Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Categories:

Воспоминания А.Е.Смирнова из прошлого г.Кизела. Ч.1

ВОСПОМИНАНИЯ ИЗ ПРОШЛОГО.
Члена партии В.К.П.(б) А.Е. Смирнова

Весьма трудно определить настроение всего трудового населения с момента возникновения германской войны в среде железнодорожников Луньевской линии и горняков Кизеловских копей. В таком глухом отсталом захолустном углу всякому новому человеку на первое время казалось весьма странным, но когда человек вынужден, несмотря на его желание, находиться в таких условиях, его заставляла сама обстановка покоряться существующим порядкам. Мне вспоминается 1914 год, когда была об"явлена война Германией, в то время был большой патриотизм, в городах и заводах к войне, среди же железнодорожников и горняков этого не наблюдалось, потому что всё население находилось в тяжёлых условиях. При всяких разговорах можно было получить ответ: "Если меня возьмут на войну, мне хуже не будет". Да, жизнь была действительно тяжёлой, не было никакого просвещения, не существовали увеселительные вечера, всякие сборища, какого бы они характера не были, решительно преследовались, царило поголовное пьянство и темнота.

С об"явлением на военное положение железных дорог и угольных копей население Кизеловского района было взято на военный учёт, жизнь стала ещё тяжелей. Всякий чувствовал себя, что он находится в тылу на фронте. Вскоре заработная плата стала реально уменьшаться, в связи с увеличение дороговизны в 1915 году. Всё население было поставлено на хлебный паёк, после чего начинается голодовка, это в особенности чувствовалось в Кизеловском районе, где не встретить почти ничего привозного. Вскоре появляется ненависть к существующей власти, начинаются пред"являться требования увеличить заработную плату, добавить продовольственный паёк или уволиться с работы или со службы, потому что жизнь стала нетерпимо тяжёлой. Никакие просьбы во внимание не принимаются, после чего продуктивность труда падает, начинаются репрессии, прибывает новый приток пленных, население ведет среди последних агитацию против добычи угля. Несмотря на все усилия, добыча угля уменьшается, железнодорожники отказываются ехать с поездами, становиться с каждым днем все хуже и хуже.

Во второй половине 1916 года на копи прибывают большими партиями китайцы со своими старшинками и полицией. На железной дороге принимаются женщины, женский труд применяется, где только возможно, но женский труд применять в то время было весьма трудно. Этим самым продуктивность труда с каждым днем падает до минимума, недовольство среди населения [110] увеличивается, со стороны властей начинаются реальные репрессии. За всякий не выход на службу или работу производятся аресты, китайцев стегают нагайками публично до бесчувствия. Русское население к китайцам относиться весьма доброжелательно, среди китайцев ведётся сильная агитация за увеличение пайка, за уменьшение рабочего дня, так как китайцы работали в горе от десяти до двенадцати часов, а на поверхности от 12 до 14 часов. Под влиянием агитации, от недоедания и весьма невыносимой, тяжёлой работы среди китайцев развивается сильная эпидемия с большой смертностью. Необходимо отметить, когда помирает китаец, с ним обращались не лучше, чем как с животным – рыли яму в лесах, сваливали по несколько человек в яму, заливали известкой, забрасывали кое как землёй и то не всегда. Видя такое варварское отношение, население Кизеловских копей ещё больше имеет симпатию к китайцам. Среди последних усиливается агитация, население рекомендует подать китайцам своему консульству за зверские отношения к китайцам. Такие советы среди китайцев быстро воспринимаются и подаётся коллективная жалоба, после чего вскоре выезжает уполномоченный для разбора дела, в результате китайцы получают усиленную охрану, как на работе, так и в казармах. Работающие китайцы в горе после всякой смены шахты закрывались на замки, выход из горы был воспрещён, в казармы же, где проживали китайцы, населением доступ был решительно воспрещён. Репрессии всё больше и больше усиливаются. За всякое не выполнение среди китайцев и также русского населения горняков и железнодорожников со стороны властей считалось как изменой правительства.

Вскоре после этого в конце 1916 года в декабре м-це китайцы об"явили забастовку и ночью напали на свою полицию на Половинкинских копях. Я хорошо не помню, но припоминается, до 10 полицейских было изрублено в куски и разбросаны части вокруг того дома, где проживала китайская полиция. Рабочие же горняки, как в забастовке, также в расправе с полицией китайцев поддерживали. После того, как было произведено расследование, до 50 человек китайцев судили полевым судом. Когда повели китайцев с копей, связавши одного с другим за косы и веревками по ногам и рукам, население копей китайцев провожало, несмотря на то, что полиция публику разгоняла нагайками. Из 50 человек судимых 36 человек китайцев было повешено, остальные пожизненно заключены в тюрьму. Такой глубокий отпечаток остаётся историческим явлением среди половинкинских горняков, отсюда начинается классовая злоба, ненависть к правительству и к хозяевам кизеловских копей, после чего вся [111] администрация копей горняками безразлично, кто бы не был администратор, преследуется.

Несмотря на консервативность железнодорожников Луньевской линии Пермской ж.д., как я уже выше указал, с падением реальной заработной платы и с наступлением голодовки, с ведением пайка, аресты за невыходом на службу или работу, начинаются брожения. Позже с такого момента очевидно завязывается связь между железнодорожниками и горняками, что раньше этого не было. Появляется один интерес – борьба за кусок хлеба, долой войну, организация борьбы против репрессий, появляются листовки с призывом забастовки, как горняков, также и железнодорожников. Видя такое настроение, жандармская охранка среди железнодорожников, а такое явление не на одной Пермской дороге, а на всех романовских дорогах имелся случай. Вскоре выходит высочайший указ – на российских железных дорогах вводятся гражданские чины, а как военное положение на дороге с военными правами, начальники станций и их помощники, и кончая высшей администрацией жел.дороги, вводится гражданская форма, то-есть погоны по рангам. На погонах имеются отличия, после чего от младших служащих и рабочих вводится чинопочитание, как на военной службе. Если проходит начальник станции или его помощник, то сторож или стрелочник, кондуктор, рабочий должен встать и отдать честь, а за неисполнение отдания чести накладывается административное взыскание. Это одна мера. Второе, кадр жандармов увеличивается, улучшается материально-бытовая сторона жандармской охранки, вскоре вводится полевой контроль поголовно на всём транспорте. Права простого смертного железнодорожника умаляются, прошлое наследие от столетия среди железнодорожников является возмутительным, аристократизм постепенно падает. Железнодорожникам становится невыносимо тяжелой жизнью с одной стороны голодовка, с другой стороны усиленные наряды, репрессии. Естественно, железнодорожников ещё в большей степени связывает с жизнью горняков.

Так протекали последние времена, жизнь среди горняков и железнодорожников Луньевской линии до февральской революции. Был найден один интерес, общий язык, единение дать хлеба, долой войну, отобрать все нажитые буржуями, как до войны, и в особенности во время войны, это было общее явление выражений, кто проливает кровь, а кто жиреет и наживает капитал. Это было буквальное выражение и требование среди луньевцев до начала февральской революции. Этим самым я хочу закончить краткое воспоминание до февральской революции, находясь в то время на станции Половинка Пермской железной дороги Луньевской линии. [112]

С наступлением февральской революции в 1917 году в феврале месяце в таком глухом углу, как на Луньевской линии и Кизеловских угольных копей, встречается населением без какой то особой неожиданности, хотя и трудно было предполагать, что так быстро произойдёт исторические события, но для населения это мало было неожиданностью, такого политического переворота. Мне как очевидцу пришлось быть непосредственным зрителем на одной маленькой станции Половинка, наблюдать за начавшимся переворотом. Первоначально появились неофициальные разговоры по прямым железнодорожным проводам, что в Петрограде и Москве начинается переворот. Эта передача по проводам почему то проходила весьма просто, несмотря на существующих жандармов. На железных дорогах наблюдение было весьма слабое или можно об"яснить, что жандармерия этого не ожидала. Как только начались переговоры, вскоре сведения появились среди железнодорожников и горняков. Вскоре, то-есть на другой день, всё население знало, что в Петрограде и Москве получился переворот. Эти разговоры велись открыто, почему то не стесняясь как жандармов, также копейской полиции. Это можно объяснить тем, что у населения была настолько сильная злоба как к существующей власти и в особенности к жандармерии и полиции. Через сутки получается первая телеграмма вновь назначенного на пост министра путей сообщения Государственной Думой Бубликова, что Николай II Романов отрёкся от престола, вся власть временно перешла Государственной Думе, по распоряжению Думы я, Бубликов, вступил в исполнение обязанностей министра путей сообщения. С получением настоящего распоряжения все распоряжения на железнодорожном транспорте могут исходить от меня, за всякое невыполнение моих распоряжений виновные будут отвечать перед Верховным судом народа.

Когда получилась первая телеграмма, начальник станции (или многие начальники станций) ещё не решались вывешивать с об"явлением своим подчинённым, вскоре поступает вторая телеграмма из Перми только что организованного первого на дороге Рабочего Комитета в Пермских Главных Железнодорожных Мастерских. Комитет предлагает немедленно организовать созыв общих собраний, на каковых произвести выбора комитетов на каждой станции и об"единенные участковых станциях. Также произвести надёжных рабочих по три человека на каждой станции милиционерами, после выборов милиционеров строго следить за порядками, расхищением государственного имущества, не допускать какого либо вмешательства в дела транспорта, взять под надзор жандармов, [113] не допуская последних к каким либо разговорам по телеграфу, телефону, проводам, также не передавать и получать какую либо почту. Строго следить за всякими распоряжениями администрации, насколько они отвечают действительности. Никто не должен отказываться от работы и порученного ему дела, а наоборот всякий отказ и невыполнение будет рассматриваться как измена рабочему классу. Телеграмма была подписана слесарем Пермских Главных железнодорожных Мастерских Тукачёвым. С получением такого неожиданного явления железнодорожники и горняки были настолько рады, каждый рабочий и служащий, кроме высшей администрации, которой было весьма неприятно, поздравляли один другого. Были случаи, даже один другого целовали, выражались таким языком: "Наконец то пришло время сбросить цепи рабства". Весьма трудно описать всё то, что происходило, был сильный под"ём и желание скорейшей организации. С получением первой телеграммы была некоторая заминка, ещё не знали как и к чему приступить, а с получением же второй телеграмме от первого организовавшегося Комитета на дороге было вполне понятным к чему и как приступить.

Телеграмма была получена утром, какого числа февраля месяца в 1917 году, хорошо не помню, того же дня после работы на станции Половинка было проведено первое собрание. На собрании присутствовали все рабочие и служащие с жёнами и детьми, за исключением начальника станции. Собрание проходило в повышенном настроении, все были рады, что наконец пришла свобода. На собрании был выбран комитет из трёх человек, также были выбраны на участковое собрание на ст. Кизел для выборов участкового Комитета и были выбраны из рабочих трое вполне надёжных милиционерами. После окончания собрания была послана приветственная телеграмма первому организовавшемуся комитету на дороге. Комитет сейчас же об"явил себя хозяином положения, милиционеры приступили к своим обязанностям по охране станции, делегаты в тот же вечер поехали на участковое собрание, в том числе и я поехал. Мне хорошо вспоминается, когда мы садились в поезд, как раз с этим поездом был служебный вагончик, в котором ехал ревизор движения Зеранинов, ныне служит первым помощником начальника второго Отделения службы Движения в городе Перми. Сначала Зырянинов нас не хотел пустить к себе в вагон, но мы потребовали, чтобы нас пустили, что мы являемся делегатами на участковое собрание, после чего нас Зырянинов неохотно пустил к себе в вагон. По дороге, ехавши в вагоне, у нас были споры с последним, даже дело доходило до ссоры. Нас ревизор обзывал сумасшедшими и говорил, что вам придётся впоследствии отвечать за ваши действия, но делегаты ему отвечали, это больше не вернётся, старому пришёл конец. [114]

Участковое собрание вечером состоялось, делегаты со всех станций и разъездов приехали полностью. На собрании был выбран первый Участковый комитет, из скольки человек, хорошо не помню. В комитет были выбраны служащие и два или три рабочих, по партийной принадлежности хорошо не помню, но кажется в скором времени оказавшиеся меньшевиками и эсерами. Впоследствии из них было расстреляно два человека, то-есть из первого состава комитета за старое прошлое. Сначала массы ещё плохо разбирались, кого выбирать, и как должен комитет работать. На первый взгляд, когда комитет приступил работать, казалось, что комитет действует правильно, при чём надо отметить, что после февральской революции Кизеловская организация имела почти поголовно меньшевиков и эсеров и очень небольшое количество большевиков, так что вполне понятно, на первых парах руководящую роль в комитетах и организациях имели меньшевики и эсеры, на всех собраниях также выбирались последние. Вскоре приехал на копи товарищ Сосновский и Крестинский, проводили собрания по всем копям и станциям, раз"ясняли, что из себя представляет временное правительство и к чему оно ведёт, призывали в своих выступлениях вести борьбу против войны, также подробно разъясняли кто такие меньшевики и эсеры и что они отстаивают.

После проведенных собраний массы разбились на несколько групп, с этого времени начинает расти кизеловская большевистская организация. Массы всё больше с каждым днем начинают разбираться в политической борьбе, появляется большая активность, начинаются споры, иногда доходящие до ссор. Руководители организаций меньшевики и эсеры сбой авторитет теряют. В последующих выборах комитеты уже комплектуются из рабочих, и в них входят большевики, и эти комитеты массы поддерживают. Такой перелом вскоре получается среди кизеловских горняков, но среди железнодорожников же воспринимается гораздо позднее. Это об"ясняется тем, что не было достаточно руководства из большевиков, а массы железнодорожников находились территориально распылёнными, вести работу среди железнодорожников было гораздо труднее, в то же время комитетами и массами руководили меньшевики. Железнодорожники поддерживали временное правительство, были на стороне Керенского, на всех собраниях и заседаниях выносили свои решения полное доверие Керенскому и кто выступал против Керенского, того считали изменником революции, буквально среди железнодорожников сложилось такое убеждение, [115] разбивать же это мнение было весьма трудно. Впоследствии перелом произошел, когда среди горняков был введён восьмичасовой рабочий день, а среди железнодорожников ещё продолжали работать 12часов. Вскоре начинается среди железнодорожников большое недовольство, авторитет Керенского, меньшевиков и эсеров, руководимым в железнодорожных комитетах, постепенно падает, под руководством железнодорожных большевиков, при помощи сочуствующих им железнодорожники немедленно требуют ввести восьмичасовой рабочий день и увеличить заработную плату.

В июне месяце 1917 года вынужден Главный Дорожный Комитет по требованию рабочих созывать второй дорожный с"езд. Мне как участнику с"езда вспоминается полный раскол среди рабочих [и] служащих, которые были совместно с администрацией. С"езд длился три недели. По первому вопросу, введению восьмичасового рабочего дня на Пермской дороге, обсуждался более недели. Начальник дороги инженер Бобин решительно не соглашался на восьмичасовой рабочий день, всю ответственность с себя снимал, его поддерживала правая сторона с"езда, в том числе и члены Главного Дорожного Комитета. На с"езде рабочая часть категорически настаивала на немедленном введении восьмичасового рабочего дня, с линии приезжали делегации рабочих с такими же наказами, если с"езд не решит этого вопроса, делегаты требовали роспуска с"езда, или в противном случае линия об"явит забастовку. С"езд под давлением рабочей части и делегатов с линии решает перейти на восьмичасовой рабочий день. Вторым вопросом было обсуждение увеличить заработную плату на Пермской дороге на 50% и увеличить хлебный паёк. С"езд также долго не мог решить этого вопроса. Рабочая часть с"езда также потребовала, и этот вопрос также был решён. После окончания работы с"езда пришлось всю ответственность на Пермской дороге взять на себя Главному Дорожному Комитету и упразднить начальника дороги и начальников служб, и взять полное руководство в свои руки. Раз"ехавшись, делегаты на местах, не дожидаясь указаний свыше, начали проводить на местах восьмичасовой рабочий день, после чего линия Главный Дорожный Комитет поддерживает, продуктивность труда на линии не падает.

С упразднением начальника дороги и начальников служб организуется при Главном Дорожном Комитете Технико-Транспортный Комитет, куда приглашаются все желающие инженеры работать на транспорте, принимать своё участие. Главный Дорожный Комитет вскоре увеличивает заработную плату и хлебный паек, выпускает возвание к линии о поднятии производительности [116] труда с введением восьмичасового рабочего дня, рабочие на линии такое возвание поддерживают, работа как по исправлению пути, также и по движению не уменьшается, и те опасения начальника дороги Бобина, высказанные на с"езде, не оправдываются. Приглашённые инженеры в Технико-Транспортный Комитет во главе с начальником дороги Бобиным и начальниками служб сначала с таким положением не хотели мириться, начинается полнейший саботаж. Видя такое явление, Технико-Транспортный Комитет кооптирует с линии опытных рабочих и техников, руководство же технической стороны на дороге остаётся за последними. На линии бывшая царская администрация выбрасывается вплоть до вывоза из мастерских и депо на тачках, вместо выброшенной администрации ставятся руководителями на выборных началах. Такое же явление происходит у горняков Кизеловских коней, вся почти поголовно администрация бывшего помещика Лазарева сменяется, тоже ставятся выборные, и избирается комитеты, позднее через некоторое время деловые советы из состава рабочих.

После февральской революции работающие на копях военнопленные и китайцы отправляются на родину, на копи прибывают с фронта и из деревни свежие силы, добыча угля повышается, дисциплина вводится на сознании рабочих. Прибывшие солдаты с фронта избираются делегатами и вводятся в комитет, после чего, мне вспоминается, ведётся усиленная агитация против Керенского и временного правительства, долой предателей, вся власть Советам. Фронтовики требуют немедленно заключить мир, созыва Учредительного Собрания. Поехавшие же военнопленные австрийцы и китайцы на родину ещё тогда заявляли, что русский рабочий имеет неслыханную историю завоеваний, что окончательно победил буржуазию и сбросил цепи рабства, стал совершенно свободным, русский пролетарий будет мировым вожаком всего рабочего класса, когда мы вернёмся на родину как очевидцы вашего героизма и сплочённости, будем так же призывать рабочий класс делать революцию. Что мы имеем факты результатов австровенгерской революции и также китайской революции, это наследство даром не осталось. Если рабочий класс Венгрии подавлен, и китайские рабочие имеют некоторые неудачи, измену и предательство, это ещё не говорит за то, что рабочий класс поздно или рано победит своего врага буржуазию, придёт также к власти, как пришел русский рабочий. Мы этого не на минуту не должны забывать. [117]

Я уже частично касался, что Кизеловский район имел сильные организации эсеровскую и меньшевистскую и малочисленную большевистскую. С прибытием фронтовиков и при усиленной агитации среди населения горняков и железнодорожников, требующих долой войну, власть советам, выступления в Сибири генерала Дутова, поход Корнилова на Петроград, личная защита Керенского над Николаем II Романовым, массы стали убеждаться в том, что большевики правильно указывают на предательство правительства меньшевиков и эсеров, что рабочий класс предадут, все завоевания февральской революции сойдут на нет, по примеру революции 1905 года. Рабочие с каждым днём имеют большое убеждение, кто их истинный руководитель за освобождение в революционной борьбе. Партия большевиков начинает расти, руководство переходит к последним, впоследствии начинается вооружение рабочих, потому что эсеры и меньшевики имели сильное озлобление, что их влияние над массами теряется. Вскоре начинается восстание, меньшевики и эсеры лично участвуют и руководят этим восстанием. Посколько вводится террор эсерами и меньшевиками, большевики призывают рабочих горняков и железнодорожников встать в ряды партии большевиков, всем вооружиться и пойти на подавление восстания. Рабочие вооружаются и идут добровольцами ликвидировать восстание. Видя открытое предательство рабочего класса, партия большевиков ставит вопрос, и в частности кизеловская организация, перевыборов комитетов, чтобы обеспечить руководство защитой рабочего класса, то есть большевиками. Организованные комитеты на мелких станциях железной дороги упраздняются, так же и выборные милиционеры, вследствии того, что комитеты линейные и милиция имели эсеров и меньшевиков. Железнодорожники выбирают участковые комитеты с расчётом, чтобы на каждой станции и раз"езде был член комитета большевиков или прибывающих с фронта, а горняки на копях Кизеле, Половинке, Губахе во время перевыборов комитета выбираются из большевиков и фронтовиков. С этого времени меньшевики и эсеры теряют влияние.

Вскоре большевики организуют отряды красной гвардии, вооружают милицию, каковая комплектуется из добровольцев. Красногвардейцы выбираются из среди своей руководителей, организуются взводы, вновь выбранные комитеты вводят усиленный контроль, как в шахтах, так и среди железнодорожников, чтобы обеспечить от появляющихся в это время взрывов и поджогов. При чём надо отметить, эсеры и меньшевики повели против большевиков отчаянную травлю. Вся администрация царского покроя соединяется воедино с предателями, начинаются всевозможные злоупотребления вплоть до разложения на производстве рабочих масс. [118] Комитеты видя, что имеется крестовый поход эсеров и меньшевиков с администрацией царского порядка, усиливают рабочий контроль, добыча угля продолжается, железнодорожный транспорт работает безперебойно.

С выступлением Дутова в Сибири, поход Корнилова на Петроград, под руководством большевиков отряды Красной гвардии усиливаются. Вскоре приходит известие, что Корнилов идет на выручку Керенского, нужна подготовка среди железнодорожников, бастовать, не перевозить эшелоны, не отправлять грузы, также каменный уголь для фронта, откуда наступает Корнилов. Большевики проводят компанию, их поддерживают единодушно железнодорожники и горняки, после чего эсеры и меньшевики теряют всякую поддержку.

Вскоре начинается компания по выборам в Учредительное собрание. Эсеры и меньшевики ставят на карту всё, что возможно, но приспосабливаются использовать массы, стоящие на платформе Керенского, и это им вначале удаётся. Большевики проводят митинги, начинается беспощадная критика меньшевиков и эсеров, доходящая иногда до истерических припадков, порой, чуть ли не до драки. Здесь казалось, что останутся победителями эсеры и меньшевики, потому что у них агитаторских сил и материальных средств было гораздо больше, но результаты получились совершенно противоположные. На выборах большевики получили большинство голосов за список, выставленный большевиками. Массы окончательно переходят на сторону последних. Это время является самым переломным моментом для Кизеловской организации. С одной стороны был захолустный район, с другой стороны сильное засилие эсеров и меньшевиков. Рабочие своим чутьём поняли, кто их друг и кто их враг, после такого перелома настроение масс и окончательный уход от эсеров и меньшевиков руководство переходит к большевикам, партийные комитеты эсеров и меньшевиков распускаются.

Мне хорошо вспоминается последняя попытка эсеров и меньшевиков пустить свои корни в тот момент, когда тов. Ленин выбросил лозунг: "Долой Учредительное собрание, вся власть Советам". Петроградский Совет выносит своё постановление распустить Временное Правительство, передать власть революционному Комитету, также вскоре заключается Брест-литовский договор Троцким о прекращении войны. Эсеры пытаются сорвать митинги, призывают рабочих к борьбе защищать страну, что большевики во главе с Лениным предают дело революции и полное разложение среди рабочего класса. Несмотря на все усилия эсеров и меньшевиков, им не удается ничего, рабочие остаются верными в своих убеждениях, что большевики идут по правильному пути и защищают интересы рабочего класса. Это последняя генеральная вылазка эсеров и меньшевиков окончательно похоронила существование в Кизеловском районе как по [119] влиянию и руководству над массами. Видя такой провал, меньшевики и эсеры переходят в другую область своей работы в массах – это в профсоюзы.

Прежде чем начать работу в профсоюзах меньшевиков и эсеров, необходимо вкратце коснуться самой организации и структуры построения союзов среди железнодорожников и горняков. С момента февральской революции сейчас же проводилась вербовка в политические партии, а таковых, мне припоминается, было до десятка. Меньшевики делились на оборонцев, бунтовцев, интернационалистов, независимых и центр. Эсеры левые, правые, максималисты и крестьянская партия, и большевики. Такое деление создало такую путаницу и неразбериху, что большинству абсолютно было непонятным, что такое партия, и что они из себя представляют, и какие их цели. На первых порах вербовка проходила таким образом: какой представитель партии окажется поспособнее или среди своих знакомых, то все записываются в ту партию, где он состоит. Были такие случаи, если на станции или раз"езде окажется вербовщик эсером, то все записываются в эсеры, если меньшевик, то все в меньшевики, при чём большевики оказались на больших станциях, поэтому и получилась односторонность, тогда как массы ещё не разбирались в этом совершенно. Я привожу как пример для того, чтобы подойти ближе к начатому вопросу, то-есть о союзах. Я уже касался, что вербовка проводилась многими партиями. Также вскоре после февральской революции проводилась и запись по союзам. С начала записи по союзам многие совершенно были в недоумении – как же так нас записывали в партию и ещё хотят записывать в профсоюзы. Такие не понимания действительно были среди рабочего класса, после чего было весьма трудно разъяснить, да и мало уделялось внимания организациям для профсоюзов, какая разница между партиями и профсоюзами, а поэтому вначале союзы весьма малочисленны, на местах почти не играли никакой роли. Когда поднимается вопрос, когда увеличить заработную плату, или кто сколько получает и почему меньше другого, этим самым было гораздо легче раз"яснить, что нужно необходимо вступить в союз, добиваться своей материальной защиты. Таким порядком только пришлось вербовать с момента организации профсоюзов. Мне хорошо припоминается, что такие организации союзов первоначально организовались по службам в следующем порядке: Тяга, Путь, Движение, Связь, Материальная, а в дальнейшем разбиваются на 14 или 17 союзов. При таком дроблении естественно получается классовое деление и политические противоречия. Союзы оказались чисто узко цеховыми, не имели политическую физиономию, были точки зрения мещанско [120] обывательской и только экономической защиты. Всякий союз считался со своими интересами. После того, как союзы количественно выросли и стали выявлять свою физиономию как реальную угрозу, с этого момента меньшевики и эсеры, видя своё бессилие на политическом фронте, провал, с этого момента свой фронт переносят в профсоюзы. Вся активная часть меньшевиков и эсеров старается пролесть на руководящую работу в союзы, чем в особенности отличались союзы железнодорожников в революционной истории вплоть до верхов. Достаточно каждому прочесть историю профсоюзного движения на транспорте сначала февральской революции, будет вполне понятным, насколько были союзы железнодорожников консервативно-шовинистически настроены. Здесь также не малую роль сыграли своим предательством меньшевики и эсеры.

С момента гражданской войны в особенности во время восстаний уральцы луньевцы хорошо помнят выступления в Невьянском заводе и около Усолья в Ленвинской волости. Железнодорожники и горняки были прямыми участниками по ликвидации восстания. Кроме того, союз железнодорожников имел в особенности большую симпатию к временному правительству. В частности Керенский пользовался большим авторитетом среди железнодорожников, во всех контр-предательских выступлениях, как правительства и Керенского, была полная поддержка железнодорожников. Это даже чувствовалось и среди луньевских железнодорожников.

С ростом профсоюзов вся консервативная анти-советская власть в лице администрации вливается в союзы, организуют самостоятельные союзы, пример: союз инженеров и техников, технико-распорядительный из агентов, начальников станций и их помощников, союз телеграфистов, союз конторского труда и ряда подобных им. Такие союзы весь рассадник контр-революции под руководством меньшевиков имели полное засилие в союзах и играют самую предательскую роль.

После того, как профсоюзное засилие получилось не рабочее влияние, большевики в конце 1917 и в начале 1918 года ведут компанию организации единого рабочего союза с низовыми служащими, сторожами, курьерами, стрелочниками и другими подобными им. После поставленного вопроса организации такого союза рабочая часть большевиков поддерживает. Рабочие, мелкая сошка из служащих вступает в союз мастеровых и рабочих, выходят из своих цеховых союзов. Это был первый перелом на Пермской ж. дороге в союзном движении. Это большевикам удаётся провести весьма легко, потому что рабочие большинство были на стороне большевиков, как [121] я уже упоминал выше. Союз мастеровых и рабочих организуется быстро. На руководящую роль выдвигаются большевики и им сочувствующие. Союз сейчас же выявляет свою политическую физиономию, оказывает большую поддержку Главному Дорожному Комитету, после чего главная роль переходит на сторону рабочих. Через некоторое время союз мастеровых и рабочих ведёт усиленную борьбу за ликвидацию союзов, ведущих контрреволюционную политику, идущих в разрез рабочему классу, призывает всех честных членов вступить в Единый рабочий союз. После чего несут полнейший провал меньшевики и эсеры на своём фронте. Это было для них последний этап беславно помершим героям контрреволюционного оплота, наёмникам капитала. Все союзы, не стоящие на платформе, чтобы вся власть перешла советам, не идут ни на какие уступки.

Вскоре открывается в Сибири фронт чехо-словаков. Союз мастеровых и рабочих мобилизует лучшие силы. Рабочие вступают добровольцами в ряды красной гвардии и едут на фронт. Союзы же, не разделяющие точки зрения большевиков, ведут усиленную агитацию, что большевики ведут войну, а сами против войны. Такая анти-советская агитация в то время, когда рабочие ещё плохо разбирались, в чём заключается выступление чехо-словаков и вообще гражданской войны, видя предательскую политику шовинистических союзов, союз мастеровых и рабочих требует от Главного дорожного Комитета роспуска союзов, не стоящих на платформе советов. Вскоре союзы созывают с"езды в дорожном масштабе, для того чтобы заявить свой протест, что с союзами не считаются. Мне как очевидцу приходилось наблюдать в то время, когда Главный Дорожный Комитет под давлением рабочих распускал дорожные с"езды антисоветских союзов, этим самым ликвидировалось существование предательских союзов. Руководители союзов при поддержке администрации и интеллигенции были настолько озлобленны на политику большевиков, можно было ожидать, как от озверевших зверей, могли бы расстерзать, если бы хватило на это способности, но поддержки со стороны масс последние не получили. Этим самым заканчивается существование незаконнорожденного дитя в революционной борьбе рабочего класса в угоду вечного врага капитала и его приспешникам.

С постепенной ликвидацией анти-советских союзов растёт союз мастеровых и рабочих. Руководство переходит полностью последним, всё старое монархическое наследие с большими усилиями постепенно начинает изживаться. Так как железнодорожники имели сотни лет особые условия на транспорте, насаждение монархическими чиновниками, жандармами, жандармской охранкой, пользущиеся особой привилегией администрация и служащие, всё это, нарожденное годами, и при такой неожиданной ломке переломить умы было не [122] легко, а союзам мастеровых и рабочих выпала такая тяжёлая задача на Пермской дороге, с одной стороны вести борьбу с остатками наследия монархического прошлого, меньшевистско эсеровского засилия, так глубоко пустившего корни, и с другой стороны, с упразднением начальника дороги, начальников служб на Пермской дороге руководить всей дорогой. Не имея опыта в работе в таком большом хозяйстве, было весьма трудно. Причём надо отметить героическую настойчивость большевиков при полной поддержке и совместной работе с союзом мастеровых и рабочих.

Пермская дорога в революционной истории имеет большие заслуги перед рабочим классом. Всякий железнодорожник хорошо помнит все тяжелые времена гражданской войны, которая проходила почти полностью на колесах. Вся территория Пермской дороги подвергалась нашествию колчаковских банд, и так же пережитый неслыханный в историй голод также сильно отражался на транспорте.

После того, как руководителем на транспорте Пермской дороги стал союз мастеровых и рабочих, профсоюзная жизнь на Пермской дороге из года в год стала вливаться в общее профсоюзное движение. Цеховая жизнь союзов хотя еще сильно чувствовалась и влияла в 1919-20-21 годах, но не имела такой силы, как это было во времена восседавших меньшевиков и эсеров. Всякие уклоны и отрыжки старого союзом железнодорожников отвергались имели наравне с союзами политическое равноправие в общем рабочее движение, сумели также быстро перестроить свои ряды, об"явить беспощадную борьбу голоду, разрухе, каковая была на транспорте, с успехом сумели эту задачу выполнить и выйти из тяжёлого состояния. Возложенная задача на железнодорожников Пермской дороги выполнена перед рабочим классом, этим я хочу закончить свое краткое воспоминание о построении жизни профсоюзов среди железнодорожников на Пермской дороге.



Часть 2
Tags: РКМП, Революция, гражданская война, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments