Нетренированный военкоммунист (uncle_ho) wrote,
Нетренированный военкоммунист
uncle_ho

Categories:

В волнах гражданской войны. Ч.6. ただいま

Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5

Школа красных командиров комсостав стране своей куёт, прогулки по Питеру, возвращение




ГЛАВА 20-я.

Вот уже мы и в лагере. Стройными рядами раскинулись наши хижины-палатки. Местность, где был расположен лагерь, это возвышенность, немного поотдаль от Красного села, а внизу протекал большой пруд. Вырвавшись из шумного и богатого пылью и заводским дымом Петрограда, это место и жизнь воодушевляла нас, а поэтому та учеба, строевые занятия были для нас одно наслаждение, и мы охотно занимались. Бывало утром в 5-ть часов, уже выйдя на линии, звенит во всю рожок – это под"ём. Как-то не хочется вылезать из-под тёплого одеяла, но делать нечего, моментально вскакиваешь, и черев 15 минут уже все одеты, а тут уже и чай, а там и занятия. И так проходит весь день, всё на воздухе, всё время наслаждаемся благами летней природы. Выйдем ли на строевые занятия, а тем лучше – это словестность, раскинемся где-нибудь на лужайке и занимаемся. В части развлечения – так имеем возможность ставить спектакли, т.к. у нас находилась открытая сцена, практиковали метод ходили к другим, близко расположенным, курсам. В последствии я узнал, что весь наш лагерь – это не что иное, как маленький город, ибо здесь нас находилось тысяч до пяти. Все виды оружия. Я здесь был избран в Рабкрин и мне, помимо постойной работы и занятий, приходилось вести и контрольную, за работой хозяйственной части курсов. Конечно, всё шло хорошо, и эту обязанность я исполнял ничего. Да всё лето много было хорошего. Вспомнишь: бывало, выйдем на тактические занятия, а там, что воюешь воображаем, что фронт, противник, а сам уверенный что из боя выйдешь не вредим, настроение и дух таки наталкивают выполнять ту или иную порученную тактическую задачу. Но вот бой окончен, решаем, кто выиграл. Сколько спору. Одни говорят, что вот это сделано неправильно, другие, что а Вы действительно провалили. А потом все посмеёмся, и верно видна бы ошибка была лучше, если противник был бы действительный противник. Но вот задача разрешена, и кто-нибудь остается победителем. Поднимаемся и колоннами, стройными рядами, с весёлыми песнями движемся к своему лагерю. Там нас дожидается обед, ведь сегодня мы ещё не обедали. [74]

Также можно вспомнить одну хорошую постановку силами всех курсов, это разыграли сильную драму "Стенька Разин". Постановка была устроена прямо на пруде, и действительно у меня осталось хорошее впечатление.

Но вот уже лагерная жизнь подходит к концу. Занятия стали ещё интересней: повторение пройденного, а главное стрельба. По стрельбе было соревнование, наши курсы прошли на втором месте. Слышны разговоры, что скоро должны быть манёвры всего лагеря с участием всех видов оружия. Ждали мы этих маневров, ибо страшно хотелось побыть в бою и кой что попережить, а в результате ведь всё это не серьёзно, и жизни ничего не угрожает. Вот кажется уже скоро, начинаем готовиться. Оказывается, это получилось таким об разом, что назначены манёвры и вместе сразу уход из лагерей уже на зиму. Ждём вот-вот, но командование молчит. Начали говорить: вот сегодня ночью, и так все ждали. Ложимся последнее время спать, а сами ждём, что придётся выступать. Так и случилось: примерно в час ночи раздался сигнал "тревога", собрались по-военному, через 10 минут уже все три роты были на передней линии палаток в полной боевой готовности к выступлению. Перед нами выехал на карем коне начальник курсов, поздоровался и дал искреннюю благодарность за наш успех в нашей готовности. Здесь только он нас точно ознакомил с той задачей, что нам пред, стоит перенести в ближайшие пять суток. Но нас ничего это не испугало, а наоборот после его слов ещё больше захотелось выполнить ту задачу, которая нам представлялась в ближайшие дни. Вот уже и двинулись. Идти нам пришлось вёрст двадцать. Но этот поход ничуть не утомил, и мы на утро уже были в маленькой деревушке. Здесь остановились на бивак. Смотрим, под"езжает к нам эскадрон кавалерии, а там и батарея, и связь, в общем получилась основательная, часть могущая быть в бою при любых условиях. Но вот начальник курсов уже конкретно даёт точное задание, раз"яснив все тактические задачи, исходя из стратегических соображений командира рот и отдельных команд. Да, задача была нелёгкая: мы должны были вести наступление по направлению на Красное село. В общем, нас этими манёврами высшее командование хотело проверить, на сколько мы поняли и знаем задачи бойца, находясь в военной обстановке. Здесь, на этой территории, где будут происходить манёвры, остался ещё от прошлого царского время специальный курган, откуда раньше "его величество и свита" наблюдали за манёврами своих любимых полков "Семёновского", "Измайловского" и т. п. В настоящее время за этим же самым приехали наши старшие товарищи из Петрограда и будут вести наблюдение и указания маневрирующим курсам.

