конечно, благодаря умелого, правильного распределения сил, оставшихся верными в такой тяжолый, напряжёный момент.

Очень много в Перми попало в плен, очень много просто остались, благодаря наличия малодушия, неуверенности в нашей победе, эти малодушники сдались на милость победителя. Конечно, милость для них со стороны колчаковцев была такова: Кого расстреляли, повешали, запороли, изрубили или бросили в тюрьмы. Тот, кто соглашался искуплять свою вину перед нашими врагами, того колчаковцы посылали это доказать на фронтах, это делали тот, кто был трус и неуверен в победе КРАСНОЙ АРМИИ.

Новые наши позиции после сдачи нами Перми наметились около села МЫСЫ, а потом ст. Шабуничи. Части наши настолько были разбиты, что в ротах оставалось по несколько десятков бойцов. Была произведена полнейшая перестройка оставшихся у нас частей.

Прежде всего был создан желбат. Железнодорожники того периода, нужно отметить, были настроены чрезвычайно враждебно к Красной Армии и часто приносили сознательный вред, особенно в момент, когда в Перми создалось тяжолое положение, то паровозы масса были пожжоны, не было воды в тендерах, паровозы старались свалить на стрелках и вообще, нужно сказать, что в Перми железнодорожники проявили явное контр-революционное явление. Сознательно ли это или нет, но факт остался не изгладим.

Не лучше показала себя Мотовилиха, которая когда то считалась Революционным очагом, и она в трудную для нас минуту ударила нас ножом в спину, этого в истории не изгладиш.

После реорганизации Армии, я был назначен на Броне-Машины, руководил броневиками, нанося зачастую сокрушительные удары, имея на это значительный опыт. Позиции, которые мы долго занимали, это около ст. Чайковской и Григорьевской. [42]

На этом участке разыгрались впоследствии жестокие бои.
Пока наши враги демонстрировали свои успехи, пока ширились со своими парадами, мы в это время готовились к новым и решительным боям. Наше предположение было таково, что мы дальше этих позиций не отступим ни на один шаг, но потом положение изменилось. Наша соседняя 30 дивизия не могла ликвидировать произведёного на ея участке прорыва, и мы потом вынуждены по стратегическим соображениям отступить на довольно значительное расстояние.

Каснёмся боев на Участке Чайковская-Григорьевская. На моём участке стояли следующие полки: Красные Орлы, 256 Рабоче-Крестьянский, Камышловский, 17 Ленинградский, Василеостровский, Волынский, Китайский и т.д. Все они особо испытаные, опытные в боях полки. Памятен эпизод одного большого боя. Дело было в первых числах марта 1919 года, противник повёл наступление при сильном артилерийском огне своих броневиков, а также полевых батарей. Наступление он повёл на участке, занимаемом полком Красных Орлов. Положение создалось очень трудное, так как противник несколько потеснил наши части и стал задаваться целью совершить прорыв. Наш броневик №5 был двинут на помоч нашим Красным Орлам, но впоследствии оказался накренён обстрелом неприятельских орудий, положение было чрезвычайно тяжолое. В этот момент я находился у аппарата "МОРЗЕ", мне сообщили о происшедшем. Я, учитывая создавшееся положение, решил немедленно выручить полусваленый броневик и, забравшись на паровоз №76 Дэкапод, направился на выручку погибающему броневику. Следовал я всё время под ожесточайшем артиллерийском огне противника и имел два варианта: или спасу, или погибну. Иного предположения у меня не было. ТАК ГОВОРИТ ОБ МОЁМ ПОСТУПКЕ ПРИКАЗ №94 ПО РЕВВОЕНСОВЕТУ С.С.С.Р. Когда я, удачно [42об] добрался до накренившегося броневика, имея на подножке сцепчика, которого посадил под страхом расстрела за малейшее его колебание и не исполнение моих распоряжении. Под"ехав к самому броневику, я слез с паровоза, осмотрел состояние такового, то определил, что вывести броневик хотя и трудно, но необходимо попробовать. Положение его было такое: Тележка-Колёса, что в сторону противника, находились на шпалах, т.е. свалены с рельс, передняя же часть, что в мою сторону, Тележка-Оси стоят на рельсах. После этого я сцепил Дэкапод с броневиком, потом ползком пробрался на паровоз, перевёл Сервомотор, натянул сцепление, открыл пар. При первых оборотах паровоз дал буксование, потом хорошо и плавно взял с места. Батареи противника открыли ураганный огонь, но их лакомая жертва удалялась от них всё дальше и дальше. В таком положении я тащил бронемашину так километра 2, потом слез с паровоза, подложил под сваленые оси подкладки, и вскоре по ним поставил бронемашину на рельсы. После этого мы под моим непосредственным руководством открыли из Гаубицы 6" огонь по противнику, попадали, нет, били без наблюдателя. После этого состоялось моё поздравление со стороны ряда полков, затем от комсостава, а так же партийных организаций, как ея Верного члена, в надежде выполнявшего приказ ПАРТИИ. РЕВВОЕНСОВЕТ РЕСПУБЛИКИ ЗА ЭТО ДЕЛО НАШОЛ НУЖНЫМ НАГРАДИТЬ МЕНЯ ОРДЕНОМ КРАСНОГО ЗНАМЕНИ.

Так шли дни, дни великих неравных охваток с противником. Под ст. Григорьевская прибыла ещо броне-машина с товарищами, кажется из под Ямбурга. Они встали на позицию, я им поставил замечание, что товарищи вы встали встали с бронемашиной в ненадлежащее время и, что противник вас сможет без особых трудов, поймать на артилерийский огонь. Товарищи как бы обиделись, отвечали, что они не в первом бою, и им [43] хорошо известны все стороны каких либо недостатков. Я им ещо раз подтвердил своё опасение за их неправильный выбор им позиции, но они всё же с этого места ни на шаг не переместились. Я направился со своей машиной для отдыха, а так же выполнения некоторого ремонта. Что ж, только прошло несколько часов, получаю сообщение, что бронемашина, что вновь прибыла, потерпела неудачу, что снаряд противника попал в таковую, произошол взрыв имеющегося перокселина, динамита – до тла уничтожил машину и всю на ней находящуюся команду, как будто человек 14. Товарищи, погибшие по своей вине, были похоронены потом при ст. Верещагино. Так гибли хорошие, боеспособные, не боящиеся смерти товарищи – но безцельно, их трагическая смерть не есть смерть героя, это смерть по случаю невнимательности.

К Пасхе противник добился того, что потеснил нас под город Глазов, где мы уже окончательно укрепились и полагали с этих позиций не на шаг далее не отступать. Весенний разлив реки "ЧЕПЦА" благоприятствовал нам тем, что територия в районе Глазова на 50-60 километров находилась залита весенним разливом реки. Противник, учитывая это, бросил несметные резервы и повёл грандиозное наступление, разгорелся жесточайший бой. На моём участке находились несколько мощных бронемашин, как то: ЛЕНИН, "МСТИТЕЛЬ", ТЯЖОЛАЯ ГАУБИЦА, 48 линейная Морского типа, и ряд 3-х Дюймовых орудий – броневиков.

Первые два броневика имели при себе действующих по 16 орудий плюс ещо Зенитные по 2 орудия.

Грандиозная волна наступающего противника была встречена беглым-ураганным огнём, но противник вводил всё свежие и свежие силы. Опасаясь вывести из строя наши орудия, нам пришлось оставить Глазов и отступить на позиции несколько [43об] километров в сторону ст. ЯР. По словам пленных, а потом подтверждении этому служили данные после нашего возвращения, мы узнали, что после этого боя противник забил все свои поезда "Санитарные" ранеными из под Глазова. Несколько тысяч было таких. Наши последние позиции это участок Между Глазовом-Яром.

Наступило некоторое затишье, противник возился с ранеными, мы же готовились к решительному ГЕНЕРАЛЬНОМУ СРАЖЕНИЮ.

Настал Желанный час.

Бойцы подготовились. Орудия смазаны, пулемёты в запасе, резервы, хотя небольшие, но подошли, это подняло моральное состояние бойцов, и они ждали, когда настанет время для Генерального сражения.

В этот момент на линии Архангельск-Котлас спешили англичане, они полагали во что бы то ни стало соединиться с Колчаком и создать тогда действительно чрезвычайно большую нам угрозу, это нужно было предовратить, нужно было спешить с Решительным сражением, этот день настал.

БОЙ НАЧАЛСЯ. Получаем приказ по позициям противника бить так, что действительно земля дрожала. Так и вышло.

От рёва орудийных жерл застонала земля. Настал час расплаты. Когда все окопы были смешаны, тогда наша братва перешла в решительное наступление. Фронт был прорван, войска Колчака оказались местам в нашем кольце, была пленена их надёжная дикая дивизия, на которую Колчак надеялся с полной уверенностью. Ребята смеялись, говорили: "Ну, мы под вашим натиском отступали около 1000 километров в срок почти целого года, а вы от нас будете бежать это растояние не болыее одного или немного больше месяцев".

Так оно и вышло. В Июне мы наступали, а 14 июля вступили в Столицу Седого Урала настоящий СВЕРДЛОВСК.

После некоторых ещо попыток Колчака на Тоболе, под Омском [44] остаткам его армии был нанесён окончательный удар.

В Сибири колчаковцам не мало нанёс ударов тов. Щетинкин и ряд других партизанских отрядов.

Судьба мечтателя о троне адмирала Колчака решена правильно и безповорстно. Он и его ближайший помощник генерал Пепеляев расплатились за свои поступки, за те раны, которые он нанёс Пролетарскому СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМУ ОТЕЧЕСТВУ, Колчак и Пепеляев РАССТРЕЛЯНЫ.

Так кончилась карьера бандитов врагов пролетариата. Колчаковский фронт и Колчак ликвидирован, об этом только осталось одно воспоминание.

РАБОЧИЕ И КРЕСТЬЯНЕ ВЫПОЛНИЛИ ДОЛГ, ПОРУЧЕНЫЙ ПАРТИЕЙ ЛЕНИНА.

Ежегодно, в день наших пролетарских праздников, праздников великой победы, будем вспоминать тех, кто честно и славно погиб за рабочее дело, на могиле их будем произносить клятвы, что мы их дело, за которое они сложили свои головы, – продолжим. Перед нами ещо борьба, борьба за Мировую СОЦИАЛИСТИЧЕСКУЮ РЕСПУБЛИКУ СОВЕТОВ.

-оооОООооо-


ЧАСТЬ 5-я.

ВОССТАНОВЛЕНИЕ РАЗРУШЕНОГО

Мировая империалистическая война, за ней мировая интервенция очень и очень разрушили наше народное хозяйство. Особенно, эти интервенты, они при отступлении взрывали мосты, жгли заводы, приводили в негодность всё, что успевали. Когда Красная Армия на голову разбила эту интервенцию и дала возможность заняться мирным трудом, то на первом плане было поставлено как можно быстрым темпом восстановить немедленно самое необходимое.

Масса непосредственных виновников того разрушеного хозяйства, [44об] которое они разрушили, попало к нам, и им нужно было определять известное должное за такие их деяния.

Конечно, с такими паразитами расчоты были коротки.

После ликвидации, т.е. разбития колчаковских банд, на Урале создаются Чрезвычайные комиссии до борьбе с вредителями, т.е. Контр-Революцией. Во главе 3-х таких комиссии встаю я по назначению на это дело волей Партии. Одновременно с этим назначаюсь Членом Коллегии Революционного Трибунала сначала 3-й Армии, затем 1-й Армии и занимаю также должности Членов Коллегии ещо двух отделов Военных Трибуналов. Там безусловно вменялось в обязанности оценивать заслуги представших перед Трибуналом лиц, причинивших вред нашему Пролетарскому Государству.

По ликвидации Реввоентрибуналов Партия бросает меня на ответственные посты по руководству промышленностью. Именно: Управляющим отдельных металлургических заводов, Руководство Советских Аппаратов и Учреждений, что я выполняю по день, когда пишу свою историю моей жизни.

ПОСТАНОВЛЕНИЕМ РЕВОЛЮЦИОННОГО ВОЕННОГО СОВЕТА СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК Я ДВАЖДЫ НАГРАЖДЁН ЗА СВОИ ПОЛОЖЕНЫЕ ТРУДЫ В ДЕЛЕ БОЕВЫХ СХВАТОК ПРОТИВ МИРОВЫХ ИНТЕРВЕНТОВ В ТЯЖОЛЫЕ ДЛЯ НАС ГОДЫ.

Вот чем окончилась моя работа по тому строительству Добровольческих частей КРАСНОЙ АРМИИ В ТРУДНЫЕ ГОДЫ.

ПОРУЧЕНИЯ ПАРТИИ И РАБОЧЕГО КЛАССА ВЫПОЛНИЛ ЧЕСТНО. К ГРЯДУЩИМ БИТВАМ ЗА МИРОВУЮ СОЦИАЛИСТИЧЕСКУЮ РЕСПУБЛИКУ СОВЕТОВ ВСЕГДА ГОТОВ.

Сыну Своему завещаю быть продолжателем моей деятельности, но работать желаю больше, чем работал я.

ВОТ ИСТОРИЯ МОЕЙ ЖИЗНИ В СЖАТОМ ОЧЕРКЕ.

НИКИТИН

КОНЕЦ [45]

ЦДООСО.Ф.41.Оп.2.Д.187.Л.32-45.

Tags: Красные Орлы, гражданская война, история, чехословацкий мятеж
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments