Из доклада о работе Ирбитского укома на 4-й Ирбитской уездно-городской партконференции, 13.10.1920 Работа К-та по борьбе с дезертирством, контрреволюционными явлениями и преступлениями по должности коммунистов События в Байкаловской волости носили по существу, характер замаскированнаго, пробнаго опыта жалких попыток, вызвать возмущение и поднять население против Советской власти. Лишний раз напакостить ей, чтоб потом обезпечить себе в дальнейшем среди зажиточного крестьянства, вести подлую работу против Советов и в особенности против ненавистных им коммунистов. Главари с начала пользовались для этого выступления безсознательными женщинами, и когда мы ликвидировали это выступление, чтоб взять у них на ссыпном пункте зерно и хлеб для неимущих волостей, которое они не отдавали, главари и кулаки без стыда кричали нам: "Голод нас вызвал взять себе семена с ссыпного пункта", но при этом совершенно не говорили, что они его распределили лишь среди кулацкого и середняцкого населения. ¬– He давать остальной хлеб! Распределить его! ¬– Почему у Вас чёрные брюки, а у нас нет?! ¬– Бейте коммунистов! Кричали встревоженные и недовольные кулачки. После нескольких арестов, кулаки не только смирились и требовали себе семян, но очень свободно и легко после обследования их запасов добавили ещё на ссыппункт 2700 пудов своего хлеба. Ликвидация этого обошлась без всяких жертв и репрессий, арестованные вскоре были отпущены. После чистки Алапаевскаго уезда от дезертиров и ареста их пособников – кулаков, попов и монахов, Ирбитский уезд, как соседний Алапаевскому уезду сделался пристанищем и убежищем дезертиров. Остатки разсеянных дезертиров, перешли в уезд и сразу стали терроризировать население, грабить и убивать. Убивали не только коммунистов, но и безпартийных, отнимая у них имущество, платье, скот и продовольствие. Обычное всегда вредное для революции дезертирство превратилось в yeзде в сплошной бандитизм и положило около себя начало организации подлинной контр-революции. Не имея у себя других реальных сил и поддержки большинства, кроме кулачества, контр-революция умело пользовалась этим уголовно-преступным элементом с целью поднятия в тылу возстаний, разных налетов и разрушений. С целью достать себе вооружение, чтоб расправиться с коммунистами и ненавистной им Советской Властью, они производили налет на волостяхи забирали там последнее оружие. Главное гнездо их и штаб был в Топорковской и Монастырской волостях Алапаевскаго уезда и Бобровском манастыре нашего уезда, как пример, у двух священников Голубковской волости нашего уезда и Топорковской волости Алапаевскаго уезда, найдено было записанным в Евангелии все имена руководителей дезертиров. Под Ключами же во время перестрелки с 22 вооружёнными дезертирами, где они убегая оставили 10 винтовок, 10 гранат, 2 лошади и одежду, в последней найдены были списки коммунистов Ницинской и Ключевской волости, 2 фамилия из этого списка были зачеркнуты т-е считались убитыми. Несомненно установлено одно, у дезертиров имелась связь с Ирбитом и другими местностями и всё, что делалось в городе, им всё было из¬вестно, так как они везде имели своих осведомителей и даже свою конную разведку. Нашим осведомителям под видом белых удалось пробраться к ним и получить от них 30 фунтов сильно-взрывчатого пороха, для взрыва Ирбитских учреждений и главным образом место собрания коммунистов. Результаты действия отрядов по борьбе с дезертирством и кулачеством питающим их выразились в следующем: поймано злостных дезертиров 44 человека, незлостных – 5, контр-революционеров, заговорщиков работающих вместе с дезертирами ¬– 44 чел, пособников и укрывателей – 43 и заложников взято – 75 чел. Всего 211 человек. Разстрелено во время окружения и побега в лесу – 8 дезертиров, 4 контр-революционера и около Голубковской волости во время нападения с целью освобождения и побега арестованных 12. Всего 24 человека. Затем, до прихода ещё отряда из Екатеринбурга, 25 июля в 7-ми верстах от города, по Верхотурскому тракту, во время нападения из-за кустов с целью освобождения арестованных, убито во время их побега 8 чел. Всего таким образом убито 32 человека. Местных коммунистов убито было дезертирами 4 человека, учителей не коммунистов – 2 чел. Прод-отрядников – 1 чел. Безпартийных крестьян на сенокосах и полях убито 5 чел. Всего – 12 ч. Тяжело раненных 3 и легко раненно 2. Таковы тяжелыя последствия и явления дезертирства в нашем уезде. С отправленным отрядом по борьбе с дезертирами, К-том посланы были для проведения в волостях политической работы и наблюдения за действиями отрядов 3 члена К-та, и 4-й член К-та два дня висел на телефоне Уездвоенкомата во время начала действия отрядов. Кроме этого К-т совместно с Политбюро принимали участие в составление списка, по имеющимся у него сведениям от местных ячеек о контр-революционеров и лиц ведущих скрытую агитацию против Советской власти, которых потом и было изъято из уезда 63 человека и отправлено в Губчека на 5-6 мес. принудительных работ. За злоупотребление 3-х товарищей своим служебным положением ответственных работников К-т исключил последних из партии, сместил их с ответственных постов и передал суду. Один из них Управляющий Губсоюзом Жоров, другой бывший Завед Унаробразом Коробкин и 3-й начальник Уголовного Розыска Сахаров. Не задолго до выступления в уезде дезертиров, К-том сорганизован был из местных коммунистов отряд особаго назначения, численностью в 71 человек, затем организовался отряд в Егоршинском под"районе в 159 человек, в Ирбитском-заводском 47 чел. и Ницынско-Ключевской во¬лостях 23 чел. Всего 300 человек. Понятно, Ницинские и Ключевские товарищи организовали свой отряд и стали даже сообща убирать свои поля потому, что этого требовали сложившиеся у них тяжелые обстоятельства, защиты от нападения дезертиров, которые в этом случае помимо тяжелого и печального, понесли им и хороший урок коммунистического труда. Строевых занятий с отрядом было 11, посещаемость их была очень низка. Например, на 7-ми занятиях было по 20 чел., на 3-х по 30 и на одном тактическом ¬– 60 человек.