Настроение у нас было бодрое, погода благоприятствовала, а также находиться в боевой обстановке, имеющей на каждом шагу приключения и курьёзы. Но вот уже наступило распоряжение, мы в боевой обстановке и сразу же с этого момента, как действительно повлияло на нас: мы все стали серьёзно относиться к своим обязанностям. И так манёвры начались. Много, много разных приключений. Пришлось в одном месте переходить встретившуюся на пути речку в брод, также разные болотины и так далее. Происходили бои, в общем, в полном смысле слова. Мы вели себя действительно, как на фронте. Скоро прошли пять суток. Конечно, надо сознаться, что и мы поработали порядочно и усталость чувствовали, так как последние две ночи не спали. Но вот последнее сражение, и манёвры закончены. Все мы собрались в ранее намеченном сборном пункте. Здесь мы сделали суточный привал. Как хорошо отдохнуть после таких пережитых в боевой обстановке пяти суток. Отдохнули и опять, как ни в чём не бывало, пошли весёлые, стали обмениваться мнениями, слышно то там, то в другой стороне, горячие споры о тех или иных эпизодах, происшедших в их деятельности в момент манёвр. Но вот команда "строиться". Много нас собралось на этом пункте. А вот и высшее командование. Прошло всё, что полагается, поступило дальнейшее распоряжение: через два часа все выступаем в поход в город Петроград. Лагерная жизнь 1921 года на этом закончилась. Пообедав, мы все уже были готовы к выступлению.

Да и действительно в два часа дня мы походным порядком, колоннами, под звуки марша духового оркестра, двинулись в сторону Петрограда. К утру мы явились в тот же шумный и богатый разными прелестями город, оставленный нами весной этого лета. Да, на этом и закончилась наша лагерная жизнь и учёба. Многое нам дали эти лагери и военных знаний и опыта, а также чувствовалось, что физически мы также окрепли.

Вот уже и Петроград. Движемся мимо гиганта, а такая большого революционного сердца – это Путиловского завода. В Петрограде мы опять в том же здании. После летней учёбы мы получили продолжительную передышку. Вот в это время мы занялись осмотром всех богатств и прелестей города. Пойдёшь, бывало, в Зоологический сад. Сколько там нового для нашего обозрения: птицы, звери; вот как громадный, 160 пудов бегемот разинет свой чемодан, а туда можно влезать целому человеку; рядом горная железная дорога. Ходим посетить Царские покои, это музей революции бывший "Зимний дворец". Также не безе интересно [75] побыть на громаднейшем сером здании это "Собор св. Исаакия". Да много прекрасного, интересного представляется твоим глазам. Широкий горизонт открывается, когда поднимаешься на высоту 53 сажен, взглянешь вниз – на улицах Петрограда люди, как маленькие карлики, а взглянешь на запад – там расстилается широкая гладь – это Финский залив; вдали этого водного пространства чернеется островок, на котором расположена наша преграда к подступам с моря – это Кронштадтская крепость. Да, много кой-что пришлось посмотреть в это свободное время.

Немного остановлюсь на одном, не без интересном эпизоде со мной на Сенной площади. Задался я целью получше приобрести для себя костюмчик, а как средств нет, так решил с"экономить из своего пайка, а именно: я не курю табак, а второе – стал откладывать сахар, и вот примерно за месяц я накопил рубля на три. Ну, думаю, надо продать. Решено. В один прекрасный день забираю с"экономленный сахар и еду на рынок Сенная площадь. Сахар продал сразу, купил тут газетку и пошёл пообедать в близ лежащую столовую. Пообедал, почитал газетку и пошёл снова на рынок, имея в виду, что куплю брюки. Слился в эту кучку и, ничего не подозревая, продолжаю подыскивать для себя подходящие брюки. Слышу шум: "Ловите его, сапоги украл". Публика столпилась. Конечно я тоже, ничего не подозревая, подошёл к этому месту. Всё кончено, опять торг начался по старому, но я решил посмотреть свои финансы, и что же оказывается, карман моей шинели оказался разрезанным, и денег уже и след простыл. Вот так я и купил себе брюки. Что мне кричать. Некому. Кто и когда вырезали – я совершенно не знаю. Да, думаю, Петроград и этими прелестями богат. Нечего делать, махнул рукой и скорее пошёл во-свояси с размышлениями: "Нет, лучше пить чай с сахаром".

Слышны разговоры, что наши курсы расформируются, и нас распределяют по другим. Заговорили основательно. Да оно так и получилось: началась расформировка, и всё это прошло очень скоро. Угадали в разные места, некоторые товарищи угадали даже в Москву, а нас, человек сто, направили в Кронштадт на 100-пех. курсы. Что делать, опять видимо новые условия – обстановка и т.п. И вот мы уже на пристани. Нева шумит, подходит параход, погрузились, и параход дал последний свисток. Колёса стройно застучали по воде, и мы стали оставлять опять Петроград. Так я на этом и покончил пребывание в шумном многолюдном городе. Много хорошего повидал за этот период.

Мы движемся по водному простору. Какое хорошее впечатление получается находиться на судне, не видя берегов, а видно только – с левой стороны чернеются верхушки леса и как будто бы они соединились с горизонтом. Но вот мы уже видим, как красиво из-за горизонта начинает показываться, как всё равно показывается из воды Кронштадт; вот уже видно и отдельные предметы. Быстро под"ехали к пристани и скоро, по-военному, уже на берегу. Здесь нас сразу повели в место, где расположены 100 комкурсы. Придя туда, мы уже не подвергались, как это бывает, карантину, осмотру и т.п., а сразу зачисляемся в определённую часть. И вот я угадал в 3 роту 2-й взвод. Конечно, сразу устроили нас в помещение, и мы уже на вторые сутки чувствовали себя обеспеченными всем. Интересно взглянуть, что из себя представляет Кронштадт. Это прежде всего маленький остров, окружённый со всех сторон водами Финского залива; окружность примерно километров девять, ограждённый с запада фортами, и вот на этом острове расположился маленький Кронштадт. Население преимущественно моряки Балтийского флота, красноармейцы и наши комкурсы. Определены мы от берега в одну сторону Орембаум вёрст 7-мь, Петроград – вёрст 25-ть, к финляндскому берегу вёрст 18-ть и на запад расстилался водный простор Финского залива, а там и само Балтийское море.

Началось обыденное занятие. Здесь мы приступили грызть военную науку теоретики. Нужно сказать, что условия обстановки, в которой мы находились, вполне были подходящей для ведения занятий. Курсы помещались в бывшем военно-морском училище. Нужно сказать, что занятия проходили с полной загруженностью нашего трудового дня. Преподавали нам, кажется, всего шестнадцать предметов. Помимо военных знаний мы также занимались и общественными науками, а также и политическими. Прихожу к одному выводу, что руководители Красной Армии должны знать не только военное искусство, а также и в достаточной степени развиты общественно и политически. Вот примерно порядок и регламент нашего трудового дня: в 6 часов утра раздаётся звонок – это под"ём; конечно поднимаемся и уже через полчаса мы все готовы; в семь часов утренняя прогулка, как хорошо утром пройтись по свежему воздуху, приятно влияет и освежительно действует сентябрьский утренний морозец. Но вот прогулка уже закончилась, и мы все гурьбой идём в столовую для питья утреннего чая. Ровно в девять часов идём на классные занятия так до 12-ть часов. В час обед, а вот интересно: идя на обед мы имеем возможность прочитать: "Радио-новости". Обед также проходит в столовой. Да, также нужно отметить, что иногда наш обед сопровождался участием игры духового оркестра. Мы все чувствовали себя весьма хорошо и в отношении того порядка, который существовал с гигиенической стороны. Но вот обед кончился и снова занятия. А там кончился наш трудовой день. С наступлением вечера мы расползаемся [76] по разным кружкам, созданным нашей культ-комиссией. Нужно сказать, что при курсах имелся весьма приличный клуб, частенько устраивались спектакли и вечера "смычки". Отношения с моряками были самые лучшие. Также интересно отметить – это мы часто встречали заграничных гостей. Английские моряки (как интересно наблюдать за их поведением) всё расспрашивают, всё интересуются, а что главное, так они по всему, что видят, недоумевают, ибо находясь там им говорили разную чушь про Советскую Власть. Также и наш транспорт прошёл мимо Кронштадта; он тоже повёз на заграничный рынок наше Советское сырьё. Но вот уже и наступает осень, стало холодно. Выпал снег. Залив начинает покрываться льдом. Вот уже начали смельчаки выходить и демонстрировать на этом гладком и светлом, как зеркало, льду. С наступлением зимы в нашу учёбу ещё стал как необходимость для физического развития, также и важная задача – это лыжный спорт. Много интересного в этом спорте. Бывало, пойдём и вот перерыв, братва бросится кататься и в результате получается, что к концу занятий из строя пар пять и больше лыж выйдет. Занятия идут своим чередом, но вот дело подходит уже к каникулам. Ребята запоговаривали, что как бы хорошо побыть дома. Ждали этого счастливого время, и что же – там в Карелии с финской стороны стало пахнуть порохом, и нас вместо отпуска заставили быть на страже. Да и так выпала для нас нелёгкая задача, бывало, на морозе приводили зимние ночи и несли гарнизонную службу. Злоба брала, но выхода нет. Много мы говорили по этому вопросу и сердце жаждало действительной расправы. Да и действительно мы были правы, враг не дремал, он проник своими щупальцами в нашу резиденцию и всё же, хотя и невеликое, но сделал гнусное дело. В один из вечеров в нашем клубе, как раз в самый разгар, раздаётся крик: "Пожар". Всё сразу превратилось в паническое состояние. Да, пожар был действительно. Враг-шпион проник по-видимому внутрь и поджёг архив. Там находились груды бумаги, потому здесь была возможность разгуляться "красному петуху". Много было хлопот, много пожарные команды проявили инициативы и самоотверженности. В общем, пожар продолжался полтора суток. Мы все также принимали максимум энергии. Но всё закончено, потом мы стали устраиваться своими гнёздами, а также были классы – это всё сгорело. Кажется, по определению комиссии, этот пожар, уничтоживший половину нашего училища, кой с какими ценностями определён был в миллиона полтора. Но всё закончено. Жизнь опять пошла своим чередом. Уже зима начинает терять свой образ. Уже Мартовское солнце начинает выглядывать ярче и веселее. Мы начали поговаривать, что вот мы месяца через 2-2½ закончим военную учёбу и встанем в ряды нашей Красной Армии. Но вот начали испытания ко разным общеобразовательным предметам. Надо сказать, что по всем предметам прошёл удовлетворительно. Но вот в моей жизни встречается неожиданная перемена, которая страшно потрясла меня, а именно: мы стали иметь сведения, что вот по окончании этих курсов всех, успешно окончивших переведут в школу нормального типа. Конечно, братва этим вопросом заинтересовалась, а также и я. Но учтя такое положение, что придётся учиться так долго, а в последствии стать уже всерьёз надолго командиром красной армии, и вот, учтя это положение, многие из нас захотели испытать своё физическое здоровье. Я также двинулся на комиссию. Чувствовал, что я всё же имею известный недостаток, двинулся на экспертизу к специалисту по глазам, и что же, делает заключение совершенно освободить от военной службы, уволить в бессрочный отпуск и так дальше. Комиссия и её заключение окончательное, и так я признан дальше в рядах Красной Армии не пригодным, по имеющемуся недостатку – зрение, ибо перейдя из военной обстановки, к бойцу красной армии, стали требоваться большие физические возможности. Вот видимо я на этом и закончил своё пребывание в рядах нашей Красной Армии.

Много пришлось увидеть и встречать на этом пройденном пути в волнах гражданской войны. Уже получил документы, а руки так и трясутся, как не верится, что эта маленькая бумажка даёт мне возможность вернуться к своим столь дорогим существам, а главное ведь я там встречу совершенно изменившееся положение. Мне казалось, что там уже совершенно также изменилось и мнение и настроение наших мужичков по отношению к советской власти. Да, видимо совершилось, настал день и стал уже прощаться с товарищами по курсам. Слеза радости. Вообще всё здесь мне также было мило. Но вот я и ещё трое, мы двинулись по направлению к берегу "на Оренбаум". Уже и берег, быстро мы перешли по ледяному полю расстояние, что отделяло наш остров от материка. Ждать долго не пришлось, и мы через полчасика покатились по направлению на Петроград. Уже под"ехали к вокзалу. Ведь и раньше я видел этот город, но сейчас меня воодушевляла мысль, что всё, подвигаюсь домой. Долги сутки, которые мне пришлось жить в Петрограде в ожидании окончательных документов, а также и поезда, который должен был двигаться по направлению на Урал, а там и к моей родине. Десять часов вечера, уже скоро пойдёт. Сердце так и бьётся, так скорее и хочется сесть в эти движущиеся домики. Вот уже подан эшалон, и мы покатили. Трудно описать то настроение, что я переживал в этот момент. Но видимо эта была действительность, и я через5-6 дней увижу всех и всё, что мне так мило, что я оставил в последний раз, проезжая на параходе, когда ехали на фронт. Вот уже та дорога, те станции, но я ехал совсем в другом положении. Под"ехали. [77] Седой Урал, а тут уже и Екатеринбург. Здесь мне пришлось остановиться в ожидании поезда на Туринск. Но вот уже подошёл момент и отхода этого поезда. Я в движущемся домике, и мысль озаряла, что последний раз, а там уже высажусь на конечной станции Туринск. Поезд идёт. Здесь я был совсем, как наэлектрилизован. Проезжаем Ирбит и вот конечный путь. Раздался свисток, поезд начал замедлять ход, остановился. Я был уже на станции, где сразу встретил знакомых лиц. Но это ещё не всё. Мне нужно попасть в родную деревню Рыгач. Ямщик нашёлся быстро и к вечеру я дома. Да, сколько было радости. Ведь за этот период в моей жизни было приключений и разных невзгод, что родных заставило думать, что я уже не жив.

Да и так я дома 7-го мая 1924 года. (*Видимо, опечатка – 1922 года)

***

Вернёшься своими мыслями, что может перенести человек. Но пусть это останется и запечатлеется в умах нашего поколения, что Великая Октябрьская Революция, давшая свободу и дорогу к светлому будущему – социализму, имеет в своей истории тысячи, сотни тысяч таких людей, которые выносили эти завоевания, не жалея ни пота и крови, дабы не отдать того, что мы взяли Октябрём.

ЦДООСО. Ф.41.Оп.2.Д.199.Л.48-78.

ЗЫ: Вообще, аффтар мне кое-кого напомнил –
Tags: гражданская война, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments